Страница 66 из 79
"Хм, интересный феномен, она и не знала, что и вампир может отреагировать подобным образом".
Конечно же, Сирина не боялась своего любимого, она знала, что Михаэль никогда не обидит ее. Однако такой тон вызывал… опасения.
- Ммм, я просто немного продолжила ее собственное воздействие, изменив точку его приложения, - прикусив губу клыками, Рина подняла глаза на Мастера. Он с непроницаемым выражением на лице смотрел в упор на нее, полностью игнорируя тот факт, что в зале находились и другие. Сирина видела, что багровые искры в глазах Михаэля перерастают в языки пламени, и это настораживало. - Серьезно Михаэль, я не сделал ничего такого, что могло бы оправдать такую твою реакцию, - она сложила руки на груди и задрала вверх подбородок, не собираясь позволить запугать себя.
- Объясни, - Михаэль произнес это по слогам, и суровый тон Вечного показал, что ее бравада не произвела на любимого должного впечатления.
Рина шумно выдохнула.
- Прости, не думал, что наша благодарность может причинить тебе неудобство, - с мягкой усмешкой прошептал Теодорус позади нее.
Она только отмахнулась, не уверенная, что его извинения ей сейчас так уж нужны или чем-то помогут.
- Когда Кали вновь забрала зрение Лилианы, я просто провела этот подавляющий импульс по всем ее органам чувств. Вот и все, Михаэль, - Рина недовольно нахмурила брови. - В конце концов, я биофизик, и не вижу разницы, чем воздействовать на нервные окончания: магией или электрическим стимулом. И если я знаю, как помочь, то почему не могла немного схитрить, облегчая участь Лилии?!
К концу свой речи, Рина почти перешла на крик, но все тактично сделали вид, что не заметили этого.
Все, кроме Михаэля.
- Какая разница?! - она впервые слышала, чтобы Михаэль кричал на нее. Этот вампир показывал Рине разные свои стороны, но еще ни разу он не впадал в ярость по ее вине. Впрочем, Сирина явственно ощущала, что в основе гнева ее любимого - лежит страх за нее. - С богиней не хитрят, Сирина! Тем более, с богиней разрушения и смерти!!
Его руки обхватили ее плечи, и резко дернув, Михаэль прижал Рину к себе так сильно, что останься она человеком - кости не выдержали бы.
- Ты хоть понимаешь, что она может уничтожить тебя в мгновение ока, и я ничего не смогу сделать?! Ты понимаешь это, малыш?! - Михаэль продолжал ее вычитывать, как нашкодившего ребенка, и Рина, при всем желании, не смогла бы вставить и слова, потому что он едва не тряс ее. - К черту Рохуса и всех его помощников! Какая разница, что он задумал, если ты сама, своими поступками, настраиваешь богиню против себя?!
- Но я хотела помочь Лили! - не выдержала, наконец, Рина. - Так же как и ты рискнул защищать Лилиану перед Кали, хоть я и была у той в полной власти! И ничего же плохого не случилась, черт тебя побери! - рассердившись, Сирина стукнула кулачками по его груди, не видя, как всю ее фигуру окутывает переливающийся кокон силы, охватывая и Михаэля, будто ограничивая их двоих от всех остальных.
Такая отповедь заставила Михаэля на миг замолчать. Мастер пристально посмотрел в зеленые глаза, и Рина видела, что полыхание багрового пламени в его собственных очах ни на йоту не угасло. Но, тем не менее, она ощущала у себя внутри, как Михаэль пытается подчинить собственной воле и свою, и ее ярость.
Напряжение, казалось, искрящееся между ними, начало немного опадать и, не дожидаясь пока пелена колдовской силы Рины окончательно спадет, Вечный с усилием прижал ее еще ближе к себе, и впился в губы неистовым поцелуем. Словно пытался убедиться, что Кали, в самом деле, не заметила, или простила Сирине подобную уловку.
Глава 19
- Серьезно, я не любитель повторять одно и то же по три раза, - Максимилиан, в самом деле, не казался довольным, Рина не могла не отметить этот факт.
Как и все другие, впрочем. Их друг даже не предпринимал попытки скрыть собственное скверное настроение.
