Страница 44 из 51
Я мило улыбнулась через силу.
- Хм. Я начинаю подозревать неладное. Ты собралась меня убить?
Он издевался.
- Перестань, Мана. Худшее, что можно сделать - недооценить соперника.
- Ты мне это говоришь? - спросил он, делая ударения на словах "ты" и "мне".
- Что ты, молчу...
Рука Маны легла на мою щеку. Мы стояли у моего подъезда.
- Разрешишь мне подняться? - спросил он шепотом, поглаживая большим пальцем мои губы.
Сердце ёкнуло и забилось сильнее. Крыжовенные глаза блестели в свете фонарей. И снег так красиво падал на его черные волосы и черное пальто. Разрешу ли я?.. Нет, нет, не должна...
- А есть выбор? - покорно спросила я.
- Есть, - сказал он.
Страх и желание. Никогда не думала, что они могут уживаться. Со мной такого не случалось никогда. И, ой, это было плохо, очень плохо. Ненормально.
- Мана... Я не хочу, чтобы ты меня кусал. Ведь я была хорошей девочкой.
Он улыбнулся:
- Я сделаю тебе так хорошо, как никто никогда не делал.
Хрипловатый шепот срывался. Боже, он хотел меня так же сильно, как и я его. Вот только боли я страшусь куда больше.
- Нет... не надо.
- Я мог бы и не спрашивать, - жестко сказал он, - а просто сделать то, что хочу.
Я отстранилась. Невозможно. Он невозможен.
- Да? Тогда зачем спрашиваешь? Мое послушание на секс с тобой не распространяется.
Как же он меня бесил...
Длинные пальцы сжали мои щеки.
- Это пока, - и сильный, причиняющий боль поцелуй обжег мои губы. - Ладно, я недавно пил тебя, пока отдыхай. И помни мою доброту...
Я смотрела, как он садился в свою машину, как отъезжал. Только усталость и горечь наполняли меня. Ничего, ничего хорошего с Маной у меня не выйдет. Мы слишком разные. Или наоборот - похожие. Я гнусь, но не ломаюсь. А он хочет меня сломать. Вспомнились слова моей мудрой учительницы немецкого языка: "Я могу прогнуться, но не так, чтоб через меня прыгали". Вот и я так же...
В подъезде было шумно. Из-за всех дверей неслись крики, песни, музыка, взрывались хлопушки и визжали дети. Я вспомнила, что у меня есть бутылка шампанского, мандарины и салат с креветками и огурцом. Сейчас можно будет снять и колготки, и тугое платье, надеть джинсы и майку и попраздновать наедине с собой... Странно, что ни Кима, ни его детей не было в клубе. Саша говорила, что они собирались пойти. Или мне показалось?.. Можно было бы позвонить им. Однако я подумала о том, что в клубе на данный момент им куда веселее. М-мать, как же я устала от вампиров...
Волоча свою тушку на полусогнутых ногах, я мечтала лишь о том, чтобы прикончить свое шампанское перед телевизором. Лучшего варианта нет. Однако я ошибалась.
Выйдя из лифта, я обнаружила у своей двери сидящего на полу Ивана. При виде меня он вскочил на ноги так быстро, как лишь вампы это умеют.
- Гайя! - и он кинулся ко мне.
Я обняла мальчика. Лучший вариант есть!..
Глава 10.
Разве все в этом мире не сводится к любви к женщинам?
Дэймон Сальваторе
Ubi tu Gaius, ibi ego Gaia. Где ты, Гай, там и я - Гайя.
Многим Адамам Ева вышла боком.
У. Зыбура
Устав скучать у края ямы и держаться в седле,
Я озверел от неумелых атак;
Я по следам бегу упрямо, припадая к земле -
Ищу тебя, о мой единственный враг!
Канцлер Ги
Когда я переоделась и смыла с лица тональный крем и румяна, не тронув глаза, то обнаружила, что Ваня, радостный и веселый, вытащил по моей просьбе из холодильника еду и носит ее в зал. На нем была та же одежда, в которой я его видела в последний раз.
