Страница 27 из 52
На выборах было избрано 929 депутатов, в том числе 197 рабочих. Среди депутатов была 121 женщина. По национальному составу среди депутатов были: 621 белорус, 43 русских, 127 поляков, 72 еврея, 53 украинца[187]. Впервые за много лет белорусы получили такое представительство в выборном органе.
28—30 октября 1939 года в Белостоке открылось Народное собрание, на которое были вынесены вопросы об определении формы власти и о присоединении к СССР. По стенограмме выступлений видно, что собрание проходило в атмосфере всеобщего энтузиазма, и докладчику С.О. Притыцкому часто не давали говорить. Например:
«Притыцкий: Товарищи, может быть, мы опять покорно сунем голову в панский хомут?
Возгласы: Нет! Да здравствует Советская власть! Ура! (Аплодисменты)».
Народное собрание единогласно высказалось за установление Советской власти, за присоединение Западной Белоруссии к СССР и к БССР.
Сторонники Виктора Суворова скажут, что выборы организовали коммунисты, а значит, они были нечестными. Однако Юзеф Пилсудский за 20 лет до этого не предоставил белорусам и украинцам никакого выбора и никаких выборов и собраний по поводу присоединения к Польше не проводил. Избранные органы им были уничтожены, а белорусские и украинские земли были завоеваны и насильно включены в состав Польши. Гитлер тоже не спрашивал поляков, хотят ли они быть с Германией. К тому же население Западной Белоруссии увидело, наконец, власть, которая стала быстро разрешать перезревшие социально-экономические проблемы и стала избавлять от голода, неграмотности, безземелья, безработицы. Так что их выбор полностью понятен.
После присоединения Западной Белоруссии к СССР в Барановичском уезде развернулась мощная программа строительства во всех отраслях хозяйства. Теперь ресурсов стало больше, руководство БССР активно помогало подъему и развитию новых западных областей республики.
В промышленности Барановичской области было создано 39 новых предприятий, в том числе 17 мебельных фабрик и 15 предприятий металлообрабатывающей промышленности.
В сельском хозяйстве было роздано нуждающимся крестьянам 439 тысяч гектаров земли, 14 тысяч лошадей и 33,4 тысячи коров. Помимо этого была создана 101 МТС, в которых было 950 тракторов, 1500 автомобилей. Большое внимание уделялось животноводству, и с нуля была создана ветеринарная сеть: 5 лабораторий, 101 ветлечебница, 192 ветеринарных пункта. БССР направила для комплектования 105 ветеринарных врачей.
Создание школ в конце 1939 года было только началом. К новому 1940/41 учебному году в области было создано 5643 школы: 4278 белорусских, 173 русских, 932 польских, 150 еврейских, 61 литовская, 49 украинских, в которых обучалось 780 тысяч учеников, практически все дети школьного возраста и даже часть взрослого населения. Эти школы пока еще не были полноценными школами. Чаще всего это была изба с классной доской. Но все же темп развития школьной сети просто поражает. Кроме школ было создано 4 института, 8 педагогических училищ, 5 театров, 100 кинотеатров, 8 музыкальных школ и 18 дворцов пионеров. Присоединение к СССР для Западной Белоруссии открыло дорогу к образованию и культуре.
В развитии медицины также был сделан огромный шаг. Количество больниц выросло до 200, было построено 335 поликлиник, 40 детских консультаций, 50 роддомов, 200 детских яслей, 24 молочные кухни. Руководство БССР направило 150 врачей, 650 фельдшеров и 2000 медсестер[188].
В свете этого мощного хозяйственного, социального и культурного строительства в Западной Белоруссии в 1939–1940 году все утверждения Виктора Суворова по поводу «выселений поляков» есть не просто ложь, а самая наглая и злонамеренная фальсификация, призванная оправдать Гитлера и создаваемая руками убежденного и идейного гитлеровца.
Советской власти было что предложить жителям Западной Белоруссии и Западной Украины, и она на практике доказала, что жизнь в СССР несравненно лучше, чем была в довоенной Польше, не говоря уже о гитлеровском генерал-губернаторстве. Жаль только, что период свободы и зажиточности для этих областей оказался слишком коротким, и вскоре эти земли снова были охвачены войной и попали в немецкую оккупацию.
