Страница 6 из 12
– Все! Закончили военные песни, – прервал приятелей Бёрнхем. – Все в сборе, все в порядке, заканчиваем погрузку, быстро жрем и в дорогу. Надо до полуночи хотя бы до Свитуоттера добраться, а коли дорога позволит, даст бог, к утру в Питермарнцбурге будем…
Глава четвертая
17 февраля 1900 года. Ледисмит
– Чего-то я не понял ни хрена, чиф, – озадаченно почесал затылок Паркер, удивленно глядя на пустые городские улицы, – мы на войне или как? Ты еще в этом, как его… Кейпатуне, нет, черт, в Кейптауне все уши нам прожужжал, мол, тут драка идет не на жизнь, а на смерть, – Рой привстал на козлах и огляделся по сторонам. – Мы, почитай, семь десятков миль отшагали и хоть бы черта с помелом увидели! Те бородатые с винтовками, с которыми Майлз у брода пострелялся, в счет не идут. Один хрен, никто ни в кого не попал. И тут, почитай, уже битый час едем, а окромя трех сонных тетерь с пулеметом, что возле старой мельницы дремали, никаких вояк и не видели. Где войска, черт возьми? Где война, маму ее так?!
Протяжный вой заставил Паркера прервать свой гневный монолог и, задрав голову в небо, попытаться рассмотреть причину непонятного шума. Мгновением позже он, как, впрочем, и все остальные, бросился на землю, раскрыв рот и зажав уши.
– Вот тебе и война, – отрывисто бросил Бёрнхем, отряхивая с куртки комья земли и рассматривая воняющую дымом и лиддитом воронку. – А вот тебе и войска, – он ткнул пальцем в сторону приближающей группы солдат.
Опровергая утверждение Паркера о тотальной сонливости британской армии, солдаты резво разбежались в стороны и, укрывшись в руинах ближайших домов, звонко защелкали затворами.
– Никому не двигаться! – прозвенел ломкий юношеский голос из окна разрушенного дома. – Кто вы такие, черт возьми, и какого… – хозяин голоса закашлялся, но справился с собой и продолжил, – здесь делаете? Если есть старший, пусть выйдет вперед! И даже не думайте прикоснуться к оружию!
– Я старший! – Фрэнк, определив, где находится укрытие оппонента, сделал два шага вперед, застыл на месте, глядя точно в окно. – Лейтенант Бёрнхем. Прибыл в Ледисмит по личному распоряжению сэра Робертса.
– Надеюсь, документы у вас имеются? – в проеме окна показалась вихрастая голова, увенчанная съезжающим на глаза шлемом. – Если таковых нет, я прикажу своим людям открыть огонь…
– Имеются, – усмехнулся Бёрнхем, услышав нотки неуверенности в голосе юноши, – если соизволите подойти ко мне, я их вам продемонстрирую.
– Да, сэр. Сейчас спущусь, сэр, – обладатель золотистых вихров мотнул головой, в очередной раз сдвинул непослушный шлем на затылок и исчез в глубине здания. Через несколько минут к Бёрнхему подбежал парнишка лет семнадцати в мундире легкой пехоты.
– Корнет Дальмонт, командир третьего взвода второй роты Первой бригады Королевских стрелков, сэр, – вытянулся мальчишка. – Хотелось бы увидеть обещанные вами документы, сэр!
– Лейтенант Бёрнхем, – небрежно козырнул Фрэнк, протягивая корнету свернутые в рулон бумаги. – Пока будете их просматривать, на правах старшего и опытного товарища хотел бы прочитать вам короткую нотацию. Солдат на подходе к месту вы распределили грамотно, но вот за бумагами вышли сами зря. Нужно было направить за ними кого-нибудь из своих подчиненных.
– Но как же, сэр? – растерянно пробормотал корнет. – Вы ведь сами предложили мне выйти? А я, как солдат Британской империи, обязан беспрекословно выполнять приказания старшего по званию…
– И вы сразу и окончательно были уверены, что я это я? – насмешливо прищурился Бёрнхем. – А если бы на моем месте был агент бурской разведки? Вы попали бы в плен или были убиты, а значит, ваши солдаты, оставшись без руководства, стали бы легкой добычей для врага. Надеюсь… – Грохот разрыва в соседнем дворе заглушил слова, и только Бёрнхем намерился повторить, как прозвучал следующий, а еще через минуту снаряды, сыпавшиеся на город с разных сторон, стали рваться один за другим.
