Страница 15 из 21
— Мальчики, вы рехнулись? Гарри — ведь Дамблдор может отнять твою награду.
— Не отнимет, — отмахнулся парень. — Избранный я, или погулять вышел? Ну что, Рон, идём?
— А давай!
— Я вас убью…
— Просто не дай нам завтра похмелиться и все проблемы, — улыбнулся Гарри.
— Если вернётесь после отбоя, я как староста сниму с вас очки.
— Договорились. Готовься снимать, — Гарри быстро чмокнул «Гермиону» в щёку и потащил Рона в «Кабанью Голову».
— Просыпайтесь! Просыпайтесь, кому говорю!
— Герм…во…ну…нах…
— Гер… не кру… не кри… не кра… чшшшш…
— Алкоголики! Вставайте! В школе ЧП!
— Какое, — тут же пришёл в более-менее адекватное состояние Гарри.
— Пропал первокурсник с Пуффендуя.
— Как пропал?
— А вот так! Утром его не нашли в спальне! Учителя попытались найти хоть какие-то его следы — применили даже помощь самого замка! Бесполезно — как в воду канул.
— А ты откуда знаешь уже?
— Не уже, а час дня! Директор собирал старост час назад!
— Очень весело…
«Кажется это мой крест — кем бы я ни был, что бы не происходило в мире, но каждый мой учебный год что-то должно случиться именно в Хогвартсе. Это просто проклятье какое-то, мать его!»
Глава четырнадцатая — Две жизни, часть третья
За восемь последующих дней, в Хогвартсе пропало ещё двое первокурсников — слизеринец и гриффиндорец. В школе началась паника, Дамблдор ввёл комендантский час, коридоры патрулировали мракоборцы и члены Ордена Феникса. Риддл поручил Тонкс провести своё расследование и она рьяно взялась за дело. А Гарри было не до этого…
Его школьная жизнь постепенно блёкла, становилась «обязаловкой», и он с растущим каждый раз нетерпением дожидался нового письма от Учителя, в котором тот давал информацию, позволяющую нанести ещё один удар по одной из целей списка.
Когда Гарри ускользал из Хогвартса и переоблачался в ассасина, он ощущал себя другим. Не марионеткой Дамблдора, но и не жаждущим мести Учеником Риддла. Кем-то ещё… кем-то новым… он упивался своими возможностями, тем что он становится хозяином чьей-то жизни — захотел, и оборвал ниточку… Потом он корил себя за это, боялся что превращается в подобного Дамблдору кукловода, но — новое письмо, и всё забывалось.
Перехватить мантию поясом, набросить капюшон, закрепить браслеты — в одном семидюймовый посеребренный клинок, во втором волшебная палочка. Глоток зелья корректирующего зрение, очки прочь, мантия-невидимка серебристой дымкой на одно плечо — так, чтобы удобно было надеть в любой миг.
Травен готов к охоте. Ему нравилось это имя — Tragend die Vergeltung — Несущий Воздаяние. Судия, присяжный и палач в одном лице.
«Ежедневный Пророк» захлёбывался слюнями, красочно расписывая загадочные (уже три) убийства. На каждом трупе находили обагрённое кровью перо лебедя. Все убийства происходили в людным местах, практически — у всех на глазах, но замечали это, когда мёртвое тело глухо падало на землю, не раньше. Убийца не оставлял никаких следов.
«Сегодня днём, в Атриуме Министерства Магии будет публично казнён Люциус Малфой. Он не причастен к делам Дамблдора, искренне верит что служит Тёмному Лорду. Может быть ценным союзником, если открыть ему всю правду.
Предупреждение: своё истинное лицо рекомендую исключить из «всей правды».
Необходимые воспоминания прилагаются».
Гарри спрятал во внутренний карман мантии колбу с уже виденным им в своё время сборником воспоминаний и взял второй свиток.
«Внутри Министерства стоит мощная антитрансгрессионная защита, также блокирующая порталы. На время казни будут отключены камины, закрыт вход для посетителей. Наличие спасаемого объекта затруднит отступление. Выданный вам портал (серебряный сикль отправился следом за колбой) сможет перенести одного человека. Рекомендуем выдать его спасаемому объекту, и затеряться в Министерстве, пока не будут открыты камины/вход/порталы».
