Особенная

Даже «резчиков» вызвали к начальству и велели им узнать, нет ли какой-то связи между дымниками и разрушением Арсенала. Тэлли и Шэй решили, что это очень смешно.

Вся эта суета раззадорила Тэлли. Ей казалось, вышло ужасно круто — почти как в те времена, когда из-за метели или пожара закрывали школу. Мышцы у нее немного побаливали, но все же она была готова идти за Зейном по лесам и горам несколько недель или месяцев, если потребуется.

Но когда ее скайборд приземлился около компании «кримов», она постаралась не встречаться взглядом с Зейном. Ей не хотелось смотреть в его водянистые глаза, не хотелось слабеть, расставаться с ощущением азарта. В общем, она взглянула на остальных «кримов».

Их было восемь — в том числе Перис. Увидев Тэлли в новом обличье, он вытаращил глаза. Перис сжимал в руке бечевки, к которым были привязаны детские воздушные шарики, и из-за этого походил на массовика-затейника на празднике в честь чьего-нибудь дня рождения.

— Только не говори мне, что ты тоже летишь, — фыркнула Тэлли.

Перис смотрел на нее не моргая.

— Знаю, Тэлли, в прошлый раз я тебя подвел. Но теперь я стал умнее.

Тэлли устремила взгляд на пухлые губы Периса, на мягкие черты лица, которому он изо всех сил пытался придать суровое выражение.

«Не капсулы ли Мэдди на него так действуют?» — подумала Тэлли.

— А шарики зачем? Если со скайборда свалишься?

— Увидишь, — ответил Перис, хитро улыбнувшись.

— Вы, умники, лучше приготовьтесь к долгому походу, — серьезно проговорила Шэй. — Дымники, скорее всего, вас не сразу заберут. Надеюсь, у вас в рюкзаках походные принадлежности, а не шампанское.

— Мы готовы, — сказал Зейн, — Фильтры для очистки воды, у каждого — саморазогревающейся еды на шестьдесят дней. Куча «СпагБола».

Тэлли поморщилась. После первого путешествия за город любое упоминание о «СпагБоле» вызывало у нее тошноту. К счастью, «резчики» добывали себе пропитание в лесу. Желудок у них, как и все остальные органы, был особым образом переделан и усваивал питательные вещества из любого растительного сырья. Некоторые «резчики» занимались охотой, а Тэлли пристрастилась к травам и ягодам. Убитых животных она ела в Дыме, и этого ей хватило на всю жизнь.

«Кримы» с серьезным видом подняли и надели рюкзаки. Тэлли очень хотелось надеяться, что они не струсят в последний момент и не бросят Зейна одного в лесу. Его скайборд лежал на земле, а руки у него уже едва заметно дрожали.

Некоторые «кримы» откровенно таращились на Шэй и Тэлли. Они ни разу не видели чрезвычайников, а уж тем более — «резчиков», чьи руки были покрыты ритуальными шрамами и необычными татуировками. Но вот что интересно: они были не напуганы (как подобало бы безмозглым красавчикам), а просто удивлены. Значит, какое-то время в Нью-Красотаун поступали капсулы Мэдди, и «кримы» отведали это снадобье первыми, чтобы быть в тонусе.

Как управлять городом, в котором каждый житель — «крим»? В отличие от большинства людей, подчинявшихся правилам, «кримы» непрестанно что-нибудь воровали и хулиганили. Может быть, со временем дело могло дойти до настоящих преступлений — насилия, убийств, как во времена ржавников?

— Ладно, — кивнула Шэй. — Приготовьтесь к старту.

С этими словами она вынула из кармана резак, добытый в Арсенале.

«Кримы» сняли с пальцев интерфейсные кольца. Перис раздал всем по шарику, и они привязали кольца к бечевкам.

— Умно, — отметила Тэлли.

Перис растроганно улыбнулся ей. Шарики улетят — и для городского интерфейса все будет выглядеть так, словно «кримы» отправились в долгий совместный полет на скайбордах: тихо, плавно, как типичные нью-красотаунские красавчики.

Шэй шагнула к Зейну, но он предостерегающе поднял руку:

— Нет, я хочу, чтобы меня освободила Тэлли.

Шэй коротко, лающе рассмеялась и бросила Тэлли резак:

— Твой мальчик хочет, чтобы это сделала ты.

Тэлли медленно вдохнула и выдохнула, а потом шагнула к Зейну, мысленно поклявшись в том, что не даст себе расслабиться. Но стоило ей протянуть руку к цепочке, как ее пальцы прикоснулись к его коже, и ее зазнобило. Она не спускала глаз с цепочки, но они с Зейном стояли так близко… На нее нахлынули головокружительные воспоминания.

