Страница 10 из 30
Искренность его тона проникла в самое сердце Натаниэля, и он отпустил руку советника. Несмотря на тайну, окружавшую Прайса, капитан Плюм поверил ему, хотя и с трудом сдержал сумасшедшее желание вытрясти из старика эту тайну, заставить его открыть секрет этого странного заговора. Но он сообразил, что насилие будет бесполезно.
— Если б вы оставались в хижине, вы уже давно знали бы, что я ваш друг, — продолжал Прайс. — Она пришла бы к вам, но теперь вы сами знаете, что это невозможно. Вас ведь, кажется, предупредили?
Натаниэль вытащил из кармана записку Бетти и прочел ее вслух. Прайс заметил, как бережно Нат ее держит, и радостно заулыбался.
— Нат, вы ведь благородный парень и не захотите выдать маленькую Бетти, — вскричал он, потирая по неизменной привычке своей руки. — Как вы думаете, кто велел ей передать эту записку?
— Я думаю, жена Стрэнга.
— Правильно. И она же заставила меня нагнать вас.
Капитан Плюм, очевидно, намеревался переживать это радостное известие не двигаясь с места, поэтому Прайс легонько потянул его за рукав.
— Ну, идем вперед, дружище… А ваш помощник довольно доверчивый парень, даже дурак, я бы сказал, — неожиданно проговорил Прайс.
— Кесси? — почти вскрикнул капитан Плюм. — Какого черта вы мелете?
— Неужели вы до сих пор не догадались, в чем дело, Нат? Пока мы прошлой ночью знакомились с вами, пара молодчиков, рыбаков с материка, причалили к вашей шхуне в самом растерзанном виде. Они, видите ли, были ограблены мормонами… их, бедненьких, оставили в лодке в чем мать родила. Ваш помощник принял в них большое участие, проклинал вместе с ними Стрэнга и мормонов, накормил их как следует, вместе с ними выпил и предложил им остаться на шхуне до утра. Но они не смогли остаться. Я думаю, Нат, что вы догадываетесь почему. Во всяком случае, Стрэнг им хорошо заплатил за полноту сведений и быстроту их доставки.
— Что сказал им Кесси?
Прайс пожал плечами.
— Достаточно, чтобы обеспечить вам хороший кусок свинца в голову. Но мы их одурачим, обставим их, Нат, обязательно обставим! Вы попадете на шхуну, доставите пакет и по дороге займетесь женой Стрэнга. Она едет с вами.
Прайс остановился, чтобы вполне насладиться удивлением и растерянностью, вспыхнувшими в каждой черте капитана Плюма. Прайс с живейшим интересом углубился в наблюдения. Он видел, как сначала покраснела шея капитана, а потом кровь бронзовым румянцем разлилась по обветренному лицу. Но скоро настала реакция. Когда капитан Плюм заговорил, его глаза блестели по-иному и голос был тверд как сталь.
— Она поедет со мной, господин советник? Осмелюсь спросить, на каком основании жена мистера Стрэнга поедет со мной?
Прайс в ответ тихо засмеялся, но вдруг выпрямился, и лицо его приняло безразлично-официальное выражение.
— Тише, будьте хладнокровны, Нат. Не показывайте ни страха, ни смущения, — шепнул он. — К нам идет ваш будущий убийца. Он старший шериф и друг короля.
Капитан Плюм не сделал ни одного движения.
— Он пришел поговорить со мной специально, чтобы лучше рассмотреть вас, — прибавил Прайс уже совсем шепотом. — Будьте с ним любезны, соглашайтесь со всем, что я скажу. Ваш будущий убийца Арбор Кроч, — потом, повернувшись, как будто только что услыхал приближающиеся шаги, он добавил: — Арбор Кроч — отец Бетти…
Натаниэль невольно вздрогнул. Он уже раньше слыхал это имя. Кроч — старший шериф короля, гроза материка, одно имя которого заставляло бледнеть женщин прибрежных селений и чья голова была оценена на вес золота! Рука капитана Плюма опустилась к револьверу, но Прайс заметил это движение и резко одернул его. Потом, уже совершенно спокойно, старик сделал несколько шагов навстречу королевскому чиновнику. На низкий поклон последнего, Прайс ответил полунебрежным кивком.
— Здравствуйте, Кроч!
— Доброе утро, господин советник.
— Кроч, я хотел бы познакомить вас с капитаном Плюмом, владельцем «Тайфуна». Будьте знакомы, господа.
