Страница 47 из 51
- Но не выстрелила ни разу, - сказал он.
- Шанса не было.
- Ты прикроешь меня? - спросил он.
- Несомненно. Только постарайся отойти к Ване, чтоб я тебя не задела...
Он провел рукой по моему лицу, изумленно качая головой. Но он был рад тому, что у меня есть пистолет.
- Они стоят в "мертвой" для камер зоне, - сказал он, - звуки не записываются, только картинка идет. Как только они выключат свет, я выйду отсюда.
- Но зачем они?..
- Долго объяснять. Фэнел хотел меня подставить, обвинив в твоей смерти.
- Но зачем?..
- Гайя, клянусь, я все объясню тебе, если выживу.
- Прошу, - я вцепилась в его руку, только сейчас осознав, что все не так просто, как я думала, осознав, что единственным, пожалуй, неравнодушным ко мне все это время был именно Мана. - Прошу, выживи. Не поэтому. Просто выживи.
Он взял мою руку, поцеловал в ладонь и поднялся на ноги. Я встала тоже, прислоняясь к колонне. Мана был наготове. Он уперся правой ногой в пол, занес над плечом свой страшный блестящий обоюдоострый клинок. Я косила глазом на своего вампира.
- Будь готова, - сказал он.
И я взвела курок. Мана взглянул на меня коротко, словно запоминая. И в следующую секунду свет погас. Я почувствовала лишь как Мана вылетел из-за колонны, выставила обе руки с пистолетом и начала палить в ту сторону, где, по моим предположениям, должны были находиться враги. Я успела сделать лишь три выстрела. Сердце стучало с бешеной скоростью, адреналин зашкаливал. Зал был полон страшных звуков битвы. Чьи-то крики; жуткий вопль, похожий на предсмертный, врезался в мои уши. Я чуть выползла из-за колонны, ничего не видя в кромешной темноте, моля Бога о том, чтобы он дал моим человеческим глазам зрение вампира. Кто-то пронесся мимо меня, меня схватили за шиворот и снова швырнули куда-то, снова подхватили чьи-то руки, шмякнули о стену, потому что кто-то заставил выпустить меня. Я ударилась о стену и едва не выронила пистолет.
В этот миг снова зажегся свет. И я увидела следующую картину маслом.
Я лежала уже возле Ивана, в двух шагах. Он корчился, правда, уже не так страшно, с трудом регенерируя. На его свитере в районе солнечного сплетения расползлось бордовое пятно.
В шаге от меня стоял Фэнел. Стоял на цыпочках, так как Мана прижимал его горло к стене своим клинком. По лезвию растекались капли темной крови мастера Левобережья. В дверях стояли знакомые мне вампиры: Кимура, Бирсен, Эдгар. Саша. Еще несколько ребят с огнестрельным и холодным оружием в руках, направленным на противников. Флорина держал на мушке дробовика Джейми.
Дойна лежала на полу недалеко от Маны в луже крови, хрипя. Ей перерезали горло. Остальные ребята Фэнела стояли там же, у стены, перепуганные и тихие.
Среди вампиров, пришедших с Кимурой, я увидела тоже испуганную Николу. Она куталась в шаль и с ужасом взирала на весь этот бардак. А во главе пришедших, впереди всех стоял Волк. В белой рубашке, белых брюках и белом же жилете.
- Всем стоять.
Откровенно недобрый голос Волка заставил застыть не только ребят Фэнела, но и всех остальных. Честно, я ни за что бы не стала перечить ему, ни за какие коврижки. Волк оглядел зал и вампиров. Все мы напоминали игру "Море волнуется раз". Ну, помните: "Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три, морская фигура, на месте замри". Волк прошел среди замерших, взглянул на истекающую кровью Дойну.
- Эмиль! - заорал Фэнел, скашивая глаза. - Помоги мне!
Эмилике, доселе стоявший недалеко от Дойны, с утробным рычанием бросился к Мане. В руках у гиганта был меч.
Никто не успел ничего сделать. Мы лишь увидели, как Мана, оторвав лезвие от шеи своего мастера, в прыжке описал клинком круг - и голова Эмиля покатилась к ногам Волка. Тот остановил ее, поставив на нее ступню. А оружие Маны в секунду вернулось к кровоточащей шее Фэнела.
- Я сказал, - тяжелый голос Волка снова разрезал мертвую тишь, - всем стоять.
Я почувствовала, как дрожат руки, держащие пистолет на изготовке. Я лежала на левом боку, опираясь на локоть. И тут смогла расслабить руки и упасть.
