Темная сторона Луны

Обычаи, древние, незыблемые. Те, кто прожил долго, говорят: «Так было при наших отцах, дедах, значит, так будет всегда». Они работали против нас, эти древние традиции, трухлявые законы, колоссы на глиняных ногах. Настал момент ударить по ногам. Ведь обычаи могут работать и в обратную сторону. Никто и никогда со Светлой стороны не пытался взять штурмом или по-другому захватить города архангелов. Сейчас это сыграло нам на руку.

Полтысячи наших уже были внутри крепостных стен. Им не устраивали досмотра, не расспрашивали с пристрастием — их просто пропустили. И невдомек крестоносцам, что под шкурами, хворостом и другой ерундой на телегах спрятаны луки, мечи и щиты. Да и кого им подозревать? Зеленый домен пал окончательно. Его низшие и высшие частью в застенках замка, бывшего раньше их собственным, частью покорились завоевателям, а частью вырезаны. Вчера пал последний бунтарь — Луис Радриго Диэс. За ним долго гонялись, и наконец он допустил ошибку. Ночная стычка, два убитых крестоносца и труп мятежника, который притащили в город, дабы выставить сегодня в полдень на всеобщее обозрение. Так наш размеренный и мудрый учитель попал в Город Ангелов.

Сегодня в Эдеме, на центральной площади, собрался весь город. Какой-то праздник с торжественным молебном. Сам херувим Города Ангелов должен был появиться. Высшие чины показывались на людях нечасто. Неудивительно, что все горожане собрались посмотреть на это зрелище. Лишь крестоносцы остались в своих казармах. Войско все-таки должно быть наготове: Темная сторона Луны не дремлет.

Я, Хансер и Гюрза пробрались на городские стены по Теням. Найти старшего архангела не составило труда. Остальные были в Эдеме. А этот, наверно, за какой-то проступок был оставлен на страже. То и дело он взмывал в воздух, осматривая окрестности. Так сказать, над стеною крепостною гордо реет гордый ангел. Когда он в очередной раз собирался взмыть в небесные просторы, на плечо ему вдруг легла сабля. Острие кольнуло шею.

— Далеко собрался, сокол ясный? — поинтересовался Хансер. Один крестоносец заметил его появление, но среагировать не успел. За его спиной из Теней вышла Гюрза и всадила кинжал ему в шею, прерывая готовый вырваться крик.

Я появился перед архангелом, кончиком шпаги рассек ремень перевязи и подхватил падающий меч.

— Это тебе больше не понадобится.

— Вы же мертвы…

— Мы тебе снимся, о мудрейший и прозорливейший, — ответила Гюрза. — Умерь свой громкий голос, иначе другие умерят.

— Мы войдем в этот город, — спокойно сказал Хансер. — Вопрос в том, сколько ваших при этом погибнет. Либо у нас с тобой будет мир и согласие — тогда ты спасешь своих людей. Нет — они для нас не препятствие.

— Чего вы хотите? — Архангел сломался сразу. Слишком уж неожиданно все произошло.

— Стража ворот должна сдать оружие и собраться вон в том доме — кажется, это склад какой-то. Вопрос еще в том, послушают ли они тебя… Но тут уж лотерея. В любом случае в бою ты умираешь первым. Диспозиция ясна?

— Они послушаются.

— Это радует. Мы же не звери кровожадные. А потом отведешь нас в городские темницы. Надеюсь, и там твое слово будет весомым.

С охраной проблем не возникло. От дальнего леса отделилось наше войско. Первыми в распахнутые ворота влетели конники Руи, окружая безоружных крестоносцев.

— Прошли как по маслу, — заметил Вильгельм.

— Не зело велика преграда сия, — ответил Рудовой.

— Двигайтесь к Эдему, — приказал Хансер. — Всех, кого встретите на улицах, постарайтесь обезвредить без крови. Но главное — скрытность.

— Понял, — кивнул Вильгельм.

— Захватить внутреннюю стену, без меня не начинать. Бьярни, ты со мной.

— Куда? — спросил викинг.

— Тюрьму местную навестим. Кто бы там ни сидел, а Воинству Небесному они вряд ли друзья. Может, хоть какие силы на себя отвлекут, когда дело дойдет до большой крови.

Темница оказалась недалеко. И там топор Бьярни не понадобился. Крестоносцы сложили оружие. Видимо, подчинение крылатым было вбито в них лучше воинских навыков. Викинги согнали их в обширную камеру, заперли. Хансер забрал ключи и пошел внутрь со мной и Гюрзой. Бьярни остался на страже.

