Страница 7 из 52
Однако в соответствии с проектом закона эвтаназия в стенах коммерческих организаций по-прежнему останется запрещенной.
Известно, что министр юстиции ФРГ Забине Лойтхойссер-Шнарренбергер всегда придерживалась либеральных взглядов. Это и понятно - Свободная демократическая партия Германии, которую она представляет, вольно трактует многие общественно-социальные нормы. Но, решившись на новый закон, нацеленный на облегчение участи тяжелобольных пациентов, министр юстиции затронула святая святых немецкой этики и юриспруденции и вызвала бурю протеста, прежде всего у медицинских функционеров и партнеров по коалиции в кабинете министров. Соратники канцлера Ангелы Меркель считают, что документ откроет путь для злоупотреблений в такой сложной сфере, как помощь в осуществлении суицида. Как сообщил "РГ" председатель Немецкого союза защиты пациентов Ойген Брюш, теперь суициды станут в Германии повсеместным явлением. По его мнению, идеи министра юстиции приведут к тому, что общество будет спокойно относиться к этому страшному событию. Критически относится к проекту закона и Федеральная врачебная палата. В своем сообщении для "РГ" ее председатель Ульрих Монтгомери называет закон "бредом". Монтгомери не видит логики в аргументации министра юстиции. Он недоумевает: как может быть, с одной стороны, запрещена коммерческая эвтаназия, а с другой, разрешена помощь в осуществлении суицида со стороны медперсонала, родственников и врачей? В Германии с июня 2010 года существует право пациента самостоятельно распорядиться отключением аппаратов для поддержания жизни в случае смерти мозга.
Однако больной загодя в письменном виде должен дать свое согласие на это и таким образом освободить врачей от уголовной ответственности. Как рассказала фициальная представительница Немецкого общества по гуманному уходу из жизни Вега Ветцель, в настоящее время активная эвтаназия в Германии запрещена. Она остается запрещенной и по новому закону. Врачи не имеют права делать уколы или ставить капельницы с жидкостями, содержащими смертельный яд. Более того, они просто обязаны предотвратить смерть, находясь у постели больного. До сих пор уголовным преступлением считалась помощь в приобретении таблеток, приводящих к смерти. Никто не имел права выдать больному человеку, решившему умереть, необходимую дозу медикаментов. Не могли этого сделать ни врачи, ни аптекари. Ранее больные раком или парализованные пациенты были вынуждены обращаться к швейцарским и голландским врачам. В Германии даже распространился своего рода "туризм для эвтаназии". Немецкое общество по гуманному уходу из жизни приветствовало решение министра юстиции, освободившее врачей от ответственности за помощь в суициде. Ведь глотать смертельные таблетки больной может как самостоятельно, так и с помощью родных или сиделок. В конце концов, самоубийство в Германии законом не запрещено и является личным делом каждого.
Глава 3
За пару дней Калуга нашёл семнадцать кандидатов на исполнителей. Вчера они все уже прибыли в Одессу, а сегодня в десять утра уже приехали по указанному адресу. Над входом в подвал была вывеска «Приём стеклотары». Когда-то здесь её действительно принимали, но теперь этот подвал арендовала у ЖЭКа одна из фирм Академика. Здесь он оборудовал учебный класс, в котором проводил обучение и тестирование кандидатов. Отбор он проводил лично и очень жёстко. В лучшем случае, его обучение проходил один из трёх претендентов. Куда потом девались не прошедшие тестирование, он не интересовался. Человек Академика впустил прибывших в подвал. Закрыл за ними железную дверь на засов и провёл их в помещение для занятий. Это большой помещение было чисто побелено. Пол был выложен новой плиткой. У стены было несколько рядов офисных стульев. Перед которыми стоял диванчик и журнальный столик. На столе лежала медицинская сумка. Справа стоял письменный стол с кожаным креслом. Слева от входа, в углу, был длинный стол, на котором стояли два электрических чайника, чашки, а в вазах лежали пакетики с чаем и кофе. Рядом были подносы с печеньем и булочками. Видимо совсем недавно здесь сделали уборку, потому, что пол был ещё влажным. - Можете перекусить пока, - сказал тот, который впустил их. - Курить только в соседней комнате, - он указал рукой на дверь. - Выходить наверх нельзя. Шеф будет через полчаса. Он ушёл, а парни стали наливать чай и завтракать. Некоторые пошли курить. Через полчаса в учебный класс зашёл мужчина, лет сорока. Он был в тёмных очках и одет в светлый костюм тройку, с тёмной жилеткой, но без галстука. Вместо галстука на шее был повязан шейный платок, в тон платку в кармане пиджака. На голове у него была пышная шевелюра, почти как у Энштейна, большой портрет которого висел на стене. Профессорская бородка – эспаньолка означала принадлежность этого человека к преподавательскому составу какого-нибудь одесского университета. - Привет, чесной братве. Я Академик, - обозначил он себя. - Прошу всех занять свои места. Будем работать. Все расселись на стульях. Он прошёл за стол и сел в кожаное кресло. - Итак, начнём, - сказал Академик. – Я ознакомился с биографией каждого из вас. Все вы были порядочными арестантами и отсидели без косяков. Но! – он сделал паузу. – На этом ваша блатная феня заканчивается. С этого момента вы даже между собой не общаетесь на фене. Вы будете говорить только на нормальном языке при общении с нашими клиентами. Это понятно? – он посмотрел на притихших парней. - Понятно, Академик. Ясно. Говори, что делать надо, - отвечали парни. - Я научу вас помогать людям, которые хотят покинуть этот мир, - сказал Академик.
