Страница 38 из 116
Крышу Миддл-Темпл-холла отремонтировали, потратив много месяцев кропотливого труда на то, чтобы подобрать и соединить заново сотни фрагментов, на которые раскололось прекрасное резное покрытие.
Но реконструкция далеко не завершена, здание стоит полуразрушенным, и мне трудно примириться с обрубками колонн и другими следам бомбардировок, равно как и с буйной растительностью, придающей Миддл-Темпл-холлу вид руин Геркуланума.
Нет в Лондоне места с более романтическим происхождением, нежели Темпл. Само название, напоминающее о храме Соломона в Иерусалиме [17], пришло на берега Темзы в двенадцатом столетии, вместе с крестоносцами-тамплиерами. Посещая Темпл, я часто пытался представить себе те далекие дни, когда все только начиналось.
Захватив Иерусалим, крестоносцы создали вдалеке от Европы точную копию феодального европейского королевства. Некоторые объединялись, чтобы совместно охранять дороги, по которым пилигримы совершали паломничество ко Гробу Господню. Эти рыцари давали обет жить в бедности и соблюдать целомудрие. В качестве символа чистоты они носили белые одежды с красным крестом на плече. Они клялись не знать женских поцелуев, независимо от того, кто перед ними — вдова, девственница, мать, сестра, тетка или иная женщина. На ночь они не тушили свет, «чтобы темный враг, от которого хранит нас Господь, не получил благоприятной возможность».
Эти рыцари-аскеты нашли пристанище в Иерусалиме, на том месте, где когда-то стоял храм Соломона, а ныне находится мечеть эль-Акса. Потому они стали называть себя «бедными рыцарями Иисуса Христа и храма Соломона». В Европе их знали как рыцарей Храма, или тамплиеров. Со временем командорства ордена появились во всех христианских странах. Первая квартира тамплиеров в Лондоне располагалась в районе Холборна. Затем рыцари приобрели полоску земли вдоль берега Темзы — ту самую, на которой до сих пор стоит Темпл. Перебравшись туда, они сделали этот квартал своей постоянной лондонской резиденцией. Взяв за образец церковь Гроба Господня, рыцари построили церковь Раунд-черч, освященную в 1185 году, при короле Генрихе II.
Как раз в те годы Саладин изгнал крестоносцев из Святой Земли. Завершение строительства церкви тамплиеров совпало с прибытием в Англию патриарха Иерусалимского Ираклия, который, уповая на то, что Генрих все еще скорбит по поводу убийства Томаса Бекета, предложил королю отпущение грехов, если английские рыцари отправятся спасать христианские святыни. Генрих выслушал патриарха со слезами на глазах и пообещал при первой же возможности вынести вопрос на рассмотрение парламента. На том все и закончилось.
Тамплиеры увезли Ираклия в свою резиденцию на берегу реки и попросили патриарха освятить новую церковь. Он удовлетворил их просьбу, а затем — возможно, чтобы показать, что между воинами Христа не может быть неприязни, — освятил и построенную в Кларкенвелле церковь соперничавшего с тамплиерами ордена рыцарей Святого Иоанна.
Постепенно тамплиеры сделались настолько богатыми и могущественными, что им стали завидовать и монархи. В итоге сокровища тамплиеров очутились в королевской казне, сам орден запретили, а Темпл перешел к рыцарям Святого Иоанна, которые (приблизительно в 1338 году) сдали его внаем профессорам классического права. С тех пор Темпл оставался во владении юристов, которые арендовали квартал вплоть до вступления на престол Якова I, даровавшего Темпл в собственность гильдии юристов. Сегодня в Темпле мало что напоминает о рыцарях-крестоносцах, не считая титула настоятеля Темпл-черч (или магистра храма), когда-то принадлежавшего командору ордена тамплиеров. По имеющему двойное значение титулу можно предположить, что этот человек возглавлял оба Судебных инна, являлся своего рода верховным бенчером, то есть выборным старейшиной иннов, но на самом деле, он вовсе не юрист, а священник, который совершает богослужения в церкви Темпл-черч [18].
Внутренний и Средний Темплы всегда были независимы друг от друга, что подтверждается, в частности, и разными эмблемами; у Внутреннего Темпла — крылатый конь, а у Среднего — агнец с флагом. Эти юридические корпорации — две из тех четырех, которые, согласно монаршей воле, наделены исключительным правом давать юридические консультации, принимать экзамены у кандидатов и допускать к адвокатской практике. Каждый изучающий право студент должен установленное количество раз пообедать в здании своей корпорации. Если он не выполнит это правило, то не будет принят в коллегию адвокатов.