И только Элен с улыбкой наблюдала за хмурящимся любимым.
Сирина, между прочим, так же, не была против бурчания Макса.
Вообще, она согласилась бы на что угодно, лишь бы то и дальше отвлекало Михаэля от недавнего инцидента, помогая Вечному успокоиться.
- Мы понимаем, Макс, и все же, сделай милость, - Грегори ехидно посмотрел на друга, похоже, испытывая искреннее удовольствие от того, что достает того еще больше.
Сирина фыркнула, наблюдая за этим.
Серьезно, она не понимала, отчего Михаэль так разъярился. Нет, разумеется, яснее ясного, что не стоит просто так сердить богиню. Тем более что Кали не была доброй и милой феей. Но Рина почти не сомневалась, что очень сложно утаить что-то от любого небожителя. И более того, практически была уверена, что Кали известно о ее "шалости". Но, тем не менее, она же не наказала ее. И даже "одарила".
"Хотя…", Рина задумчиво нахмурилась, даже не заметив этого, - " о том, не был ли тот дар проклятием, еще и поспорить можно".
Михаэль обернулся к ней, ощутив сомнения внутри своей любимой, и Сирина тут же улыбнулась ему, чтобы не обострять только утихшие прения.
Судя по всему, что с вампиром, что с обычным мужчиной - семейная жизнь требовала немалых способностей к дипломатии. А может и больших, учитывая масштаб разрушения, которое могло причинить "недовольство" бессмертного.
Не поверив ее улыбке, что и не удивительно, ведь он мог читать ее мысли, Михаэль все же отвернулся, возвращаясь к разговору.
Макса все-таки удалось убедить заново изложить все, что он узнал у Кена. И достигли этого даже без кровопролития - всего лишь просящим взглядом и улыбкой Элен.
Рина вернулась к своим размышлениям, параллельно продолжая наблюдать за всеми, кто сидел за столом.
Та мысль, которая возникла у нее при появлении Теодоруса и Лилии, не давала Сирине покоя, заставляя вновь и вновь обдумывать ее. Поведение любого из этих вампиров можно было предугадать, если дело касалось той, которую они любят. Каждый из них, не раздумывая пожертвовал бы своим существование, если бы подобная жертва сохранила жизнь его любимой. Так, как это сделал Тео.
Что, если то нападение на равнине не было случайным? Что, если кто-то играет с ними?
Но отчего, тогда, именно Теодоруса пытались "устранить" из общего расклада? Почему на жизнь остальных никто не покушался?
Сирина прикрыла глаза, отстраняясь от всего окружающего, и попыталась сосредоточиться. Даже пожалела, что у нее нет микроскопа под рукой. Рассматривание биологических процессов в клетках всегда помогало ей размышлять. Привычка, приобретенная с годами, которая еще не стерлась за те пару месяцев, с момента ее обращения Михаэлем.
Она резко выпрямилась, едва не вскочив со стула.
Обращение.
- Теодорус, - не обращая внимания на то, что прерывает Макса, который и без того не был рад снова и снова рассказывать одно и то же, Сирина повернулась к их новому союзнику. - Как ты собирался поступить с Лилианой, когда забрал ее у Рохуса? - она напряженно смотрела на этих двоих.
- Сирина? - Михаэль, как и все остальные, повернулся к ней. Даже ощущая любимую через единение, он не обратил внимания на цепочку догадок в ее разуме, не очень понимая, к чему именно Рина клонит.
Подняв руку, в молчаливой просьбе не прерывать, Рина продолжала ждать ответа на свой вопрос.
- Я собирался сделать ее вампиром,- пожав плечами, ответил Теодорус, констатируя очевидную для него вещь.
- Но ты же не знал о единении? - Сирина не выдержала, выскользнула со своего места и начала мерить шагами пространство зала у стола, за которым они все собрались.
- Нет, - так же уверенно и спокойно ответил Теодорус. - Я собирался провести ее обычным путем.
- И твоя смерть, не задела бы ее жизни, если бы не вмешательство богини, ведь так?
Лицо Древнего превратилось в бесчувственную маску.