Страница 41 из 83
Ответ не заставил себя ждать.
— Уже взлетаем, полковник, — сказал дежурный офицер космопорта Данкельда. — Кто они такие, черт возьми?
— Я и сам этого не знаю, — соврал Уолтерс. — Позже разберемся. Прикажите пилотам лететь сюда и что-нибудь предпринять. Вы все поняли?
— Так точно, сэр.
Он выключил канал, не собираясь тратить время на пустую болтовню. Обычная авиация будет действовать против боевых роботов гораздо лучше, чем пехота планетарной гвардии, и замедлит продвижение нападавших.
Теперь оставалось только воспользоваться этой задержкой.
— О'Лири, — гаркнул полковник, разворачиваясь всем корпусом. — Для тебя есть задание…
— Призрак-два позицию занял, — сообщил Клей, внимательно изучая тактический дисплей. Два других робота из атакующих сил направлялись к нему на соединение, а два бронетранспортера отвоевывали пространство между стеной периметра и подвесным мостом, ведущим в резиденцию.
— Удар-один готов, жду указаний, — сообщил кадет Кристиано Де Вильяр. Среди приятелей-кадетов он больше был известен под кличкой Бронебойная Голова за свою любовь к отчаянным перестрелкам робот на робот. Крис являлся третьим сыном командующего первым батальоном, а его шестидесятитонный «Карабинер» в данный момент представлял собой самую тяжелую машину этого наспех собранного ударного отряда.
Младший Де Вильяр командовал артиллерийским кадетским звеном и при других обстоятельствах возглавил бы всю операцию. Но Клей был старше, да и кадетский экзамен у него должен быть раньше, чем у Де Вильяра. Это оказалось решающим фактором, чтобы майор Кинг назначил Клея руководителем операции. Оставалось лишь надеяться, что водитель «Карабинера» согласится с таким решением и будет исполнять приказы. В бою Де Вильяр был спокоен и рационален, но склонен беспричинно оговаривать своих товарищей-кадетов и раздражаться по поводу ограничений, которые накладывали на его действия старшие командиры, если он был с ними не согласен.
— Я Удар-четыре, — раздался чуть позже голос кадета Фаркуара. — Позицию занял. Когда начинать?
Джеймс Эдвард Фаркуар являлся в кадетском звене Де Вильяра водителем «Феникса». Как и командир, он легко поддавался возбуждению и рвался в бой.
Одновременно он был сыном местного лорда Морея, и Клей сомневался, стоит ли допускать его к участию в сражении. Но Кинг эти сомнения отверг, заметив, что Морей — один из самых амбициозных землевладельцев, входящих в совет, а следовательно, — один из самых ярых оппонентов губернатора.
— Жестянщик — всем подразделениям, — раздался напряженный голое майора Кинга. — Начинаем фазу три.
Клей протянул вперед мощную левую руку «Грифона» и схватился за ограду, выдрав из земли ближайший столб. Стальная решетка разорвалась, как бумага, образовав широкую дыру с рваными краями. Оторванный кусок он швырнул на парадный плац, обратив в паническое бегство горстку находившихся там гвардейцев, и двинулся в проход. Глянув на дисплей бокового обзора. Клей увидел, как два других робота тоже вошли на территорию военного блока. Загрохотал пулемет «Феникса» Фаркуара, и «Карабинер» дал ослепительный лазерный залп из автоматической пушки по северо-восточному углу базы.
— Есть цель! Приближается цель! Это сообщил Галлено, штурмовавший Кастл-Хилл на своем «Дервише» со стороны города.
— Три, нет, пять воздушных целей, координаты — дельта-шесть, идут к нам…
Клей еще раз глянул на карту и увидел радарные сигналы объектов, о которых сообщал Галлено. Они летели на большой скорости со стороны космопорта и должны были приблизиться к месту боя в считанные секунды.
На какое-то мгновение Клей ощутил приступ страха. Аэрокосмические истребители были ночным кошмаром для воинов — водителей боевых роботов. Эти самолеты обладали единственным видом оружия, не считая других роботов, которое могло поразить гигантскую боевую машину. Именно эскадрилья многоцелевых истребителей клана нанесла смертельный удар его отцу в битве на Судетах.
