Страница 38 из 77
Не могу не рассказать о встрече с эстрадной певицей Клавдией Шульженко. Артисты нас посещали. Так называемые «поездки на фронт». Но этот «фронт» находился минимум за 200–300 км от фронта. Посещали части, которые выведены на отдых или переформирование. Певица приехала в полк в сопровождении представителя политотдела корпуса под вечер. Было уже темно. В ее честь устроили ужин. В большой землянке накрыли столы и собрались почти все офицеры полка. Расселись. Рядом с певицей посадили подполковника Григорьева. Еще не начался ужин, как она заявила: «Вы что, не нашли помоложе офицера посадить со мной рядом?» Оцепенение. Григорьева любили. Без команды — спонтанно — офицеры встали и ушли. С ней остались заместитель командира по политчасти и офицер из корпуса. Рано утром, не дав концерта, она уехала. Заместитель командира полка по политчасти получил приличную нахлобучку за плохую встречу артистки. Несмотря на приятный голос, манеру исполнения, душевное содержание слов песен, для меня, и не только для меня, она осталась вздорной, невоспитанной, неприятной женщиной. Офицеры возмущались, но это было мимолетно. Учеба продолжалась. Как говорится, «в воздухе пахло приказом». Об этом говорили многие моменты. Такие, как вызов командиров и начальников штабов на совещания в верхи, доклады командиров о состоянии боеспособности частей, политзанятия о деятельности Советской Армии на фронтах, получение и изучение памяток о танке «Т-34-85», проведение партийных и комсомольских собраний о состоянии боеготовности, боеспособности и многое другое.
Фронт неудержимо шел на запад. Получили приказ о погрузке в эшелоны. Начальник 2-го эшелона подполковник Григорьев, первого — майор Ходорич. Мне и капитану Порамошкину приказано быть во 2-м эшелоне. Погрузка прошла спокойно. Узкому кругу офицеров было известно, что двигаемся на Киев в распоряжение 1-го Украинского фронта. Двигались быстро. Недолгая задержка была недалеко от г. Шостка. Выгрузились в Дарнице. Переправа через Днепр по понтонному мосту. Двигались повзводно, мимо памятника Богдану Хмельницкому в сторону Святошино. Крещатик был разрушен. Горы земли и кирпича. Не было и ста метров прямой дороги. Целый дорожный лабиринт. Место расположения полка было отведено в г. Ирпень. Расположились около лесного склада. Обустройство и учеба. Ожидание прибытия танков. Сообщили, что прибывает эшелон танков для полка, примерно за час. Командование, партийно-политический аппарат и хозяйственники убыли на станцию. Прибыл эшелон танков с экипажами. Была большая радость в том, что в числе экипажа одного из танков был лейтенант Марков. Его чуть ли не качали. Другие экипажи не понимали причину радости, да и сам Марков был в оцепенении. Он не знал, как его спасали. Он же был тогда без сознания. Рассказали, как за ним, раненым, ходили в тыл противника. На прибывших танкистов рассказ произвел большое впечатление. Была высказана мысль, что в этом полку раненых не бросают. Знакомство с вновь прибывшими. Большинство командиров и членов экипажей были с 1925 года рождения. Почти все были комсомольцы. Началось переформирование экипажей. В каждом экипаже хоть один человек был из полковых танкистов-старожилов. Было и недовольство. Убедили, что так будет лучше. Экипажи уже были из пяти человек. Командир танка, командир орудия — он же наводчик, заряжающий, стрелок-радист и механик водитель. За счет тех танкистов, которые остались без танков, создавался полковой резерв. Занимаясь учетом комсомольцев, созданием комсомольских организаций в ротах, я знакомился с людьми. Подбирал комсомольский актив. Временно, до комсомольских собраний, назначал комсоргов рот. Началось сколачивание экипажей. Учебные занятия. В связи с тем, что танки прибыли с 85-мм пушкой, наводчиков оставили на местах, так как они еще в учебно-запасном полку изучали эту систему и проводили стрельбы. На занятиях с танкистами выявился один момент. Крышка люка была не цельная на весь люк, как в «Т-34», а из двух половинок. В одной из них был установлен для обозрения прибор в виде перископа. На занятиях отрабатывались приемы, как занимать свои места танкистам в танке и как покидать танк. Команды «по машинам» и «отбой». Засекалось время. Для выполнения этих команд были нормативы по времени. На тренировках танкисты не укладывались в нормативы. Выяснилось, что ручка так называемого перископа при выскакивании из танка ударялась в грудь. Задержка — и результат невыполнение норматива. В бою это гибель. Снимать перископы не разрешалось. Конструкторы думали, что будет лучше и танкисту не высовывать голову из люка для ориентировки. Оказалось, пользы мало, а вреда много. В боях танкисты просто это приспособление выбрасывали. Все командиры рот, да и часть командиров взводов были назначены из ветеранов полка.
