Страница 99 из 105
— Пошли! — крикнул Уолли.
— Подождите.
Она должна защитить и Тана, и доказательства. Это означало передать их Тану, не приближаясь к нему, и отвлечь от него триады. Но единственным способом сделать это было дать Вивиан шанс передать их самой. Новая мысль пронзила ее. Стала бы она так разговаривать с Мэри Ли, если бы та не была китаянкой? После стольких лет жизни на Востоке она по-прежнему играет не по тем правилам, которые позволяют ей так обращаться с людьми, если они не белые. Отбросив размышления, Викки взглянула на Вивиан.
Ма Биньян взялся за дверцу.
— Вивиан, вы и Ма Биньян останетесь в машине. Выходить наружу — безумие. Я пойду с Уолли и Лин-Лин.
Вивиан казалась пораженной.
— Вы обещали…
Викки сняла свое ожерелье-кулон с драконом и надела его на Вивиан.
— Просто на случай, если меня убьют здесь, это для ребенка.
— Вы обещали…
— Только если это будет девочка. Если родится мальчик, вы будете носить его сами.
Вивиан казалась озадаченной.
Ма Биньян начал протестовать. Викки положила свою руку на его руку.
— Позаботьтесь о Вивиан. Она кажется такой толстой, что может родить близнецов.
Вивиан дотронулась рукой до кулона с полуулыбкой замешательства. Викки, как никто другой, из присутствующих хорошо знала, что ребенок был упомянут в завещании Дункана потому, что тесты показали, что это его ребенок. И эти же тесты гарантировали, что это девочка, и притом одна. Что за секрет скрывался в любимом кулоне Викки?
— Процитируйте ребенку поэта, — сказала Викки, позволяя Уолли открыть дверцу.
— Какого поэта?
— Лао-цзы. «Та, у которой глаза открыты… бессмертна».
Вивиан смотрела, как пальцы Викки словно невзначай пробежали по дракону и коснулись его зеленого глаза — оптической дискеты, на которую ее ювелир заменил нефритовый. Вивиан осторожно кивнула. Лин-Лин напряглась, чувствуя, что между Вивиан и Викки что-то происходит.
— Почему? — спросила Вивиан. — Ведь вы так любите его.
— Оно должно остаться в семье, — ответила Викки. — Пойдем, Уолли. Пойду прямо за тобой, Лин-Лин.
Херст с силой открыл дверцу, и Викки вылезла вслед за ним в толпу. Это было похоже на купание в горячем песке.
Лин-Лин подождала Викки и подошла почти впритык к ней сзади, Уолли Херст прокладывал дорогу среди низкорослых кантонцев, рвавшихся поближе к Тану. Им потребовалосъ пять минут, чтобы преодолеть расстояние в пятьдесят футов до полицейского автобуса.
Она тщетно искала триадовского гангстера, но заметила других похожих на крутых парней из «Кантон-клуба».
— Уже пришли, — Уолли приглашал ее пройти сквозь заслон нескольких полицейских, охранявших автобус. Он нажал на дверцу. Она мгновенно открылась. Викки пошла за ним и Лин-Лин вверх по ступенькам. Внутри, когда дверца закрылась, гул толпы немного стих, и кондиционер был словно подарком небес.
— Сюда, — сказал отчетливый голос по-английски. Господи, что, если она ошиблась и неожиданно встретится лицом к лицу с Таном с пустыми руками? Их провели и посадили сзади водителя в форме. Часть сидений была убрана. Оружие, противогазы и баллоны с водой были свалены в кучу. Завыла сирена, загудел мотор, и секундой позже автобус проехал сквозь открытый проход на Натан-роуд.
— Куда мы едем?
— В «Волд Оушнз-хаус».
— Простите, не поняла?
— Сядьте, Викки, — сказал Херст. — Мне очень жаль, извините меня за это, но жизнь не так проста.
— Вы везете меня к Ту Вэй Вонгу?
— Сядь, — сказала Лин-Лин, и что-то в ее голосе было достаточно пугающим, чтобы заставить Викки сесть.
— А как насчет полиции?
— Я не вижу никакой полиции.
Она сидела тихо, а автобус ехал вперед и вскоре добрался до запруженного Кросс-Харбор Танл, а потом повернул на запад к Центральному району.
