Страница 8 из 9
— Но они ушли очень далеко от берега, — забеспокоилась я, — посмотри сам: на небе собираются тучи, может начаться шторм. К тому же, — я взглянула на часы, — уже шесть вечера. Неужели еще кто-то ловит рыбу?
— Вы правы, это странно, — согласился паренек. — Давайте подойдем поближе и все выясним.
Я кивнула в знак согласия и, тяжело вздохнув, села в стоящее неподалеку кресло. Я была совершенно измождена. Казалось, уже один мой вид ясно давал понять: меня что-то волнует и не дает покоя. Это «что-то» не было связано с увиденным впереди, это была совсем другая печаль, которая и придавала мне усталый смиренный вид…
Я почувствовала, что яхта замедлила ход, и резко открыла глаза. Подойдя к борту, я стала с любопытством рассматривать жалкое рыбацкое суденышко, в котором, поджав под себя ноги, сидел морщинистый старичок.
Парнишка, которого я недавно подзывала к себе, вновь подошел ко мне и спросил:
— Я узнаю, что он здесь делает?
— Да, конечно, — нетерпеливо ответила я.
Ахмед что-то крикнул на арабском языке старику. Тот поднял голову и, обнажив беззубые десны, ответил ему.
— У него сломался мотор на лодке, поэтому он не может вернуться на берег. Телефона, чтобы вызвать помощь, у него тоже нет.
— Предложи ему подняться к нам.
Ахмед снова обратился к старику, затем, пожимая плечами, перевел:
— Он отказывается.
— Почему? — искренне удивилась я. — Он же здесь погибнет.
— Он сказал, что лучше утонет вместе со своей лодкой, чем бросит ее.
Пока я разговаривала с Ахмедом, старик с любопытством смотрел на нас, задрав голову и прищурив глаза. Его старое, изрезанное морщинами лицо, светилось любопытством как у ребенка. Было видно, что ему очень хочется узнать, о чем разговаривают богатые люди, которые так внезапно появились на красивом белоснежном корабле и которые готовы ему помочь.
— Что же нам делать? — растерянно произнесла я.
— Мисс, я думаю, нам надо вызвать помощь, и мы можем плыть дальше, — предложил паренек.
— И оставить его здесь? — в очередной раз бросив взгляд на беззубого старика, тихо проговорила я. — Нет. Мы дождемся, пока за ним приедут. Да, кстати, а мы никак не можем отбуксировать его лодку?
— Можно попробовать, — согласился Ахмед.
— Ну вот и договорились. Помощь пока не вызывайте. Пусть он поднимется на яхту, а вы попробуйте прикрепить его лодчонку.
— Мисс Варвара, но на это уйдет много времени, а вас ждет мистер Антонио, — осторожно заметил Ахмед. — Он мне сказал не задерживаться.
Задумавшись, я посмотрела на Ахмеда и произнесла:
— Делайте, что я вам велю.
Повернулась и быстрым шагом направилась в каюту.
Скрывшись от посторонних взглядов, я легла на кровать и задумчиво уставилась в потолок. Мысли проносились в голове со скоростью света. Этот поток мыслей так меня увлек, что я ничего вокруг не видела и не слышала. Я непроизвольно сдвинула брови и почувствовала, как между ними пролегла тонкая морщинка, а глаза лихорадочно заблестели. На какое-то время мне показалось, что я далеко отсюда.
Яхта плавно покачивалась на волнах, и лишь изредка слышались крики экипажа, который, выполняя поручение, пытался привязать рыбацкую лодку. Примерно минут через десять в дверь каюты постучали. От неожиданности я вздрогнула.
— Да? — спросила я, не вставая с кровати.
— Мисс, мы все закончили. Можем трогаться? — крикнул из-за двери Ахмед.
Я невольно поморщилась и, тяжело вздохнув, ответила:
— Да, можем. — И поспешно добавила: — Когда мы прибудем на место?
— Думаю минут через двадцать, мисс.
Вдали показались знакомые очертания берега, и я неохотно поднялась со своего места. Мы должны были причалить с минуты на минуту. А во мне крепло желание сорваться с места, развернуть яхту и снова уйти в открытое море, где никакие проблемы меня не смогут достать, где меня будет окружать гладкая поверхность воды и я буду безмятежно наблюдать за тем, как алое солнце исчезает за линией горизонта.