- Что ж, - сказал Волк, - старейшие. Я призываю вас к ответу. Остальные - опуститесь на четыре этажа ниже и дождитесь нас там. Бирсен, Джейми, Степан, проследите за этим. Эристав, помоги им держать наших коллег из Левобережного септа под контролем.
Я увидела кавказца, стоявшего за спиной Волка.
- Да, мастер, - сказал он.
- Мастер, - раздался дрожащий голос одного из вампиров. Он пришел с Николой и сейчас стоял, держа ее под руку.
Я увидела молодого вампира с каштановыми волосами. Его немного старили седые пряди на висках. Он был похож на Ди Каприо времен "Титаника". Я узнала его - это был Адольф Нидерер.
- Позволь мне остаться с Иваном.
- Я позову вас всех в свое время.
Адольф кивнул. Интересно, как он выполз из подвала?..
Эристав и дети Кимуры принялись выводить из зала людей Фэнела. Те не сопротивлялись. Бирсен подняла с пола Дойну и почти понесла ее к выходу. Ступни вампирши в синих угги волочились по полу. Дойна оставляла на мраморе темный след своей крови.
В зале остались я, Иван, Мана с Фэнелом, Ким, Никола, Саша и Волк.
- Мастер, - перепуганная Никола приблизилась к нему.
Подошел и Кимура. И тут я поняла: этот светловолосый, которого я окрестила Волком, и был Мастером Киева и Украины. Я вспомнила - его звали Ингемаром.
- Саша, - прозвучал голос Мастера, - подойди, пожалуйста, и подыми Гайю и Ивана.
- Слушаюсь, Мастер, - услышала я нежный голос девушки.
Она моментально сгребла с пола меня и Ваню, словно две кучи грязного белья, его практически взвалила на себя, меня обхватила за талию. Не успела я и опомниться, как стояла у двери, рядом с Кимурой.
- Будь столь добра, Саша, присмотреть за ними.
- Конечно, мастер Ингемар.
Ингемар неспеша вышел на середину зала, заложив руки за спину. Он выдерживал паузу, подумалось мне. Чем больше актер - тем больше пауза, говорил кто-то из великих. Ингемар был великолепным актером. Первой тишину нарушила Никола.
- Ингемар... Ты призвал нас к ответу. Но в чем дело?
- Да, Николетта. Трое старейших этого города...
Надо же, Никола из старейших. Наверное, это у них звание такое. Почетное. А, может, старейшие - вроде совета или правления у них...
- Кимура, Николетта, Штефан - ответьте своему мастеру, неужели ни один из вас не увидел того, кем является эта девушка? - и он указал рукой на меня.
Я оторопела. Это как же понимать?..
- Не понимаю, о чем ты, - сказала Никола после общего продолжительного молчания.
- То есть, ты не увидела ее сути?
- А было, что видеть?
Ингемар приблизился к Николе. Та чуть подалась назад. Она боялась мастера, но, очевидно, не лгала.
- Ким, - мастер Киева повернулся к нему, - ну а ты?
- Я, кажется, догадываюсь, о чем ты, - ответил азиат, - но я этого не видел. Клянусь. Я чуял в Гайе что-то, но решил, что она из тех смертных, которые обладают способностями. Экстрасенс или ведьма.
Я открыла рот. Должна признать, я вообще не понимала, о чем сейчас идет разговор. У меня способности?.. Или что там еще?..
- Ты сразу же увидел это в Саше.
- Я полюбил Сашу, - сухо ответил Кимура, - а когда заговорил с ней, то увидел. Ты знаешь это, я же звонил тебе с просьбой дать мне экстренное право обращения...
- Я помню, Кимура. Мне нужно было лишь услышать твои слова.
- Я понял.
- Теперь я знаю, что ты не лжешь.
Ингемар обернулся к Фэнелу.
- Штефан, - в голосе мастера Киева было нечто весьма многозначительное.
Я ощущала тревожность, висевшую в воздухе, почти физически. И Ким, и Никола, и Ваня - они все были напряжены сверх всякой меры. На Фэнела и Ману было страшно смотреть. Застывший камнем Мана и едва удерживающийся на цыпочках Фэнел со странно потемневшим лицом. Кажется, было что-то не так с клинком Маны. Я вспомнила кровь, хлеставшую из незаживающей раны Дойны. А ведь вампиры так быстро регенерируют... Серебро! Я взглянула на Ваню. Тот выглядел получше, но рана еще не затянулась. Наверное, сабля Маны сделана из серебра.