Страница 15 из 214
— Значит, его укусил муравей? Обыкновенный муравей?
— Нет, сэр, это был не обыкновенный муравей. Таких я раньше не видел. Это был огромный серый муравей, похожий на осу, только поменьше. И без крыльев. Летать они не могут. У нас в Бразилии есть летающие муравьи, но те не такие. Эти бегают очень быстро и такие хитрые... Такие хитрые... Вы не поверите, они строят железные города! А металл достают из автомобилей.
— Откуда вы знаете?
Васко Мораес не ответил. Рассказывать о посещении автомобильного кладбища ему не хотелось. Как-никак это хоть и свалка, но все же частное владение, и, строго говоря, сняв подшипник со старой машины, он совершил кражу. Ган Фишер тотчас заметил, что Мораес чего-то недоговаривает, и стал настойчивее:
— Почему вы думаете, что эти муравьи строят железные гнезда? Я никогда о таком не слыхал.
— Я тоже никогда не слышал, чтобы муравьи строили гнезда из гвоздей и проволок. У нас в Бразилии есть муравьи, которые живут на деревьях и шьют себе гнезда из листьев. Есть такие, которые вообще не имеют гнезд, а только кочуют. Это самые опасные муравьи. Когда они идут по лесу, они съедают все на своем пути — мышей, пауков, лягушек, а если не успеешь убежать, так и человека сожрут до косточек. Объедят так, что останется только скелет — прямо для магазина наглядных пособий! Я это знаю. Работал два месяца на такой фабрике — отмывал кости. Противная работа.
— А вы сами видали такие, объеденные муравьями, трупы? — спросил Ган Фишер.
— Я? Нет, не видал. Я ведь очень давно уехал из Бразилии.
Ган Фишер отпил из своего стакана. Мораес ел сосиски.
— Хорошие сосиски, горячие, — сказал он. — Я целый день ничего не ел. И они там тоже. Ну, им-то сейчас не до еды. Я сказал боссу, что буду ждать здесь, надо отвезти его на ферму.
— А почему он не поехал на своей машине? — спросил Фишер.
— Так ведь она не заводилась. Он гонял, гонял стартер — и ни одной вспышки. Искра пропала. А машина у него хорошая. В таком фургоне очень удобно спать, можно вытянуться во весь рост.
— Может быть, в машине были обрезаны провода?
— Я не знаю. А зачем их обрезать?
Ган Фишер допил свое виски.
— Повторим?
— Пожалуй, хватит...
— Ну, по одной?
— Давайте.
Фишер сделал знак бармену.
Мораес доел сосиски. Он сидел молча, уставившись в пустую тарелку. Упоминание о машине Рэнди снова направило его мысли на полчища серых муравьев на автомобильном кладбище.
— Я слышал, они, эти муравьи, забрались в приемник? — спросил Фишер.
— Да, там вообще было много муравьев. Они всюду ползали, и в приемнике тоже. Они прогрызли в нем дырку и старались протащить туда какого-то паука.
— В приемник?
— Ну да, в приемник. Я сперва подумал, что это гудит радио, а потом разобрал, что гудит паук.
— Когда это было?
Мораес, словно истукан, смотрел прямо в глаза Фишеру.
— Ну, когда вы видели муравьев в приемнике?
— Когда?.. Тогда.
— Утром?
— Ну да, утром.
— А как же Рэнди говорил, что приемник у него не работал и он сам открыл крышку?
— Так я же и говорю то же самое. Он открыл приемник, а там полно этих серых муравьев. Они прямо так и кишели. Он хотел их высосать пылесосом, а они разбежались, и один укусил мальчика, а потом...
— Это все я уже знаю. Рэнди рассказывал. Он говорил даже, что они отгрызли там какие-то детали?
— Так зачем же вы спрашиваете, если сами все знаете?
— Мне это нужно для газеты. Я у вас беру интервью.
— А если я не хочу вам давать никаких этих интер...
— На этом можно заработать.
— Кому? Вам?
— И вам тоже.
— Никогда не слыхал о такой работе. Что надо делать?
— Ничего особенного. Просто расскажите мне все, что вы знаете о серых муравьях. Что-нибудь такое, что будет интересно нашим читателям. Мне нужна сенсация...
— А я ничего не знаю. У меня нету этой вашей сенсации. Я вам уже все рассказал. А сколько можно заработать?
— Ну, скажем, пять долларов?
