Страница 14 из 67
А потом когда они добрались до очередного лестничного пролета, Кортни чуть не упала, потому что он внезапно начал двигаться.
– Да эти лестницы просто опасны! – сердито воскликнула она, вызвав этим у Анжелы новый приступ смеха. – А еще я унаследовала неуклюжесть от моей мамы! Папа у меня двигается, как кот, а мама даже не может носить туфли на высоких каблуках, потому что все время спотыкается.
Девочки продолжили бродить по замку. Анжела рассказывала Кортни про портреты на стенах (с некоторыми из них они даже поболтали), показывала комнаты и все остальное, мимо чего они проходили. По пути им встретилось немало призрачных обитателей замка: Почти Безголовый Ник, Серая Леди, Толстый Монах и, к несчастью, Пивз.
Они спустились вниз, чтобы осмотреть подземелья. Когда Анжела показывала Кортни кабинет зельеваренья, из соседнего кабинета вылетел мужчина, похожий на огромного коршуна.
Заметив их, он рявкнул:
– Что вы здесь делаете?
– Профессор Снейп, директор попросил меня показать Кортни Хогвартс. Она магглорожденная ведьма и поступает на первый курс, – с уважением произнесла Анжела.
Профессор Снейп хмыкнул и быстро зашагал вниз по коридору.
– Что это было? – хихикая, спросила Кортни.
– Это профессор Снейп, он преподает зельеваренье. Он очень знаменит в своем деле. А вообще, мама с папой советовали с ним не ссориться. Раньше он ненавидел всех учеников не с его факультета – Слизерина – но Дамблдору удалось немного смягчить его, и теперь он обрушивает на тебя кару небесную, только когда ты плавишь котлы.
– А откуда ты это знаешь?
– От кузенов. У меня шесть двоюродных братьев и сестер, которые сейчас учатся в Хогвартсе, а пятеро его уже окончили. Дело в том, что мой папа был шестым из семи детей в семье. К счастью, семьи моих дядей довольно маленькие. Из них всех у папы детей больше всего. Кстати, в этом году в Хогвартс идет мой двоюродный брат Калеб, его папа – дядя Фред.
Продолжая свою прогулку, девочки встретились еще со многими учителями – и все они оказались куда более приятными людьми, чем профессор Снейп, отметила про себя Кортни. Анжела представила ее заместителю директора и преподавательнице трансфигурации профессору МакГонагалл, учительнице по полетам на метле Джинни Финч-Флетчли (Анжелиной тете), профессору Уизли – он преподавал чары, и профессору Лонгботтому, который учил травологии. Они уже направлялись в комнаты Анжелиной мамы, как вдруг столкнулись с профессором Блеком и еще одним мужчиной, которого Кортни пока не знала.
Он представился как Римус Люпин, учитель по заботе о магических существах, но как выяснила Кортни, этого предмета у нее не будет до третьего курса.
– А какие еще предметы предоставляются на выбор? – спросила она после того, как Сириус предложил им вместе перекусить.
– Ну, – начала Анжела, не дав профессорам вставить и слова, – во-первых, забота о магических существах, потом арифмантика, прорицание, древние руны и еще один-два предмета, которые преподаются, только если их хоть кто-нибудь выбрал, например, «Музыка и Магия» или «Теория магии», а в какой-то год даже ввели было «Магию без использования волшебной палочки». Раньше маггловедение тоже было выборочным предметом, но в последние десять лет оно стало обязательным для всех чистокровных первокурсников. А магглорожденные вместо этого ходят на дополнительную историю магии.
– Хочешь сказать, у меня будет в два раза больше истории?
– Не совсем так, – сказал Сириус. – На первой истории магии с профессором Грейнджер, посещаемой всеми, будут нормальные уроки, а там, куда ходят только магглорожденные, вы просто прослушаете интересный курс, не требующий особых самостоятельных занятий или много домашних заданий, это скорее… введение в магическую культуру. Вы узнаете то, что маги, выросшие в нашем мире, знают с рождения. И то же самое происходит на уроках маггловедения для чистокровных магов – они узнают, каков ваш мир.
– Что ж, это разумно, – решила Кортни.
* * *
Вечером Гермиона нашла девочек и отвела их к главному входу. Шли они довольно спешно. Ученики вторых и выше курсов уже начали заполнять главный зал, а Кортни и Анжела ждали вместе с профессором МакГонагалл первокурсников, которые должны были приплыть на лодках через Хогвартское озеро.