Мужчины пожали друг другу руки. Натаниэль был на полголовы выше шерифа. Шериф был такой же коренастый, как король, но значительно моложе его. В пожатии его руки капитан Плюм почувствовал большую физическую силу.
— Вы иностранец, капитан Плюм?
Советник быстро ответил за него.
— Он никогда у нас раньше не бывал, и в Сент-Джемсе впервые. Я пригласил его остаться, чтоб посмотреть экзекуцию. Между прочим, Кроч, капитан собирается сегодня же вечером вернуться к себе на шхуну. Она стоит у нижнего берега, и дорога туда не вполне безопасна. Я буду вам весьма признателен, если вы к сумеркам отрядите двух человек сопровождать капитана.
Капитан Плюм увидел на лице шерифа с трудом сдерживаемое удовлетворение.
— Конечно, с большим удовольствием, господин советник, — ответил Кроч и докончил, обращаясь непосредственно к капитану Плюму: — Я сам буду вас сопровождать, если вы позволите.
— Благодарю вас, — согласился Плюм.
— Капитан проведет весь день со мной. Вы сможете за ним зайти прямо ко мне к семи часам. Я вижу, около тюрьмы собирается народ.
— Да, господин советник. Король изменил час исполнения приговора, и к экзекуции приступят через полчаса.
С этими словами Кроч поклонился советнику, пожал руку капитану и удалился по направлению к королевской конторе.
— Так вот каков мой будущий убийца! — воскликнул капитан, когда Кроч скрылся за поворотом. Он задорно рассмеялся. — Прайс, не можете ли вы устроить, чтоб он провожал меня один?
— Он совсем не пойдет с вами, мой дорогой, — ответил Прайс, приятно удивленный веселостью капитана Плюма. — Мы с ним сыграем маленькую шутку — в его вкусе. Когда он придет ко мне, вы уже будете на шхуне.
— Но я хотел бы побеседовать с ним наедине, в лесочке где-нибудь, — начал мечтательно Натаниэль, — я знаю в бухте одного человечка, вдова и дети которого…
— Замолчите, — перебил его советник. — Неужели вы хотели бы убить отца маленькой Бетти?
— Ах, я и забыл… Но как это возможно, чтобы такое животное, чтобы этот убийца мог быть ее отцом?
— Вы должны были бы видеть ее мать! — Старичок молитвенно сложил руки, как нищий перед бочонком золота. — Ее мать была прекрасна, прекрасна как дикий цветок. Она убила себя три года тому назад. Маленькая Бетти как две капли воды похожа на свою мать.
— Бетти живет с ним?
— Конечно. И отец ее хорошо стережет — по приказанию Стрэнга. Я даже думаю, что когда-нибудь ей суждено стать королевой.
— Боже мой, — ужаснулся капитан Плюм. — И вы, живя в этой грязи, среди таких людей, все-таки верите в Бога?
— Да, и надеюсь, что он меня хорошо вознаградит, и именно потому, что я живу здесь. Я твердо в этом убежден, Нат.
Они прошли полукруг, прилегающий к храму, и теперь приближались к квадратному бревенчатому зданию тюрьмы. Около тюрьмы собрались уже маленькие кучки народа, беседовавшие с оживлением, свойственным взволнованной и ожидающей зрелища толпе. Женщин было много. Они все носили косы или спускающиеся на плечи локоны и были одинаково одеты в коротенькие, до колен, юбки. Только три или четыре из них носили более длинные платья. Прайс остановил своего спутника около группы, состоявшей из полудюжины весело болтающих обитательниц Сент-Джемса. Он слегка подтолкнул Натаниэля в бок.
Миленькие платьица, не правда ли? У короля очень развито чувство красоты. Это он приказал так укоротить юбки, и, если бы он смел, они были бы еще короче.
— Черт возьми, я вполне разделяю его вкус, — рассмеялся капитан.
Женщины заметили его пристальный взгляд и смех, и одна из них, самая молодая и хорошенькая, кокетливо улыбнулась.
— Это Иезаивель, — сказал Прайс, перехвативший ее взгляд. — Вон там играет ее ребенок.
Молодая женщина откинула голову и весело рассмеялась. Она, казалось, поняла слова советника.
— Смотрите, как она завивает свои волосы, — заметил капитан Плюм, когда молодая женщина, не спуская с него глаз, кокетливо нанизывала на палец блестевшие на солнце локоны.