Страница 10 из 11
– Эй, – с трудом выговорила она, – что вы тут делаете?
– Замолчи, – приказал ей служитель. – Я караулю Апопа. Хочу сам изловить его. Он мой, и ты не смеешь отбирать его у меня. Если ты не будешь сидеть спокойно, я пристукну тебя. Ясно?
– Вы с ума сошли! – запротестовала девочка. – Одеяние опасно. Оно не дастся вам в руки, а скорее само изловит вас.
– Замолчи, – повторил человек. – Я знаю, что делаю. Это очень могущественный костюм. Возможно даже, один из самых могущественных во всем мире. Завладев им, я стану хозяином колледжа, и Каламистос больше не сможет держать меня в плену. Я смогу наконец покинуть эту тюрьму!
– Значит, вас держат здесь пленником? – удивилась Пегги.
– Именно, – бросил служитель озлобленно. – Как и все остальные служители в полосатой одежде, я раньше был здесь учителем. По здешним правилам, если больше семидесяти процентов учеников проваливаются на выпускном экзамене, нас лишают учительского звания и разжалуют в прислугу.
– Что? – поразилась Пегги. – Семьдесят процентов провалов! Это ужасно много…
– Потому что экзамен очень трудный. Считается большой удачей, если хотя бы три ученика из десяти выдерживают его. Увы, иногда бывает, что во время итоговых испытаний погибают все до единого. Тогда учителей подвергают наказанию. Так случилось и со мной: лишь один ученик из моего класса сумел получить диплом, но и он через двое суток умер от полученных ран. Каламистос и кошмарная Зизолия не простили мне этого, лишили должности. И вот я здесь, в этой мерзкой рабской одежде… Но с меня хватит! Час расплаты пробил! Я завладею костюмом Апопа и разнесу проклятый колледж по кирпичику… Я раздавлю Каламистоса в лепешку, я…
Он весь кипел от ярости. У Пегги Сью мелькнула мысль, не безумен ли он. В любом случае, мужчина был настроен решительно и намеревался довести свой замысел до конца. Девочка не решалась пошевелиться из страха, что он действительно может убить ее.
В этот миг в глубине аллеи показалась странная тень – угрожающий силуэт, в котором не было ничего человеческого. У Пегги перехватило дыхание. Сомнений нет, человек-змея выполз из своего укрытия в поисках добычи. Должно быть, почувствовал запах живой плоти.
– Это он! Он! – вскричал бывший учитель, выпучив глаза. – Его сила безгранична. Вот надену древнюю ветошь и стану властелином вселенной…
– Вы с ума сошли, – зашептала Пегги, стараясь удержать его, – он же сожрет вас живьем!
– Да нет же, идиотка, – зашипел служитель. – Что может костюм? У него нет ни зубов, ни желудка…
– Он в них не нуждается, – упорствовала девочка. – Он будет питаться вашей жизненной энергией.
– Я достаточно силен, чтобы одержать над ним верх. Я уже несколько месяцев глотаю полные пригоршни витаминов. Пусти меня!
И служитель высвободился одним резким рывком. А в следующую секунду уже выскочил из кустов и обхватил руками одеяние из змеиной кожи, которое осело на землю, не оказав никакого сопротивления.
– Он мой! Мой! – закричал служитель безумным голосом.
Со своего места Пегги могла теперь внимательно разглядеть змеиное одеяние, которое ярко поблескивало на солнце серебристыми чешуйками. Шлем в виде головы кобры с раздутым капюшоном[4] выглядел и впрямь устрашающе.
Задыхаясь от нетерпения, бывший учитель торопливо забрался внутрь кожаного одеяния.
«Вот тупица! – подумала Пегги. – Неужели он не понимает, что Апоп нарочно позволяет ему сделать это, чтобы похитить его энергию?»
Но человек уже застегнул молнию на костюме, подписав себе приговор. Пегги услышала, как он злобно расхохотался под маской кобры.
– Теперь посмотрим, чья возьмет, Каламистос! – крикнул служитель, поворачиваясь лицом к колледжу. – Пора нам свести счеты. Готовься получить хорошую взбучку!
Неловкими шагами он двинулся по аллее в сторону школы. И около минуты размахивал руками с громкими криками. Затем яростные вопли стали слабеть и вскоре, Пегги ясно слышала, превратились в глухие стоны. Внезапно Апоп остановился, его чешуйчатая рука потянула за замочек молнии и резко опустила его вниз. Когда полы одеяния распахнулись, Пегги не удержалась от потрясенного восклицания. Внутри костюма находился чисто обглоданный человеческий скелет цвета чуть желтоватой слоновой кости. Древнее божество высосало жизненную энергию разжалованного учителя до самых костей.