- Это самоубийцам что-ли? – спросил один из парней. - Да, - кивнул Академик. - По жизни таких людей очень много. Также много смертельно больных людей, которые устали и хотят умереть. Ваша задача – помочь им. За деньги сделать укол или дать лекарство. Это не убийство, а помощь, потому, что они сами об этом просят. - И какой наш интерес? – громко спросил самый старший из кандидатов. - Сотня с каждого клиента. А клиенты будут каждый день и не по одному, - ответил Академик. - Каждый день? Откуда столько? – не поверил один из парней. - Это не ваша забота, - Академик поднял руку, ладонью вверх. - Ваша задача обслужить всех тех, чьи адреса вам даст диспетчер. Повторяю. Клиенты будут каждый день. Работа шесть дней в неделю. Один выходной. - Это же около трёх штук в месяц! И в баксах! – восхищённо посчитал один из парней. - Ну, если лохи сами просят, да ешё и бабки за это дают, чё ж не помочь? – сказал второй. - Ещё одно такое слово – «лохи», «бабки», и вы оба поедете обратно! – спокойно сказал Академик, глядя на парней. – Это всех касается. Больше повторять не буду! Все сразу притихли. Убедившись, что аудитория созрела, он спросил.
- Работать будете в Москве уже с мая месяца. Если кто-то из вас не хочет или не может – мы никого здесь не держим. Лучше сразу разбежимся, - Академик грозно смотрел на парней. Никто не встал и не вышел. Тогда он продолжил: - Если все за, идём дальше. Сейчас вы должны запомнить на всю жизнь, как свой день рождения, три строчки текста, которые помогут вам избежать нового срока. Повторяем за мной и сразу учим. Записывать нельзя! перчатки, беру деньги, интересуюсь не передумал - ла, записка, правша или левша, даю жгут, даю шприц, делаю укол в нужную руку, засекаю время, проверяю пульс, чужого не беру, дверь не закрываю. Все дружно повторяли за ним, - дверь не закрываю. Так он произнёс раз десять, убедившись, что они запомнили. - Теперь объясняю смысл первой строчки, - сказал Академик. – Если, не наденете перчатки – оставите отпечатки. Если, не возьмёте сразу деньги – у мёртвого потом не спросишь. Если, не поинтересуетесь передумал, или передумала - будет убийство. Клиент должен сам подтвердить, что это его решение. Понятно? - Ясно. Понятно, - дружно ответили парни. - Вторая строчка, - продолжил Академик. – Если нет предсмертной записки – это не самоубийство, а передоз. Если не выяснить правша или левша, то укол сделанный левше в левую руку - это не самоубийство. Если клиент сам не затянет жгут – на нём не будет его отпечатков – это не самоубийство. Если на шприце не будет пальцев клиента – это не самоубийство. Ясно? - Ясно. - Третья строчка. Засекаете время. С момента укола до остановки сердца проходит не более трёх минут. Проверяете пульс. Если сердце не остановилось - вливаете другой препарат в рот. Если возьмёте из квартиры хоть копейку – это будет не самоубийство. Дверь не закрываете, чтобы клиента быстрее нашли, - он закончил говорить и внимательно посмотрел на всех. – Ещё раз все вместе повторите три строчки. - Перчатки, беру…, - парни начали хором повторять текст. Убедившись, что они всё запомнили и довольно неплохо, он снял пиджак и повесил его на спинку кресла и сказал: - Десять минут перекур. Потом продолжим, - он встал и вышел. Парни пошли пить чай и курить. Многие восхищались, что будут работать в Москве. Ровно через десять минут пришёл Академик. Все сели на свои места. Он подошёл к столику у дивана и попросил ближайшего из сидящих парней пересесть на диван. - Продолжаем. Сейчас я покажу как всё нужно делать. Внимательно запоминаем последовательность согласно текста. Он взял сумку и вышел за дверь, не закрывая её. - Надеваю перчатки, - был слышен его голос. – Звоню в дверь. Дзинь, – он сымитировал звук звонка и вошёл. Сказал парню на диване - Здравствуйте, - и подошёл к нему. - Здравствуйте, - парень поздоровался. – Я могу получить оплату? – парень сымитировал передачу денег.