Когда они прибыли, заместитель директора повела их за собой в главный зал на распределение. Анжела объяснила Кортни, как оно проходило, и рассказала немного о факультетах. Кортни решила, что ей вполне подошел бы Рейвенкло.
На стул положили сортировочную шляпу, и та начала петь, сильно подивив этим Кортни, хотя Анжела и говорила ей про поющую шляпу. Все-таки шляпы, распевающие песни, были для Кортни чем-то странным и необычным, по крайней мере пока.
Шляпа закончила петь, стихли аплодисменты, и профессор МакГонагалл развернула свиток пергамента, начав зачитывать имена.
И первым зазвучало:
– Кортни Барнс! – «Наверное, на «А» никого нет», – подумала Кортни, садясь на стул и надевая шляпу.
«Ну, здравствуй. Так, куда тебя направить?» – раздался тихий голос у нее в голове.
«Как насчет Рейвенкло?» – предложила Кортни.
«Ну, не могу отрицать, ум тебе достался неплохой, но я не уверена», – размышляла шляпа, – «ведь ты еще и очень решительная юная леди. Тебе подошел бы и Слизерин, у тебя даже есть… о, Боже, этого я не встречала уже много лет».
«Чего – этого?» – в некотором замешательстве спросила Кортни.
«Все в порядке. Просто ты обладаешь редким талантом, которого я не встречала с… впрочем, не важно. Так что Слизерин тоже хороший вариант».
«Вы считаете?» – в сомнении протянула Кортни.
«Хммм, а может, ты и права. Как я вижу, с хитростью и ловкостью у нас туговато…»
Кортни покраснела, «Ага».
«Ну тогда я думаю, лучше всего тебе подойдет Гриффиндор. Ты проявила большую решительность и смелость, приехав сюда несмотря на отношение твоего отца. Да, пускай будет ГРИФФИНДОР!» – последнее слово шляпа выкрикнула вслух, и со стороны одного из столов, вероятно, Гриффиндора, раздались громкие аплодисменты.
Кортни вскочила со стула и бросилась к своим новым одноклассникам, усевшись рядом с темноволосой пятикурсницей, представившейся как Моника Уизли.
– Уизли? Ты одна из кузин Анжелы?
– Да, моего отца зовут Перси Уизли.
Кортни сдвинула брови.
– Перси Уизли? Кажется, я где-то слышала это имя.
Моника кратко кивнула.
– Вполне вероятно. Он министр магии.
– О, точно! Я читала о нем в одной из книг.
Она познакомилась еще с некоторыми учениками, а затем они вновь обратили внимание на проходящее распределение. Как раз в это время «Джонс, Бенджамин!» отправился в Рейвенкло.
Распределение продолжалось. Близнецы Меган и Тимоти отправились в Гриффиндор, а «Маркс, Тифани» – в Хаффлпафф. Кортни в это время пыталась успокоить бунтующий желудок – все-таки последний перекус с профессорами был довольно давно. Наконец свиток кончился на Анжеле и Калебе, которые отправились в Гриффиндор.
Встал профессор Дамблдор.
– Добро пожаловать в Хогвартс! Начинается новый учебный год! А теперь принимайтесь за угощение!
На столах появились горы еды, и Кортни с удовольствием принялась уплетать цыпленка по-королевски. Анжела, сидевшая по ее правую руку, очень радовалась, что они будут жить в одной комнате.
Они разговорились с двумя другими девочками, будущими соседками по комнате – Меган Стрэтфорд и Кэти Коркоран. Кэти была магглорожденной, как и Кортни, а Меган – полукровкой – ее мама-ведьма вышла замуж за папу-маггла. Услышав о семье Меган, у Кортни возник вопрос, который она задала всем вместе:
– А какой урок посещают полукровки? Маггловедение или дополнительную магическую историю?
Ей ответила Моника:
– Это зависит от того, как их воспитывали. Вот у Калеба, например, мама – маггла, но рос он в основном в магическом мире, поэтому он пойдет на маггловедение. А иногда бывает наоборот. Если ученик одинаково хорошо ориентируется в обоих мирах, он идет на маггловедение. Впрочем, в таких случаях родители иногда просят школу организовать ему обучение по каким-то другим предметам, например, биологии, физике, химии, алгебре и тому подобному.