- Гайя, если бы ты знала, как я рад, что ты вернулась так рано. Я боялся, что засну возле твоей двери. Тут постоянно шастали какие-то люди, мне пришлось даже гипнотизировать какого-то алкаша, который начал цепляться ко мне... - тараторил мальчик, выкручивая из шампанского пробку.
- Господи! И как, вышло?
- Вышло, и это здорово, у меня раньше плохо получалось.
- Вань, но позволь, - я приостановила поток его речи, - расскажи, что с тобой было все эти дни?
Он приуныл и рассказал мне, как провел время без меня.
Фэнел сначала велел закрыть его в подвале "Голубой Крови", потом, спустя пару дней, его перевезли в дом Адольфа и заперли в подвале уже там.
- И не кормили ни фига, - сообщил он обиженно.
- Не били?
- Нет, один раз только Фэнел врезал.
- За что?
- Он расспрашивал меня о тебе, а я не смог ничего особо рассказать.
- Обо мне спрашивал? А что именно?
- Да все. Кто ты, кто твои родители, чем занималась и занимаешься. Ну, я честно рассказал все, что знал. Что твой отец - историк, что мама умерла много лет назад. Что ты пишешь, любишь красное вино, любишь вертеться на стуле, красный лак для ногтей, выщипывать брови, мыть ванную, хрустеть пальцами, носить белые трусы...
- Иван!
- Ну правда же, нет? Когда наклонялась, из джинсов выглядывали чаще всего именно белые труселя...
Я покраснела.
- Ну вот, я ему все вообще рассказал, что знал о тебе. А он разозлился и ударил меня.
- Конечно, ты же просто издевался над ним.
- Издевался. Он заслужил.
- Не шибко ты умный.
- Да не!.. Я понял, что он меня не убьет, а остальное - фигня.
- Он мог тебя лишить еды и запереть надолго...
- Так он так и сделал! Я только сегодня поел.
- И кого же?
Иван улыбнулся широко и хитро.
- Да того алкаша, что выходил из соседней квартиры.
Я в ужасе прикрыла лицо рукой.
- Это же мой сосед, - сообщила я Ивану.
- Он заслужил.
- Ох какие мы стали справедливые...
- На чьей стороне сила - на той и справедливость.
- Не буду спорить. Но в следующий раз ищи себе хавчик подальше от моего дома, ладно?
- Хорошо. Просто я боялся на улице кого-то искать...
- Так что, ты сидел все это время в подвале? Бедняга...
Ваня налил мне еще шампанского. Лицо его помрачнело.
- Да лучше б я и дальше там сидел...
Оказалось, что сегодня вечером, часов в 11, дверь в подвал открылась и на пороге возник Адольф.
- М-мать! - я в ужасе уронила креветку с вилки на колено.
- Он прям за стены держался, страшный весь, высохший... Да, я тоже так себе выглядел, но он... о-ох.
Я, замерев, ожидала дальнейших событий. Плохие предчувствия теснили грудь.
- Он начал орать мне, что он меня убьет, сначала трахнет, а потом убьет, что я конченая б...дь, что он меня заставит дерьмо жрать... Ну, все в его духе, - пожал плечом Иван, опрокидывая в себя рюмку водки. - Во-от.
- И? - поторопила я его.
- И сил он не рассчитал, вялый весь, едва не сдохший и не жравши долго. Он кинулся на меня, а я ушел в сторону и выбежал из подвала. Запер его там и убежал к тебе. Еще денег взял, - Ваня достал из кармана своего свитшота пачку долларов. - Вот, я тебе хотел отдать деньги...
- Ваня, - я в шоке подняла ладони вверх, - воровать - плохо...
- Воровать? Да он мне по гроб жизни должен за то, что... за моральный ущерб, - Иван отсчитал десять сотенных бумажек. - Это тебе.
- Я не возьму! Вань, он будет в еще большей ярости, когда его выпустят!
- Я знаю. Поэтому я пришел к единственному человеку, который меня впустил. Тут они меня не достанут, а я придумаю что-нибудь позже. Ты же не выгонишь меня?
Я посмотрела в голубые глаза мальчика.
- Конечно, но...
Эй, Гайя, крикнул мне кто-то в голове, да что же это - тебя этот долбаный вампир уже так надрессировал, что ты стала трусливой заинькой? А ведь всегда была храброй заинькой.