Не скажу, что застенки Города Ангелов были таким уж мрачным местом. Темница как темница. Я ожидал худшего в свете всего происшедшего. С другой стороны, здесь держали обычных людей, тех, кто отсидит и выйдет. Наверняка в Эдеме были места помрачнее, специально для идейных врагов. Наверняка нас держали бы не здесь, если бы мы имели глупость попасться. Мы с Гюрзой держались в Тенях — благо здесь их было предостаточно. Мало ли что может случиться. Стражу-то мы обезвредили, а что еще может скрываться в подвалах?

Правда, того, на что мы напоролись, даже я не ждал. Пока мы просто смотрели, оценивали, никого не выпускали, и вдруг — три большие камеры на несколько десятков человек. И все под завязку забиты дарклингами.

— Приехали, — буркнул Хансер. — Вас-то здесь откуда столько?

Дарклинги все разом обернулись к нему. Они были в своих масках, так что выражения глаз я видеть не мог, но и тело о многом говорит, осанка, жесты. И это был переход от надежды к еще большему отчаянию. Хансера, понятно, узнали. И от него эти наемные убийцы добра не ждали.

— Позволь мне ответить за моих детей.

Портал открылся позади Хансера, и из него вышел еще один дарклинг. Маска его была черно-золотой, а в остальном — такой же, как прочие. Только в руке у него сверкнул вороненый ствол «магнума».

— Не советую дергаться. Нажать на курок я успею. Клеймо друидов показать на стволе или так поверишь? — Голос тихий, спокойный. Шипение змеи, не иначе. — Хочешь знать, почему ты меня не почувствовал? Может, потому, что не одного тебя приобщили к науке Марса.

— Не в полной мере, — заметил Хансер тоже совершенно спокойно.

— Учили только тому, что мне по-настоящему надо, чтобы меня не чувствовали.

— А у самого с чувствительностью как, дядюшка? — спросила Гюрза, появляясь из Теней. И в руке ее был такой же «магнум».

— Племяшка? А я думал, тебя и в живых давно нет. А что это у тебя в руках?

— Клеймо друидов показать на стволе или так поверишь?

— Да я его и так вижу… — Дарклинг начал злиться.

— Не распаляйся, дядюшка. Лучше пистолетик отдай мне.

— А может, я лучше вышибу мозги этому зажившемуся сверх меры, а потом мы поговорим?

Хансер взглядом оценил расстояние. Нет, не получится ничего. Видно, не впервой этому странному типу убивать несущих спокойствие. Знает, на каком расстоянии его не достанут и от пули не увернутся.

— А может, посмотрим, у кого реакция лучше? — Голос Гюрзы стал бесцветным. — Бросай ствол сюда, если выжить хочешь!

— Ты же не выстрелишь в меня?

— Все зависит от твоего поведения. Ты можешь лучше драться, но бью первой всегда я, так что пистолет, живо!

— Да забирай, не жалко. — Дарклинг бросил ей оружие.

Девушка ловко его поймала. Бросила мне:

— Луи, проверь обойму.

Я вышел из Тени. Обойма была полной.

— Давай сюда.

Гюрза вынула из своего пистолета пустую обойму, вогнала новую, передернула затвор:

— А теперь, дядюшка, руки вверх.

Да, все правильно, ствол Орсо. Гюрза расстреляла весь боезапас, но сейчас я, хоть убей, не мог припомнить, выбросила она ставшее бесполезным оружие или нет, а если выбросила, то когда подобрала обратно.

— Ты угрожала мне незаряженным пистолетом? — Дарклинг рассмеялся.

— Ты же сам говорил, дядюшка, что наглость города берет, — пожала плечами Гюрза. — Вот теперь нам можно спокойно поговорить.

— Я думаю, нам лучше поговорить с Хансером. Решения ведь принимает он?

— Поговорим, — согласился Хансер. — Времени в обрез, поэтому в двух словах. Мы собираемся захватить город, а вам есть о чем поговорить с крылатыми. Вы помогаете нам — и после этого расходимся своими дорогами. Разве что все, кто захочет стать доменовцами, уйдут со мной без всяких преград с твоей стороны, и, понятно, от клятвы ты их освободишь. Скрепляем договор клятвой на крови. Одна минута: да или нет?