Она не видела смысла сопротивляться — здесь были Уолли Херст, Лин-Лин, водитель и несколько мужчин; она скорее ощущала, чем видела их присутствие на задних сиденьях. Когда автобус наконец закатил в тень гаража «Волд Оушнз-хауса», она делала то, что ей велели, и шла за Херстом и Лин-Лин к лифту. К тому самому лифту, в котором она ехала к офису Ту Вэя в ту ночь, когда переиграла его, похитив Стивена. Она содрогнулась.
От одного взгляда на Уолли Херста ее страх улетучился.
— Вы убили моего отца.
Херст облизнул губы:
— Ваш отец сам себя убил. Я был просто пешкой в игре.
— Заткни эту суку, — сказала Лин-Лин.
Херст побагровел, опять облизнул губы и посмотрел в замешательстве на Викки, которая сказала:
— Она так сильна в постели, или просто ты такой подлец?
Лин-Лин схватила ее волосы и дернула изо всех сил, таща Викки в нефритовую кабину лифта. Когда китаянка отпустила ее, Викки совершенно ничего не видела от слез. Ее сердце бешено колотилось. Она боролась с собой, пытаясь сохранить достоинство, но лишь наполовину пришла в себя, когда дверь открылась. Викки сорвала с головы шарф Вивиан и стала тереть пальцами свой пылающий скальп, стараясь разогнать боль и страх. Она должна как-то выиграть время, чтобы Вивиан добралась до Тана.
Глубокий голос Ту Вэй Вонга прокатился по необъятному офису, чуть дрогнув от удовлетворения:
— Чье сердце ты принесешь мне на этот раз, дочь тайпана?
Глава 36
Тяжелая тишина, бесценные ковры, шедевры искусства, ревниво спрятанные от постороннего взгляда, как и то, что может здесь произойти. Никто не узнает. Лин-Лин толкнула ее в спину. Уолли взял ее руку. Викки стряхнула его и бросила украдкой взгляд на часы. Меньше часа прошло с тех пор, как она отдала Вивиан свой кулон-дракон.
Они подвели ее к тиковому столу, где ждал Ту Вэй Вонг. Викки смотрела на него, подавляя страх. Она заговорила первой, обращаясь к переводчику, стоявшему возле сидящего тайпана:
— Спросите своего тайпана, знал ли он моего отца в Шанхае?
Ту Вэй перебил переводчика и ответил по-английски:
— Колониальные господа не якшались с уличными парнями в старом Шанхае.
— Отец моего отца был клерком.
— Никто не станет брать такси до луны, хотя она и ближе солнца.
— Просто вы были примерно одних лет, оба из одного города и так явно ненавидели друг друга.
Ту Вэй посмотрел на нее пристальным взглядом.
— Если б я знал, кто такой Макинтош еще в Шанхае, он никогда бы не добрался до Гонконга живым.
— Что…
Он свирепо перебил ее:
— Отдай мне материалы, которые передал тебе отец.
— Какие материалы?
— Я велю раздеть тебя донага и обыскать. Лин-Лин будет больше, чем довольна, выполнить эту работу.
Викки почувствовала, как китаянка зашевелилась рядом с ней.
— Твой отец собирал доказательства, чтобы использовать их против меня. Я хочу получить их.
— У меня нет доказательств, — запротестовала Викки. Она прокручивала в мозгу варианты, как можно вернуть его к разговору о Шанхае, когда он рявкнул:
— Лин-Лин!
— Да, Лаое?
— Найди их.
— Что вы имели в виду, говоря, если бы знали, кем был мой отец?
— Вором.
— Вором? Дункан Макинтош? Я так не думаю.
— Спроси свою мать.
— Извините, не поняла. — Лин-Лин подошла к ней. Ту Вэй дал ей знак подождать, он казался заинтригованным озадаченностью Викки. — Спросить мою мать?
— Она знает, кто вор.
— Вор? Что было украдено? Я не могу спросить свою маму. Вы скажете мне.
Она была одновременно сбита с толку и чувствовала облегчение от того, что он так явно заинтересовался ее замешательством. Ту Вэй разглядывал ее с ледяной улыбкой.
— Это дело прошлое, которое не значит для тебя ничего. Наша борьба в настоящем. Лин-Лин, сними с нее одежду и найди их.
— Найти — что?
— Я недавно узнал, вероятно, твой отец уменьшил в размерах документы — те, которые мне нужны, Он затолкал их на оптическую дискету. Мне говорили, что она очень маленькая. Ты могла без труда спрятать это в своем теле.