Всё-таки разведчики Риддла не зря ели свой хлеб с икрой.
Травен сжёг письмо, глубоко вдохнул и спрыгнул из окна совятни.
— За содействие Тёмному Лорду, за преступления против народа Магической Британии, Люциус Малфой приговаривается к высшей мере покарания согласно законам военного времени — смертной казни!
Люциус, под охраной двух мракоборцев взошёл на эшафот. В Атриуме собралась огромная толпа, мракоборцы цепью окружили эшафот.
— Ваше последнее слово, подсудимый?
Люциус гордо вскинул голову.
— К Дьяволу вашего Дамблдора… и к Дьяволу Тёмного Лорда. Я не отказываюсь от предъявленных обвинений (всё равно заавадите, на кой ляд бисер метать?)! Да, я совершил ошибку, став слугой! Но перед смертью я хочу, чтобы все знали — моя ошибка была последней для рода. Малфои — не слуги! И более служить не будут. Никому!
Говоря это, Люциус краем глаза наблюдал за замеченным им (и только им) человеком — в белой мантии со скрывающим лицо капюшоном, тот спокойно и неспешно скользил сквозь толпу поближе к месту казни.
— Привести приговор в исполнение!
Палач поднял волшебную палочку…
Травен выпустил под ноги реактивную струю из палочки и взмыл в воздух, приземлившись на эшафот. Вскинул руку, на миг блеснуло серебро, рука уходит назад и палач валится с ног, тщетно зажимая руками пробитую сонную артерию. Браслет услужливо подталкивает в руку волшебную палочку, широкий щедрый взмах и эшафот окружает стена огня. Вопят объятые пламенем мракоборцы из цепи охранения, толпа впадает в панику, заклинание отшвыривает одного из конвоиров головой в стену, второй пускает во врага Режущее Заклятье, ассасин играючи отбивает и действует наверняка — «Despampa!» — и мракоборец падает как марионетка с обрезанными нитями — из его тела вмиг исчезли все кости.
— Уходи, — Травен сунул Малфою сикль-портал.
Люциус на удивление быстро сориентировался и тут-же исчез.
Ассасин коротким пассом погасил огненную стену и его громкий, хорошо поставленный голос разнесся по Атриуму.
— Волдеморт — зло! Но взгляните — на кого вы неадеетесь? Дамблдор не может защитить своих шавок, которых убивают одну за другой. И этому человеку вы доверяете свои жизни и судьбы?! Трусу, запершемуся у себя в школе? Тогда вы не люди. Вы — стадо! И мне очень жаль вас… — ассасин спрыгнул прямо в толпу, уцелевшие мракоборцы ринулись следом… но он исчез.
А на эшафот, на разбросанные трупы, с потолка медленно опускалось окровавленное лебединое перо.
Когда Гарри, по наводке брошенной на портал, прибыл вслед за Люциусом, то застал картину семейной идиллии. Люциус за столом глушил огневиски, рядом сидел тайком прибывший из Хогвартса Драко, а заплаканная Нарцисса шугала накрывавших на стол домовиков.
— Я не откажусь от обеда, — сообщил Гарри.
— Убери палочку, сын, — поднялся Люциус. — Этот человек спас меня сегодня. Кто ты?
— Зови меня Травеном, — бросил Гарри, усаживаясь за стол. — Ты удивил меня, лорд Малфой. Не думал что ты отречёшься от Волдеморта.
— Малфои — не слуги!
— А ты что — не Малфой?
— Я… глупый Малфой, — поджав губы, признал Люциус.
— Самокритика на уровне, уважаю.
— Зачем я тебе нужен, Травен? Ведь не спасал же ты меня просто так?
— Где мы сейчас?
— Тайный особняк в Гренландии.
— Сойдёт. Люциус, мне нужны союзники. Такие, что пойдут и против Волдеморта, и против Дамблдора.
— Третья сторона?
— Проклятая когорта, — кивнул Гарри и катнул по столу колбу. — Ознакомься, пока я перекушу.
Люциус Малфой вынырнул из сборной солянки воспоминаний, когда Гарри (и Драко) уже заканчивали есть.
— Невозможно…
— Ещё как возможно.
— Всё… все, во что я верил… идеалы, клятвы, цели…
— Бутафория. Декорации созданные Дамблдором.