Глава пятая
РУМЫНИЯ: «НЕФТЯНОЕ СЕРДЦЕ ГЕРМАНИИ»?
Румыния занимает весьма видное место в книгах Виктора Суворова и одно из основных мест в «доказательствах» агрессивных планов СССР. Он называет Румынию «нефтяным сердцем Германии», или основным источником нефти. Он посвящает огромное внимание сосредоточению в 1941 году советских войск на Украине, не забывая всякий раз упомянуть, что они разворачивались против Румынии — «нефтяного сердца Германии». Мол, один удар, и Германия падет. Возвращение Бессарабии в СССР Виктор Суворов называет захватом и даже «ошибкой Сталина»: «В карьере Сталина было мало ошибок. Одна из немногих, но самая главная — это захват Бессарабии в 1940 году. Надо было или захватывать Бессарабию и тут же идти дальше до Плоешти, и это означало бы крушение Германии; или ждать, пока Гитлер не высадится в Британии, и после этого захватывать Бессарабию и всю Румынию, и это тоже было бы концом «тысячелетнего рейха». Сталин же сделал один шаг по направлению к нефти, захватив плацдарм для будущего наступления, и остановился — выжидая»[189].
Вокруг Румынии и ее нефти Виктор Суворов наплел немало умозаключений, которые воздействуют на умы совершенно неграмотных и несведущих людей, какими являются все или почти все его сторонники. И все они дружно повторяют за «капитаном Ледокола»: «Румыния — нефтяное сердце Германии, Сталин захватил Бессарабию, чтобы отрезать Германию от нефти, а Гитлер начал превентивную войну».
Если не усложнять свою жизнь знанием деталей и истории вопроса и вообще поменьше читать литературы, кроме книг со знакомым именем на обложке, то подобная логика кажется хорошей. Однако и в этом случае Виктор Суворов верен своему методу замалчивания и игнорирования всех неудобных для него фактов, к которым в данном случае относится вся история бессарабского вопроса, бывшего камнем преткновения между СССР и Румынией до войны.
Все его умозаключения по поводу «нефтяного сердца Германии» полностью ошибочны, и чтобы разобраться в этом, придется рассмотреть много связанных вопросов, в которых и румынская нефть будет занимать положенное ей место.
Бессарабский вопрос
К появлению на свет Бессарабии приложил руку М.И. Кутузов, который 16 (28) мая 1812 года подписал с Ахмедом-пашой Бухарестский мир, закончивший Русско-турецкую войну 1809–1812 годов. По этому договору Османская империя уступала Российской империи территорию между Днестром и Прутом, с установлением границы по Пруту. Вот эта территория между реками и стала называться Бессарабией.
Корень бессарабского вопроса заключался в Первой мировой войне, в которой Румыния обратилась к России за помощью. В 1916 году Румыния вступила в войну на стороне Антанты, но в силу слабости своей армии не смогла противостоять натиску немецких и австро-венгерских войск, которые взяли Бухарест. Румыны потерпели тяжелое поражение, потеряли 8 из 27 своих дивизий, а королевский двор эвакуировался в Яссы. Вмешательство русских войск остановило немецкое наступление в Румынии на рубеже р. Серет и помешало им развить наступление на Украину. Но Румыния была разбита и фактически вышла из войны.
В итоге основная тяжесть войны перешла на русские войска, фронт значительно удлинился и потребовал размещения в Румынии около трети всех сил Русской армии. На Румынию приходилось 35 % протяженности фронта, и на нем в октябре 1917 года находилось 720 тысяч пехоты, или 35,8 % всей пехоты на фронте, 30 тысяч конницы (29,5 %), 2520 пушек (39,4 % всей артиллерии), а также 540 гаубиц и 360 тяжелых орудий (42,2 % и 32,6 % соответственно)[190]. Переброска такого количества войск и артиллерии на румынский фронт сильно ослабила Русскую армию и лишила ее возможности вести наступательные действия против немецких и австро-венгерских войск.
187
Горбунов Т. Воссоединение белорусского народа в едином советском социалистическом государстве. С. 179.
188
Горбунов Т. Воссоединение белорусского народа в едином советском социалистическом государстве. С. 205–210.
189
Суворов В. Ледокол. День М. С. 128–129.
190
Дольник А. Бессарабия под властью румынских бояр (1918–1940 гг.). М.: Государственное издательство политической литературы, 1945. С. 11.