Страница 12 из 101
— Да, очень хорошенькая девчушка.
Обычно в таких случаях владельцу принято говорить множество приятных, но совершенно лишенных смысла слов. Палмер насмотрелся всего этого на деловых встречах и собраниях. Клише за клише… Но одно дело, когда имеешь дело с мужчинами, а вот с женщинами ему еще не приходилось обмениваться комплиментами. Так что лучше и не пробовать, подумал он. Особенно с такими, как мисс Грегорис. Наверняка тут же заметит откровенно льстивую фальшь.
— Вы часто видитесь с ней?
Она медленно покачала головой, спрятала фото дочери в портмоне, открыла свою кожаную сумочку и с сердитым восклицанием: «Господи, какая же я дура!» — достала оттуда запечатанный конверт с логотипом ЮБТК в правом верхнем углу.
— Мистер Добер поручил мне передать его вам, а я заговорилась и совершенно забыла. Ради бога, простите! Вот, пожалуйста…
Палмер вскрыл конверт. Внутри был сложенный вдвое тонкий листок бумаги, оторванный от ленты телекса банка. «Строго конфиденциально. В парижский филиал, лично мистеру Вудсу Палмеру-младшему от Гарри Элдера, головной офис, Нью-Йорк». Он оторвался от телеграммы и бросил взгляд на мисс Грегорис. Она в упор смотрела на него. Затем опустила глаза на свою чашку уже остывшего кофе и почти прошептала:
— Еще раз простите. Моя вина, и я готова…
— Ничего страшного, — успокоил ее Палмер и продолжил чтение телекса. «Народному банку грозят серьезные проблемы. Слишком разросшиеся и растянутые филиалы требуют конкретных решений самое большее в течение недели. Необходима Ваша санкция на изменение политики исполкома Совета директоров банка. Жду ответа как можно скорее».
Странно: ведь они работают вместе вот уже не один год, но решиться на такой шаг! Странно. Странно и не совсем понятно.
В данное время Гарри Элдер, бывший исполнительный директор ЮБТК, реально отвечавший за проведение международных финансовых операций, занимал довольно формальную, но, тем не менее, более-менее почетную должность вице-председателя Совета директоров. Несмотря на свой почтенный возраст, перешагнувший семидесятилетний рубеж, естественно, в пределах своих возможностей, продолжал принимать активное участие в формировании политики банка. По всем сложным вопросам Палмер чаще всего советовался ни с кем иным, а именно с Гарри: у них было во многом одинаковое понимание проблем, и к тому же в свое время он здорово помог его сыну Донни, который уже сейчас стал вице-президентом его банка ЮБТК. И пойдет дальше, никаких сомнений.
Не совсем понятными в этом срочном сообщении для Палмера были два пункта. Во-первых, исполкому Совета не требовалась никакая санкция на совершение любого действия, если оно представлялось его членам целесообразным. В этом и состояла одна из его основных функций — принимать оперативные решения, особенно в критических ситуациях, не дожидаясь присутствия всех членов Совета директоров. Или даже всех десяти членов исполкома. И если Палмера, который, естественно, тоже являлся его членом, по тем или иным причинам не было, вместо него там должен был присутствовать либо уполномоченный вице-президент, либо кто-нибудь другой, занимающий достаточно высокий пост и имеющий на это специально оговоренное право. Включая право на принятие решений и подпись. Поэтому с чего бы это Гарри вдруг просить разрешения на санкции, в которых он, собственно, не нуждался?
Второе — Народный банк. В принципе, небольшой провинциальный банк, но имеющий множество эффективно действующих отделений во всем графстве Вестчестер и даже за его пределами. Именно поэтому ЮБТК и сделал ему обоюдовыгодное предложение о, так сказать, «слиянии». Однако в период между обсуждением деталей покупки и получением требуемого разрешения Госуправления банков всплыли некоторые неприятные, хотя и вполне обычные вещи — «Народный» оказался под мощным влиянием криминальных элементов, действовавших через каких-то, пока не известных служащих банка.