Но яхта неумолимо двигалась к месту своего назначения. На причале я уже могла различить фигуру Антона. Чем ближе мы подплывали, тем яснее я видела, что он был явно недоволен нашим опозданием. Он нетерпеливо прохаживался вдоль причала и изредка посматривал на часы.
Пока я неторопливо шла Антону навстречу, он продолжал сурово смотреть на меня.
— Варя, мы же договорились встретиться в шесть! — нервно заявил он.
— Я прекрасно помню, — раздраженно ответила я. Мне очень не понравился тон, которым Антон начал говорить со мной. Его привычка командовать возмущала меня до глубины души. У нас все чаще возникали конфликты на этой почве, и Антон не раз клялся мне, что больше не будет разговаривать со мной будто с подчиненной. Но как только ему что-то не нравилось, он моментально забывал о своем обещании. Я, в свою очередь, злилась от этого вдвойне. В итоге разражалась такая буря, что лучше было держаться от нас в стороне.
Вот и сейчас атмосфера накалилась до предела. Несколько ребят, работавших на яхте и уже сошедших с нее, стояли поодаль и искоса с любопытством поглядывали на нас.
— Ты же знаешь, что у меня важная встреча! — продолжал злиться Антон.
— Эта встреча у тебя, а не у меня. Я бы не была против, если бы ты поехал один, — ответила я и, повернувшись спиной, направилась к машине.
— Нет, подожди! — догоняя меня и хватая за руку, с яростью заявил Антон. — Ты лучше меня знаешь, что султан не приглашает каждый день к себе. А раз нас пригласили вдвоем, то неприлично приходить одному. Это означает продемонстрировать неуважение. Ты прекрасно понимаешь, как важна для меня эта встреча! Между прочим, ты сама находишься в Омане только с его личного согласия.
— Если бы мы были женаты, то не нужно было бы просить чьего-либо согласия, — вырывая руку, зло процедила я.
Понимая справедливость этих слов, Антон ослабил хватку и сменил тактику.
— Варвара, мы еще можем успеть. Раз уж ты виновата, поскольку опоздала, будь добра, пойди мне навстречу — поедем.
— Я ни в чем не виновата. Просто по дороге домой мы натолкнулись на… — торопливо начала объяснять я причину опоздания, ища глазами старого рыбака. Но Антон прервал меня нетерпеливым жестом:
— Я уже все знаю.
Я сурово посмотрела на Ахмеда, который в смущении опустил глаза.
«Ох уж эти восточные порядки! Этот молокосос уже все доложил Антону. Конечно, я же — женщина! Мало ли что мне в голову взбредет? Надо обо всем сообщить мудрому мужчине!» — со злостью подумала я.
— Варя, ну мы едем? — уже еле сдерживаясь, в очередной раз спросил меня Антон.
Я не привыкла сдаваться. Поэтому решила, что так легко на уступку Антону не пойду. Да, продолжать спор было бесполезно, в итоге я расплачусь, Антон будет нервничать из-за моих слез, мы доведем друг друга до исступления и ничего не решим. Помимо этого, я действительно осознавала всю важность сегодняшнего приглашения во дворец султана, поэтому приняла решение прекратить спор, поехать с Антоном во дворец, но не разговаривать с ним до возвращения домой, а там уже серьезно все обсудить.
Если быть честной, то я прекрасно понимала, что все равно иду на поводу у своей второй половины. Я так делала всегда. Антон обладал какой-то волшебной силой убеждения: я всегда поступала так, как хотел он. Вся наша жизнь была подчинена ему, его делам, заботам, интересам. А я следовала за ним повсюду, была ведомой. Хотя это мне несвойственно. С самых малых лет я ощущала себя лидером, стремилась быть лучшей. Повзрослев, стала самостоятельной девушкой, которая гордилась тем, что ни от кого никогда не зависела, которая строит свою жизнь по своим правилам и не подчиняется ничьей воле. Почему вдруг вышло так, что я стала играть вторые роли, до сих пор не могла понять. А точнее — только недавно поняла, что уже давно живу чужими интересами.
Со стороны все выглядело гладко. Антон всегда со мной советовался, говорил о своих планах, заботился обо мне, интересовался моим мнением. Но это лишь внешне. На самом деле Антон был хорошим психологом и, зная мою сущность, старался никогда не идти напролом, а действовал исподволь. Мягко и ненавязчиво подводил меня к тем решениям, которые были нужны ему. Я же, считая, что правлю балом, оставалась довольна.