Страница 128 из 151
Немедленного ответа не последовало. Со стороны Домпьера донеслось угрюмое фырканье, а со стороны мадам Домпьер — хихиканье (которое к тому же сопровождалось гримаской). Настал один из редчайших моментов в жизни Каррадоса: он совершенно потерял нить происходящего. Инстинктивно он обернулся к тому, кого Домпьер называл Стокером, — человек этот, должно быть, стоял где-то возле окна.
— Что ж, наше знакомство действительно состоялось благодаря этому прискорбному обстоятельству.
На одно ужасное мгновение Земля словно перестала вращаться. А затем в голове Каррадоса будто вспыхнул ослепительный свет: наконец-то он понял все. Со скрипом и скрежетом все части гигантской головоломки встали на место, и он увидел истинную картину преступления. Из Британского музея ничего не похищали! Эта столь правдоподобная история была такой же выдумкой, как и рассказ о драгоценном кладе, в который верилось с трудом. Теперь Каррадосу было ясно, что только в таком виде этот план мог сработать, две истории столь умело дополнили друг друга, что он просто не мог не ввязаться в это дело! Но даже страдая от осознания того, в каком глупом положении он сейчас находится, Каррадос восхищался гениальностью замысла: как они точно рассчитали каждый ход! По-настоящему опасную ловушку замаскировали до смешного неумело расставленными силками, и, хотя уловка была стара как мир, Каррадос попался.
— А это, — продолжал знакомый голос, — Макс Каррадос. Тот самый Каррадос, благодаря проницательности которого правительство — будем справедливы, только нынешнее правительство — надеется перехитрить этих ужасных иностранцев! О, бедная моя страна!
— Это и вправду месье Каррадос? — саркастически поинтересовался Домпьер. — Нина, ты уверена, что не привела вместо него человека из Скотленд-Ярда?
— Basta! [134]Вот он, перед вами — чего вам еще надо? Перестаньте издеваться над бедным слепым джентльменом! — ответила мадам Домпьер с деланым сочувствием.
— Я как раз хотел поинтересоваться, — спокойно сказал Каррадос, — вот я, перед вами — и что теперь? Может, вы скажете, мистер Стокер?
— Прошу прощения, но Стокер [135]— всего лишь дружеское прозвище, которое я получил в результате одного пустячного случая, когда плыл на рейсовом пароходе, а в нем обнаружилась неисправность. Это наименование демонстрирует поистине младенческую беспомощность представителей криминального сообщества в искусстве давать клички вкупе с прискорбной скудостью фантазии. Мое настоящее имя Монморанси, мистер Каррадос. Юстас Монморанси.
— Благодарю вас, мистер Монморанси, — серьезно сказал Каррадос. — Сейчас мы по разные стороны баррикад, но я почел бы за честь оказаться с вами в кочегарке «Бенвенуто».
— Там было приключение, — проворчал англичанин, — а тут — дело.
— Именно так, — согласился Каррадос. — Поэтому я не то чтобы жалуюсь… Но, полагаю, сейчас самое время объяснить — вы ведь не откажете мне, верно? — с какой целью меня сюда заманили и зачем все это было затеяно?
Монморанси обратился к своему сообщнику:
— Домпьер, — голос его прозвучал резко, — какого черта мистеру Кар-
радосу до сих пор не предложили сесть?
— Ах, боже мой! — вздохнула мадам Домпьер с трагической обреченностью и откинулась на спинку дивана.
— Scusi [136], — ухмыльнулся ее супруг и с преувеличенной любезностью пододвинул гостю стул.
— Ваше любопытство вполне естественно, — продолжал Монморанси, холодно взглянув на кривляющегося Домпьера. — Хотя мне кажется, что к этому времени вы должны были бы догадаться, в чем дело. Да я и не сомневаюсь, что вы уже все прекрасно поняли, мистер Каррадос, и пытаетесь выиграть время. Просто чтоб убедить вас, что нам нечего бояться, я не откажу вам в такой любезности.
— Давай поживее, — недовольно пробурчал Домпьер.