Кредитные линии строительным застройщикам и некоторым другим компаниям явно зашкаливали за все допустимые лимиты. Хорошо организованные преступники действовали настолько грамотно, что у банка не оставалось иного выхода, кроме как поделиться самыми жирными кусками с их, так сказать, «коллегами». С самыми неприятными деталями Палмер познакомился буквально накануне сделки. А ведь он пытался, активно пытался заставить свой Совет директоров принять решение. Причем неважно, в ту или иную сторону. Решение. Очень трудное, но решение! Любой неверный ход со стороны ЮБТК, и тут же начнется такой наезд на «Народный», что никому мало не покажется. Вплоть до банкротства. Значит, надо некоторое время не делать лишних движений, как говорят, «залечь на дно» и ждать развития событий. Одновременно нащупывая нужные связи с прокуратурой и силовиками, чтобы найти «тихий» способ решения проблемы. Для начала нужно освободить банк от криминала!
Сейчас, занимаясь совершенно другими делами и к тому же сидя за завтраком с красивой женщиной в кафе элитного отеля «Риц», Палмер не мог вот так сразу решить, что делать с исполкомом.
Он неторопливо положил телеграмму в нагрудный карман пиджака, затем внимательно посмотрел на мисс Грегорис, которая продолжала с интересом за ним наблюдать.
— Ничего особенного. Просто текущая информация.
— Вам надо на нее отвечать?
Палмер покачал головой.
— Нет. Во всяком случае, не сразу, это уж точно. Сейчас в Нью-Йорке сколько? — он бросил беглый взгляд на часы. — Четыре утра. К тому же сегодня суббота. Сейчас в нашем офисе никого нет. Разве что кое-кто из технического персонала, но к ним это не имеет ни малейшего отношения.
— Понятно, — медленно протянула она. — Ну что ж… — И замолчала. Тем самым как бы ясно давая понять, что за столом им больше нечего делать.
— Мисс Грегорис, если вас не затруднит, напомните мне, пожалуйста, чтобы либо завтра после обеда, либо, в крайнем случае, в понедельник утром я заскочил в наш офис на Вандомской площади и отправил телекс в Нью-Йорк. Договорились?
Она согласно кивнула головой.
— Договорились, конечно же, договорились, сэр.
Глава 8
Палмер подъехал к главной площади Компьеня и остановился. Из массивных деревянных дверей отеля «Де Билль» вышла небольшая свадебная компания. Они, радостно улыбаясь и оживленно разговаривая, подошли к зданию мэрии, са́мому высокому здесь, очевидно, чтобы сделать групповой портрет. Так сказать, сфотографироваться на память.
Внезапный порыв ветра разметал фату невесты. Все с восторженными криками тут же бросились ее поправлять, не обращая внимания на вспышки фотоаппарата. Которые, впрочем, были почти незаметны в лучах яркого полуденного солнца. Жених в темном костюме и накрахмаленной белой рубашке довольно усмехнулся.
— Это солдат. Очевидно, в увольнении по поводу свадьбы, — равнодушно заметила Грегорис.
— Вот как? Тогда ему было бы лучше жениться в форме. Так, по-моему, выглядело бы куда более эффектно. Вы согласны?
— Наверное. — Она согласно кивнула, не забыв в очередной раз переложить свои длинные ноги. Интересно, это естественно или демонстративно?
Новобрачные сели в ожидавшую их купешку «ситроен», которая тут же с ревом унесла их к будущему счастью.
— Вас ждет удача, — заметила Грегорис.
— С чего бы это? Только потому, что стал свидетелем свадьбы?
— Большая удача!
— Сейчас для меня самая большая удача — это где-нибудь скоренько перекусить и что-нибудь выпить. Слушайте, а почему бы нам не присоединиться к друзьям жениха, вон к тем солдатам в форме у бистро.
Они сели за единственный свободный столик в углу зала кафе. Палмер тут же заметил, как она снова перекрестила свои великолепные ноги. Да, конечно же, многие женщины делают это только для удобства, но почему-то женщины с очень длинными ногами делают это намного чаще. С чего бы это? Совпадение? Случайность?
Им принесли два совершенно сухих сандвича с ветчиной, кружку светлого пива для Палмера и бутылку охлажденного апельсинового сока для его спутницы.