— Не пойдет. На уборке шпината я получаю доллар двадцать в час. А мы сидим здесь уже битых два часа.
— Два доллара сорок. У вас много работы?
— Когда как...
— Вы же все равно ничего не знаете. Сами сказали.
— А если знаю? — Мораес опять посмотрел в упор на Фишера своим ничего не выражающим взглядом.
Фишер молчал.
— Допьем? — сказал он.
Мораес кивнул. Допили. Фишер подозвал бармена и показал на стаканы. Бармен налил.
— Десять долларов? — сказал Фишер.
— Сто.
Фишер засмеялся.
— Почему не тысячу?
— Мне нужно сто долларов. Деньги вперед.
Фишер помолчал, прикидывая в уме, что мог бы рассказать Мораес и сколько на этом удастся заработать.
— Вы читали газеты? Что вы думаете об убийстве Роберта Грига?
— Я не читаю газет. Я вообще не умею читать. Так, немного, только то, что напечатано крупными буквами... Вывески, дорожные знаки... ну, и другое.
— А радио вы не слушали?
— У меня в машине нет радио.
— А что вы делали в лесу?
— В лесу?.. — Мораес опять уперся в него каменным взглядом. — Спал. Я иногда заезжаю в лес, чтобы переночевать, когда негде остановиться. Только последний раз это было давно. В Калифорнии, за перевалом.
— А здесь, поблизости, вы нигде не заезжали в лес?
— Здесь? Нет, нигде.
— А вы не повторите фразу, которую я продиктую?
— Зачем?
— Так, для газеты.
Фишер переменил позу, чтобы микрофон, спрятанный в кармане его пиджака, был направлен прямо на говорящего. Мораес отодвинулся.
— Для газеты — сто долларов. А вообще чего вы ко мне пристали? Не буду я вам ничего говорить. Я ничего не знаю. Переночевал на ферме. Утром отвез больного ребенка в город. Вот и все.
— Ладно. — Фишер достал из кармана бумажник и положил на стол две купюры по пятьдесят долларов. — Рассказывайте.
Мораес посмотрел на деньги, потом на Фишера, потом снова на деньги и медленно протянул руку. Фишер быстро накрыл бумажки своей рукой.
— Рассказывайте, — повторил он.
— Деньги вперед, — сказал Мораес.
Фишер отрицательно покачал головой.
— Сперва рассказывайте.
— Вы же из меня уже вытянули больше, чем думали.
Фишер сложил бумажки и взял бумажник.
— Ладно, пополам, — сказал Мораес. — Пятьдесят вперед, пятьдесят потом.
Фишер молча протянул ему одну бумажку.
— Так что рассказывать? — уныло спросил Мораес.
— Все, что вы знаете о серых муравьях.
Мораес помолчал, собираясь с мыслями, и начал:
— Муравьи пришли сюда с Амазонки. У нас в Бразилии в древние времена было великое племя тупи-гуарани. Оно жило по берегам большой реки. Потом пришли белые люди и стали истреблять индейцев. Тогда вождь увел свое племя в глухие леса в глубь страны. Но там было сыро, темно и голодно, и люди умирали один за другим. Люди не знали, что делать, и сердца их ожесточились. Увидя это, Великий дух явился к ним и, для того чтобы людям было легче найти себе пропитание, превратил их в серых муравьев...
— Довольно, — сказал Фишер. — Такие басни я умею сочинять лучше вас.
Мораес остался невозмутим.
— Тогда зачем же я вам нужен? Вы просили рассказать о серых муравьях, я... — Он поднялся из-за стола. — Я здесь, босс!
К ним подходил Том Рэнди.
— Надо ехать, Мораес, — сказал он.
— Я готов... Мы тут немножко выпили...
— Вижу. — Рэнди повернулся и пошел к выходу.
Мораес последовал за ним, но, сделав несколько шагов, вернулся. Он остановился перед Ганом Фишером и, покачиваясь, смотрел на него.
— Что? — спросил Фишер.
— Остальные пятьдесят.
Фишер пожал плечами. Тогда Мораес нагнулся к нему и зашептал в самое ухо:
— Если вам нужны серые муравьи, поезжайте по восточной дороге на автосвалку, в самый дальний конец, ближе к лесу...
Фишер невольно отстранился от горячего дыхания, щекотавшего ухо. Он хотел встать, но задел стол. Звякнула упавшая вилка. Ган рванулся за Мораесом, но тот уже уходил.