Командующий фронтом генерал Ватутин тяжело ранен в бою с украинскими националистами. Командование фронтом принял маршал Жуков Г.К. Имя Жукова было широко известно в офицерских кругах. Где Жуков, там тяжелые бои. Ходили слухи и о том, что с Жуковым лучше не встречаться. Он был не только резок до грубости, но и беспощаден. Полк получил приказ сосредоточиться в лесу около села Славута. Офицеры получили карты возможного района действий. Карты были чистые. Обстановка не нанесена. Сосредоточились без эксцессов. Командир полка уже имел конкретную задачу. Перед партполитаппаратом поставил задачу: отобрать 10 экипажей добровольцев для выполнения задачи:
1. Сразу после прорыва переднего края противника войти в брешь в обороне и уйти в оперативную глубину.
2. Двигаться, не вступая в бои.
3. Достичь железной дороги Львов — Одесса. Перерезать ее. По этой дороге проходило в обоих направлениях более 40 эшелонов в сутки. Район Войтовцы, Бальковцы, Коростово.
4. Держаться до подхода главных сил.
5. Глубина рейда около 200 км.
6. Особо отличившимся — звание Героев Советского Союза.
Конечно, все это до танкистов не доводилось. Подробности знали единицы офицеров. Заместитель по политчасти пошел в 3-ю роту, я во 2-ю роту, а капитан Порамошкин в 1-ю. Во 2-й танковой роте все экипажи изъявили желание быть добровольцами. Около командира полка было много офицеров. Все в защитных плащах. Я подошел для доклада. В докладе успел произнести, что 2-я рота в полном… остальные слова не успел договорить. Ко мне повернулся один из присутствующих и рявкнул: «Пошел вон!» Я узнал Жукова. Дал стрекача так, что остановился только в роте. Скорость моя была приличной. Предупредил Порамошкина и Коваленко об инциденте. Они уже действовали иначе, чем я. Было решено идти всем полком со 2-м мотострелковым батальоном на танках десантом. Почему я дал стрекача? Об этом я упомянул уже раньше. Решение: полк на выполнение задачи идет в полном составе. Задача уточнялась перед офицерами полка. Напомнил командир полка о том, что до экипажей довести задание командующего фронтом в общих чертах, подчеркнув, что задание очень ответственное и имеет стратегическое значение. На подготовку отводилось менее суток. Кроме боеприпасов, горючего (кроме заправок горючим, на каждом танке бочка с горючим), сухой паек на три дня и по два бревна на корме каждого танка. Командование предусмотрело, что мартовская грязь на украинских черноземах потребует применения самовытаскивателей. Это когда танк увяз, сел на днище, то к гусеницам спереди, немного ниже передних ведущих, привязываются бревна, и танк, упираясь на бревна, снимается с грязевой подушки. Кроме этих военно-бытовых вопросов, проводилась и партийно-политическая работа. Главное, о важности задачи и о том доверии, которое оказывает нам командование фронтом. Из всех войск фронта выбрали именно нас. Это высокая честь и ответственность. Очень много поступило заявлений о приеме в партию. При поступлении в партию требовалось три рекомендации. Для комсомольцев нужно две рекомендации от членов партии и одна от комсомольской организации. Так что мне, кроме бесед в экипажах, с комсоргами рот, группкомсоргами взводов, пришлось писать не один десяток рекомендаций от комсомольской организации. Настрой личного состава был очень высокий. Я уже писал, что наш полк был молодежным. В абсолютном большинстве состоял из коммунистов и комсомольцев.