У меня вызывает сомнения утверждение ряда авторов, полагающих экстерриториальный статус Темпла реликвией независимости, которой Темпл пользовался при тамплиерах. Не исключено, что этот статус возник в результате некоей хитроумной юридической сделки. Так или иначе, но факт заключается в том, что Темпл не только не присоединился к Акту об объединении приходов, но и сам исчисляет коммунальный налог. Хотя частично Темпл находится в границах Сити, это единственный квартал Сити, на который не распространяется власть лорда-мэра, поскольку юристы до сих пор не признают его юрисдикции. Получи лорд-мэр приглашение отобедать в Темпле или принять участие в какой-либо церемонии и явись он в сопровождении жезлоносцев и меченосцев, его отказались бы принять. К примеру, в 1911 году бенчеры отказались принять коронера из Сити, проводившего дознание.
Сегодня подобные щекотливые ситуации несомненно разрешались бы предельно вежливо и к общему удовольствию, и крайне маловероятно, чтобы нынешний лорд-мэр повел себя, как сэр Уильям Тернер в 1668 году. Тернера пригласили на обед в Темпл, но предупредили о недопустимости официального появления. Он заявил в ответ, что придет с мечом и хочет посмотреть на тех, кто посмеет ему противиться.
Когда он прибыл к воротам Темпла, его встретила толпа барристеров и студентов, скрывавших под мантиями рапиры. Тернеру сообщили, что до тех пор, пока он не опустит меча, его не пропустят в Темпл. Лорд-мэр проигнорировал это требование, и тогда началась потасовка, в которой пострадал один жезлоносец, людей маршала Сити оттеснили, а лорду-мэру пришлось искать укрытие в доме поблизости. Между тем загрохотали барабаны, вызывая на подмогу солдат, а в Уайтхолл отправились гонцы, которые должны были сообщить Карлу II, что в городе вот-вот вспыхнет самый настоящий мятеж.
Его величество проявил монаршую мудрость и посоветовал лорду-мэру идти домой.
Прогулявшись по Темплу, я вышел на набережную Виктории и повернул направо, в сторону Вестминстера. Было чудесное утро, наступило время прилива. Темза ласково плескалась о камни набережной, мимо меня проплывали буксиры и баржи. Впереди маячил циферблат Часовой башни, а позади возвышался купол собора Святого Павла.
Всякому, кто пожелает совершить приятную и интересную прогулку по Лондону, я посоветовал бы маршрут, который часто выбираю сам: от Вестминстерского моста по набережной до моста Блэкфрайарз с осмотром по пути Прибрежного сада с его изобилием знаменитостей, увековеченных в статуях, бюстах, бронзовых мемориальных досках и медальонах. Это собрание знаменитостей представляет собой нечто вроде второразрядного пантеона, а посвященные им памятники — самые скромные и незаметные достопримечательности Лондона. Тем не менее в этом саду хорошо гулять, вдали от городской суеты. Думаю, если предложить лондонцу выбрать место для установки собственного памятника или хотя бы бюста, он почти наверняка выберет набережную Темзы с ее платанами или Прибрежный сад в нескольких ярдах от кромки воды.
Череда памятников начинается у Вестминстерского моста, где восседает в колеснице Боадицея, и заканчивается у моста Блэкфрайарз, где возвышается статуя королевы Виктории. Между этими крайними точками находится поистине невероятное количество памятников, причем в том, что памятники тем или иным людям установлены именно здесь, не прослеживается ни малейшей логики. В начале Прибрежного сада, у Вильерс-стрит, вы найдете Уильяма Тиндейла, который в 1525 году перевел на английский Новый Завет, сэра Бартла Фрэра, который состоял в колониальной администрации Индии, а затем был назначен губернатором Капской провинции и в этой должности пережил ужасы Зулусской войны, а также генерала сэра Джеймса Аутрэма, чьи доблестные действия во время Индийского восстания [19]принесли ему титул баронета, благодарность парламента и привилегию свободного входа в Сити.
17
Temple (англ.) — храм. — Примеч. ред.
18
Судебные инны — четыре корпорации лондонских адвокатов-барристеров, существующие с XIV века. В Темпле находились два из них — Внутренний Темпл и Средний Темпл. — Примеч. ред.
19
Имеется в виду восстание сипаев (1857–1859). — Примеч. ред.