Апоп встряхнулся, и кости высыпались из него на землю. Теперь костюм двигался гораздо быстрее, и его жесты утратили скованность. Пополненные запасы «горючего» вернули ему гибкость.
«Повезло мне, ничего не скажешь, – подумала Пегги. – Теперь придется бежать в два раза быстрее!»
Сейчас она понимала, что пытался донести до сознания учеников Дьяблокс. Нужно было обладать действительно большой физической мощью, чтобы решиться надеть один из боевых костюмов из запретного хранилища. Такое было по силам только сверхчеловеку или колдуну, и то они вышли бы из него отощавшими и преждевременно состарившимися.
«Что ж, тем хуже, – решила девочка. – Пора идти».
Она выскочила из своего укрытия, подобрала с дорожки горсть гравия и швырнула его в спину Апопа.
– Эй! – крикнула она. – Попробуй поймать меня, ты, гадюка несчастная…
И Пегги Сью тут же бросилась стремглав в сторону кустарника, где прятались Наксос и синий пес. Ее единственная надежда основывалась на том, что человек-рептилия очень быстро сожжет свои резервы «топлива». Не было сомнений, что злосчастный учитель, из которого он высосал жизнь, не удовлетворил его потребностей в энергии до конца. По крайней мере, Пегги очень на это надеялась.
Едва дыша от страха, она услышала, как Апоп ринулся в погоню. Гравий угрожающе похрустывал под его когтистыми лапами. У Пегги всегда были неплохие оценки по физкультуре (по правде сказать, единственному предмету, который ей действительно нравился в те времена, когда она еще посещала школу), и сегодня это должно было спасти ей жизнь. Апоп мчался следом, вытянув вперед руки, готовые схватить ее. Темный инстинкт внушал ему, что он должен как можно скорее поймать девчонку, чтобы снова не лишиться сил из-за нехватки «горючего». Жертва, которую он поглотил, не обладала достаточной энергией, чтобы позволить ему покинуть территорию школы, как он собирался. Его слишком долго держали взаперти, и он просто умирал от скуки, мечтая о титанических сражениях, о великих схватках, потрясающих самые основы мироздания… Он знавал это все в прошлом, много веков назад, и тосковал по тем славным временам. Великие жрецы фараона за две тысячи лет до Рождества Христова создали его специально для войны, и костюм не собирался окончить свои дни в темном хранилище. В далекой древности бритоголовые маги сшили его из кусочков кожи от выползков бога-змея Апопа, и ему была уготована великая судьба! Увы, сегодня люди стали слишком слабыми, чтобы выносить его близость. Современности катастрофически недоставало героев, поэтому его и оставили висеть на вешалке в темноте платяного шкафа. Этому пора было положить конец!
Человек-рептилия мчался по гравию, не отдавая себе отчета, что гнев и ярость растрачивают большую часть энергии, поглощенной им минутой раньше.
Задыхаясь от бега, Пегги не решалась обернуться. Ей казалось, что она уже чувствует когти чудовища на своем затылке. С сердцем, готовым выскочить из груди, девочка рухнула на газон, не в силах сделать больше ни шага, почти теряя сознание от напряжения. В тот же момент Наксос выскочил из зарослей, и его волосы засияли на солнце, как светящийся золотой шар.
– Эй ты, кобра! – закричал он. – Посмотри на меня! Я бог Ра! Бог Солнца, твой заклятый враг, которого ты преследуешь с древних времен… Но тебе меня не поймать!
И мальчик метнулся вправо. Человек-змея резко развернулся, позабыв про Пегги Сью. Золотые волосы гипнотизировали его – как будто над землей танцевало маленькое солнце. Ненавистное светило следовало поймать и проглотить! Да, он схватит сгусток чистой энергии и поместит его себе в грудь, и этого топлива ему хватит на целый век, если не больше. Тогда он сможет обходиться без «жильцов» у себя внутри – мерзких, вонючих людишек, которые потеют, как свиньи, и оскверняют его прекрасную серебристую кожу. Да! Ему нужно именно солнце! Он схватит Ра и сожрет его, как огромный огненный пирог… Он уже заранее предвкушал это пиршество.
4
Рассерженная кобра широко раздувает кожу на шее, что делает ее голову непропорционально большой по отношению к телу. В спокойном состоянии кобра выглядит как обычная змея.