Страница 250 из 259
Свет! Эти Гончие Тьмы огромны. Десятки угольно-черных, обращенных волков разорвали оборонительные линии людей, разбросав тайренских и доманийских солдат как тряпичных кукол Волки атаковали Гончих Тьмы, но тщетно. Они кричали и выли и погибали.
У Перрина вырвался крик, слившийся с их криками смерти, прерывистый крик ярости. В данный момент он не мог помочь. Его инстинкты и страсть вели егоза Убийцей. Он должен победить Убийцу. Если Перрин не остановит Убийцу, то этот человек войдет в Мир Снов и убьет Ранда.
Перрин повернулся и побежал через сражающиеся армии в погоне за отдаленной фигурой впереди. Убийца выгадал, опережая от того, что Перрин отвлекся, и о немного сбавил скорость. Он еще не понял, что Перрин мог покидать Мир Снов.
Впереди Убийца остановился и проверил поле битвы. Он оглянулся назад и увидел Перрина, его глаза расширились. Перрин не мог слышать его слов из-за шума, но мог прочитать по губам Убийцы как он прошептал — Нет. Нет того не может быть.
Да, — подумал Перрин. Я могу следовать за тобой теперь, куда бы ты не бежал. Это охота. Ты теперь добыча.
Убийца исчез и Перрин перешел в волчий сон за ним. Эти люди, что сражались вокруг него превратились в узоры на пыли, которые взрывались и меняли свои формы. Убийца вскрикнул в испуге, увидев его, затем вернулся назад в реальный мир.
Перрин сделал тоже самое. Он чувствовать след Убийцы. Пятно панического пота. В сон, потом опять в реальный мир. Во сне Перрин бежал на четырех лапах, как Юный Бык. В реальном мире он был Перрином с поднятым вверх молотом.
Он переходил между двумя мирами так часто, как будто моргал, преследуя Убийцу. Когда он мог наткнуться на сражающиеся фигуры, он прыгал в волчий сон и проходил через фигуры сделанные из песка и клубящейся пыли, потом вновь возвращался в реальный мир, чтобы продолжать идти следом. Преходил настолько быстрым, что он мерцал между двумя мирами с частотой сердцебиения.
Бум. Перрин поднял свой молот, отпрыгивая от небольшого хребта за ползущей фигурой вперед.
Бум. Юный Бык завыл, призывая стаю
Бум. Теперь Перрин был ближе. Всего в нескольких шагах позади. Запах Губителя был острым.
Бум. Духи волков появились вокруг Юного Быка, завывая от жажды охоты. Никогда еще не была так заслужена добыча. Никогда еще добыча не причиняла столько ущерба стае. Никогда еще человек не был так испуган.
Бум. Губитель споткнулся. Падая, он исчез, рефлекторно уйдя в волчий сон.
Бум. Перрин взмахнул Матиаллейниром, украшенным изображением прыгающего волка. Того, кто парит.
Бум. Юный Бык метнулся к горлу убийцы его братьев. Губитель бежал.
Молот продолжал бить.
В этот момент, что-то в этом месте бросило Перрина и Губителя в линии спиральных вспышек между мирами. Вперед и назад, вперед и назад, вспышки мгновений и мыслей. Сполох. Сполох. Сполох.
Вокруг них умирали люди. Пыль и плоть. Их мир рядом с тенями других миров. Люди в странной одежде и доспехах, дерущиеся звери всех размеров и облика. Моменты, где Айил оборачивались Шончан, а тем становились чем-то между теми и другими, с копьями и светлыми глазами, но в шлемах, похожих на головы чудовищных насекомых.
Во всех этих моментах, во всех этих местах, молот Перрина наносил удары, и клыки Юного Быка сжимали шею Губителя. Он ощущал соленый, теплый вкус крови Губителя во рту. Он чувствовал, как дрожит молот, когда он бьет, и слышал, как трещат кости. Мир вокруг сверкал, как вспышки молний.
Все рассыпалось, содрогнулось, затем собралось воедино.
Перрин стоял на камнях в долите Такандар, и тело Губители распласталось перед ним; его голова была разбита. Перрин задыхался, азарт охоты переполнял его. Все было кончено.
Он обернулся, с удивлением обнаружив, что окружен айильцами. Он хмуро посмотрел на них:
— Что вы делаете?
Одна из Дев рассмеялась:
— Похоже, ты станцевал великий танец, Перрин Айбара. Одно удовольствие смотреть на воинов вроде тебя и следовать за ними. Чаще всего им достается главное веселье.