Но в следующее мгновение Тэлли заметила, как дрожат руки Зейна, и ею снова овладело отвращение. Она поняла, что эта война в ее сознании не прекратится до тех нор, пока Зейн не станет чрезвычайником, пока его тело не будет таким же совершенным, как у нее.

— Стой смирно, — сказала она. — Будет горячо.

Тэлли притупила свое зрение. Инструмент заработал. Темноту рассекла бело-голубая дуга. Жар ударил в лицо — словно она открыла дверцу раскаленной духовки. Появился запах горелой пластмассы. У нее самой вдруг задрожали руки.

— Не бойся, Тэлли-ва. Я в тебя верю.

Тэлли сглотнула подступивший к горлу ком. Смотреть на Зейна она все еще не могла. Боялась увидеть его затуманенные глаза, прочесть в них его мысли. Ей хотелось одного: чтобы он поскорее оказался за городом, где его смогут найти дымники. А потом они с Шэй его заберут и после всего наконец переделают.

Как только бело-голубая дуга коснулась металла, Тэлли услышала писк сигнализации. Стандартная процедура: цепочка-трекер не могла не сработать в случае повреждения. Этот сигнал должны были услышать все смотрители в округе.

— Отпускайте уже ваши шарики, — буркнула Шэй. — Скоро вас начнут искать.

Электрическая дуга одолела последние миллиметры цепочки. Тэлли аккуратно сняла ее с шеи Зейна, стараясь не задеть кожу раскаленными краями звеньев.

Вдруг Зейн взял ее за руки:

— Постарайся мыслить иначе, Тэлли.

Она отстранилась. Прикосновение Зейна было нежным и слабым. Ей показалось, что у него не руки, а паутинки.

— Мне нравится, как я мыслю, — ответила Тэлли.

Кончики пальцев Зейна пробежались по ее предплечью, по шрамам от порезов.

— Тогда зачем ты делаешь это?

Тэлли уставилась на руки Зейна. Встречаться с ним взглядом она все еще не осмеливалась.

— От этого мы становимся круче. Это то же самое, что стать умным, только еще лучше.

— Чего ты не чувствуешь? Что заставляет тебя делать это?

Тэлли нахмурилась. Она не могла ответить на этот вопрос. Просто Зейн не понимал, в чем смысл порезов, — ведь он никогда этого не делал. Помимо всего прочего, через ее скинтенну каждое их слово долетало до Шэй…

— Ты снова сумеешь измениться, Тэлли, — сказал Зейн. — Одно то, что тебя сделали чрезвычайницей, уже говорит, что ты способна меняться.

Тэлли перевела взгляд на не успевший окончательно остыть резак. Она вспомнила, через что им с Шэй пришлось пройти, чтобы добыть этот инструмент.

— Я уже сделала больше, чем ты можешь себе представить.

— Прекрасно. Значит, ты способна выбрать, на чью сторону встать, Тэлли.

Она не выдержала и посмотрела ему в глаза.

— Дело не в том, на чьей я стороне, Зейн. Я пошла на это только ради нас с тобой.

— Я тоже. Помни об этом, Тэлли, — сказал он с улыбкой.

— О чем ты?.. — Тэлли опустила глаза и покачала головой. — Вам пора трогаться, Зейн. Ничего хорошего не будет, если смотрители поймают вас здесь.

— Кстати, насчет «поймают», — прошептала Шэй, вручив Зейну трекер. — Вот тут крутанешь, когда найдешь Дым, и мы сразу прибежим. А еще эта штучка может сработать, если бросить ее в костер, — да, Тэлли-ва?

Зейн посмотрел на трекер и сунул в карман. Все трое прекрасно понимали, что он им не воспользуется.

Тэлли отважилась еще раз заглянуть в глаза Зейна. Нет, он не был особенным, но такой яростный, дерзкий взгляд нельзя было встретить у глупого красавчика.

— Продолжай меняться, Тэлли, — тихо сказал Зейн.

— Вам пора! — не выдержала она.

Тэлли отвернулась, отошла на несколько шагов и вырвала из рук Периса последние воздушные шарики. Их бечевки она обмотала вокруг цепочки, снятой с шеи Зейна. Когда она отпустила шарики, они поднялись не сразу — цепочка была довольно тяжелой. Но тут налетел порыв ветра, и шарики умчались ввысь.