— Спасибо, Билл! — с дружеской фамильярностью воскликнул англичанин. — Не премину сообщить Бритве о вашем образцовом поведении. Да, мистер Каррадос, как вы уже догадались, ваше пребывание здесь связано с делом графини Икс. Уверен, вы сумеете оценить причину вашего временного заключения как комплимент в свой адрес. Когда обстоятельства наконец-то сложились удачно и мы поняли, что именно Лондон станет местом встречи, вы, и только вы, стояли у нас на пути. Мы догадывались, что у вас будут просить помощи, и, признаюсь, опасались, что вы смешаете нам карты. Так и случилось: нам известно, что инспектор Бидл приходил к вам, а он сейчас ведет только это дело. Потребовалось срочно вывести вас из игры хотя бы на три дня. И вот вы здесь.
— Понимаю, — кивнул Каррадос. — Завлечь меня сюда вам удалось, а как вы собираетесь меня удержать?
— Безусловно, эту проблему можно решить по-разному. Знайте, что домик, в котором мы находимся, снят как раз с этой целью. Итак, перед нами три пути. Первый путь легок и приятен, он зиждется на мирном сотрудничестве. Второй путь более тернист, на него нам придется ступить в случае вашей несговорчивости. Есть и третий, но право же, мистер Каррадос, я надеюсь, что вы не вынудите меня даже упоминать эту возможность! Понимаете, мне противна сама мысль о том, что двоим сильным здоровым мужчинам придется причинить хоть какой-то физический ущерб беспомощному слепому человеку. Надеюсь, вы будете благоразумны и покоритесь неизбежному.
— Неизбежное — единственное, чему я покоряюсь без возражений, — ответил Каррадос. — И что же дальше?
— Вы напишете своему секретарю записку, в которой будет сказано, что в доме номер семь на Херонсборн-плейс вы узнали нечто такое, что потребовало вашего немедленного отъезда за границу на несколько дней. Между прочим, мистер Каррадос, хотя мы действительно находимся на Херонсборн-плейс, однако номер дома другой.
— Увы мне, увы! — вздохнул пленник. — Похоже, вы обошли меня на всех поворотах, мистер Монморанси!
— Разумная предосторожность. Однако мы не рискнули пойти дальше и неверно назвать вам улицу, так как вы могли бы заподозрить неладное. Продолжим: для большей убедительности вы велите своему слуге Паркинсону сесть завтра на первый же бот-трейн [137], пусть возьмет все необходимое и остановится, как обычно, у Маскота, где и будет дожидаться вашего прибытия.
— Весьма убедительно, — признал Каррадос. — А где я буду на самом деле?
— В одном милом, но весьма уединенном месте: бунгало на южном побережье. Мы постараемся учесть все ваши пожелания. Там будет лодка — вы сможете покататься или порыбачить. Туда вас отвезут на машине, а потом доставят обратно, прямо до ворот вашего дома. В этом местечке действительно приятно провести несколько дней. Я и сам там иногда отдыхаю.
— Ваши слова звучат веско. Ну а предположим — так, ради смеха, — что я буду несговорчив?
— Все равно окажетесь там же, но обращаться с вами будут сообразно вашему поведению. Машина за вами уже приехала и стоит в укромном уголке на той стороне парка. Мы выйдем в сад черным ходом, пройдем через парк и усадим вас в машину — в любом случае.
— А если я буду сопротивляться? Человек, которому было угодно назвать себя Юстасом Монморанси, пожал плечами.
— Не будьте глупцом, — невозмутимо сказал он, — вы прекрасно знаете, с кем имеете дело. Знаете, чем мы рискуем. Если вы попробуете позвать на помощь или иным образом подвергнете нас опасности, мы быстро вас обезвредим.
Слепой детектив знал, что это не пустая угроза. И хотя в происходящем можно было усмотреть нечто забавное и даже захватывающее, не следовало забывать, что он находился в руках людей хладнокровных и способных на все. Окна были занавешены и закрыты ставнями, так что не проникал ни шум, ни свет, все двери были заперты. Возможно, в этот момент на него был наставлен револьвер: наверняка злоумышленники не преминут пустить оружие в ход.
134
Хватит! (итал.)
135
Стокер (stoker) — кочегар (англ.).
136
Прошу прощения (итал.).
137
Бот-трейн — поезд, расписание которого согласовано с движением пароходов (см. Глоссарий, 40).