Он мрачно улыбнулся, осматривая поле боя. Битва складывалась не в их пользу. Гончие Тьмы терзали защитников с кровожадным безумием. Путь к Ранду был полностью открыт.
— Кто командует этой битвой? — спросил Перрин.
— Сейчас никто, — сказала дева. Он не знал ее имени. — Родел Итуралде был первым. Затем вел Дарлин Сиснера, но на его командный пункт упал Драгкар. Я не видела ни Айз Седай ни клановых вождей уже часы.
Ее голос звучал скорбью. Даже стойкие Айил были измотаны. Быстрый взгляд на поле битвы, показал Перрину, что остатки Айил сражались там где стояли, часто маленькими группами, пытаясь нанести максимальный урон врагу, прежде чем погибнуть. Стаи волков, которые сражались здесь же, были разбиты. Передаваемые ими образы были полны боли, и страха. И Перрин не знал, что означает эта Тень, пузырящаяся пустыми лицами.
Битва была окончена, и Свет проиграл.
Рядом, Гончие Тьмы прорвались через линию Принявших Дракона, последнюю группу, кто еще сопротивлялся. Несколько человек пытались бежать, но одна из Гончих прыгнула на них, сбив нескольких на землю, и разорвав одного. Брызги шипящей слюны попали на остальных, и они упали, забившись в агонии.
Перрин опустил Молот, затем встав на колени, снял плащ Губителя, и обмотав тканью руки, снова поднял Молот. — Не позволяйте их слюне попасть на вашу кожу. Это смертельно.-
Айил кивнули, те кто был с голыми руками, обмотали их. Они пахли и решимостью, и покорностью одновременно. Если выбора нет, то Аийл, готовы бежать к смерти, и смеяться ей в лицо. Мокроземцы считают их за это безумцами, но Перрин чувствовал правду. Айил совсем не были безумцами. Да, они не боялись смерти, но и не стремились к ней.
— Коснитесь меня, каждый из вас, — сказал Перрин.
Айильцы сделали, как он сказал. Он перенес их в волчий сон — взять так много было тяжело, как гнуть брус из стали — но ему это удалось. Он сразу перенес их на тропу к Бездне Рока. Духи волков собрались здесь, безмолвные. Сотни их.
Перрин перенес Айильцев обратно в мир бодрствующих, своим перемещением располагая себя и свой маленький отряд между Рандом и Гончими Тьмы. Дикая Охота смотрела вверх, испорченные глаза блестели, как серебро, когда останавливались на Перрине.
— Мы останемся здесь, — сказал Перрин айильцам, — и будем надеяться, что кто нибудь нам поможет.
— Мы будем стоять, — сказал один из Айил, высокий мужчина, в одной из этих головных повязок с символом Ранда.
— И если не выстоим, — сказал другой, — и вместо этого проснемся, мы по крайней мере напоим эту землю своей кровью и напитаем своими телами растения, которые теперь растут здесь.
Перрин едва заметил растущие растения, нелепо зеленые и яркие в этой долине. Маленькие, но сильные. Проявление того, что Ранд еще сражался.
Гончие Тьмы ползли к ним, прижав хвосты и уши, обнажив клыки, блестящие словно окровавленный металл. Что это было, что он услышал за ветром? Что-то очень мягкое, очень далекое. Это казалось таким тихим, что он не должен был заметить. Но оно пробивалось сквозь шум войны. Смутно знакомое.
— Мне знаком этот звук, — сказал Перрин.
— Звук? — спросила айильская Дева. — Какой звук? Зов волков?
— Нет, — сказал Перрин, когда Гончие Тьмы начали прыгать вверх по тропе. — Рог Валир.
Герои придут. Но на чьей стороне они будут биться? Перрин не мог ожидать чей либо помощи здесь. Кроме…
Веди нас, Юный бык.
Кто сказал, что все герои должны быть людьми?
Вой поднялся в той же тональности, что и звучавший Рог. Он смотрел на поле, усеянное множеством светящихся волков. Они были
большими бледными зверями, размером с Гончих Тьмы. Духи волков, которые умерли, а затем собрались здесь, ожидая знака, ожидая шанса сражаться.
Рог позвал их.
Перрин издал свой собственный вопль, вой удовольствия, а затем бросился навстречу Гончим Тьмы.
Последняя охота наконец-то, по настоящему пришла.
Мэт снова оставил Олвера с героями. Мальчик выглядел как принц, скача перед Ноэлом, когда они атаковали троллоков и предотвратили любые попытки подняться этим путем возможным убийцам Ранда.