Дальмонт, бросив затравленный взгляд на Бёрнхема, вдруг махнул рукой и, сорвавшись с места, понесся в сторону своих солдат. Бёрнхем, радуясь, что разрывы пока еще звучат в стороне и поодаль, рявкнул своим, чтоб прятались, кто где может, и в два прыжка домчался до черневшей неподалеку канавы. Запрыгнув в донельзя кстати подвернувшееся укрытие, он успел удивиться, заслышав срывающийся на крик голосок корнета, разгонявшего своих стрелков по укрытиям. «Силен парень», – успел подумать Фрэнк, до того как на землю пал ужас.
Безостановочный вой снарядов вперемешку с беспрестанным шелестом осыпающейся по стенкам канавы земли и чей-то нескончаемый, дикий, на одной ноте визг вызывали у Бёрнхема глухое раздражение. Осознание, что в данный момент от него ничего не зависит, сводило с ума. Больше всего на свете ему хотелось добраться до какого-нибудь бурского артиллериста и, вцепившись в глотку, душить, душить, душить…
– Д-дьявол, да что же он делает, сопляк?! – прошипел сквозь стиснутые зубы Фрэнк, наблюдая из узкой траншеи, как за спиной Дальмонта, бегущего в его сторону, вскипела земля. Ударная волна толкнула мальчишку в спину, прокатила его по земле, сорвав пробковый шлем и один из узких погончиков.
Бёрнхем начал читать заупокойную, но настырный юнец встал на четвереньки, оглянулся по сторонам абсолютно сумасшедшим взглядом и, так и не поднимаясь на ноги, споро засеменил к его укрытию. Через несколько мгновений он скатился на дно и, вжавшись в мягкую стенку, беззвучно зашевелил губами, быстро и мелко крестясь.
«Прибежище мое и защита моя, Бог мой, на которого я уповаю!» – донеслось до Фрэнка в короткую паузу между двумя разрывами. Американец попытался улыбнуться и сказать что-нибудь ободряющее, но все было тщетно. Снаряд, разнесший в пыль стену соседнего дома, заглушил слова и временно лишил слуха, словно забив уши ватой. Бёрнхем долго тряс головой, но слух вернулся так же неожиданно, как и пропал.
– «Восстань, Господи! Спаси меня, Боже мой! Ты разишь всех врагов моих, зубы грешников Ты крушишь! От Господа – избавление нам…» – орал Дальмонт, словно пытался докричаться до Спасителя. – «От Господа – избавление нам, и народу Твоему – благословение Твое!»
– И часто у вас такое веселье? – спросил Фрэнк почти через час, когда канонада стала понемногу стихать.
– Каждый день, сэр, – тоскливо махнул рукой Дальмонт. – Раньше буры обстреливали только наши позиции, но после того, как они умудрились угнать бронепоезд, – корнет уныло вздохнул, глядя куда-то вдаль, – теперь кидают бомбы куда захотят.
– Тогда у меня осталось два вопроса: почему вы чуть ли не первые военнослужащие, которых мы встретили в городе и его округе, и как добраться до резиденции генерала Уайта?
– Вы несколько ошиблись, сэр, – усмехнулся Дальмонт чуть ли не впервые с начала разговора. – Вы в предместьях, а сам Ледисмит начнется только через полмили. Вам нужно сначала проехать через пригород, потом миновать траншеи бригады капитана Ламбтона, и только после начнется Ледисмит. Резиденция же генерала Уайта прямо посреди города. Вот только не уверен, что вам там будут очень уж рады, – взглянув на перекошенное в немом вопросе лицо Бёрнхема, пояснил: – Вчера пришла телеграмма о том, что пятнадцатого февраля генерал Френч снял осаду с Кимберли. И те старшие офицеры, коих я видел вечером, были… э-э-э… сильно навеселе.
– Потери есть? – бросил Бёрнхем, подойдя к усиленно трясущему головой Паркеру. – Кого, куда, надежда есть?
– А?! Чего?! Чиф, да ты скажи, чё хотел-то, чего шепчешь?!
– Не трогай его пока, Фрэнк, – Майлз, сломав уже третью спичку в бесполезной попытке прикурить, зло фыркнул и спрятал сигару в карман. – Один черт, он ни хрена не слышит. Потерь нет. Были два ухаря – Спитхед и тот чернявый, Кармайкл, что ли, из тех, кого ты в Кейптауне вербанул, вот те пытались рвануть куда глаза глядят…
– Ну и?..
– А ни хрена. Я одному в рыло сунул, Рой второму башкой в переносицу въехал. К завтрему очухаются.
– А у вас как дела обстоят? – Бёрнхем обернулся к Дальмонту, закончившему разговор с седоусым, бритым наголо сержантом. – Если есть раненые, мы могли бы отвезти их в Ледисмит…