Клей сглотнул и усилием воли выкинул эту мысль из головы. Единственные аэрокосмические истребители, которые имелись в настоящее время на Гленгарри, принадлежали Легиону, и даже если гвардейцы конфисковали их, ни один специально не обученный пилот не смог бы ими управлять. Это, должно быть, простые реактивные истребители авиаотряда планетарной гвардии. Из всего, с чем пока встретились атакующие, они представляли наибольшую угрозу, однако далеко не смертельную для боевого робота.
— Удар-один, я Призрак-два, — произнес он, стараясь, чтобы его голос звучал убедительно. — Сними этих ястребков с нашей шеи. Бронебойная Голова.
— Я уже засек их, — ответил кадет Де Вильяр. Установленная на «Карабинере» комбинация из лазеров и автоматических пушек вместе с превосходной системой ведения цели превращала робота в основное средство противовоздушной обороны, и звено провело немало часов, отрабатывая именно такую ситуацию. «Карабинер» Де Вильяра отступил назад на несколько шагов, а Клей и Фаркуар продолжили наступление на военный блок.
Через секунду над их головами уже ревели реактивные двигатели истребителей, которые образовали развернутый фронт для захода на первую атаку. Лазерный луч и артиллерийский огонь одновременно ударили из находившегося слева от Клея робота Де Вильяра, и головной истребитель, едва выпустив ракету, вспыхнул факелом. Ракета истребителя попала в строение, находившееся за полкилометра от места сражения, но другой корабль успел выпустить целую РБД-кассету по Фаркуару. Легли они вокруг «Феникса», и молодой водитель сообщил лишь о двух попаданиях в тыльную часть туловища. Это было опасно. Спинная броня робота была сравнительно слабой, и еще несколько таких попаданий могли прожечь ее до уровня жизненно важных внутренних систем, сосредоточенных в груди машины.
Однако Фаркуара, казалось, это мало обеспокоило.
— Я добрался до гауптвахты, — возбужденно сообщил он. На данном этапе это было главной целью атаки, основанной на наиболее вероятных с точки зрения логики местах содержания командования Серого Легиона Смерти. Связаться с Кингом из резиденции старому Макдональду удалось только еще один раз после первого звонка. Многого узнать он не сумел, но Жена его подслушала разговор гвардейцев, когда те говорили о пленниках, сидящих в камерах военного блока…
— Отлично, — произнес Клей в переговорник. — Я тебя прикрою. Но не забывай про истребителей.
Он нервно посмотрел на тактический дисплей. Де Вильяр продолжал вести огонь, однако, кроме первого попадания, большого ущерба он им не нанес. Судя по всему, летчики, оценив обстановку, повернули обратно, подальше от поля боя, не желая подвергать свои машины риску от смертоносного огневого шквала «Карабинера».
Тяжелый грохот пулемета Алекс Карлайл услыхал даже сквозь наглухо закупоренные окна камеры. Он вытянул шею журавлем, но, кроме отдаленных вспышек света где-то в районе периметра гауптвахты, других признаков сражения не увидел.
«Ракетный удар с юга, вероятно, был отвлекающим маневром, — подумал он, — а основная атака пойдет с севера».
Тем временем разгорающееся сражение заставило всех часовых покинуть здание гауптвахты, и офицеры Легиона остались одни, никем не охраняемые. Но они все равно сидели взаперти, вынужденные следить за сражением в основном по звукам и собственным умозаключениям.
— Бог ты мой! — прокричал кто-то из глубины коридора. Алекс решил, что это капитан Гийом Дюмон — командир одного из двух отрядов боевых роботов майора Де Вильяра. — Они там ведут полномасштабное сражение.
— А кто атакует? — спросил из другой камеры Варгас.
— Вижу двух роботов, — ответил Дюмон. — «Феникса» и «Грифона». На «Грифоне»— эмблема Соратников!
— Но ни у одного из Соратников нет «Грифона»! — возразил еще кто-то.
Алекс бросился к дверям своей камеры.
— Может и нет, — с усмешкой произнес он. — Но Дэвис Клей как раз является водителем «Грифона» и соответственно имеет право носить знак.
Эмблема Соратника Серого Легиона Смерти представляла собой череп — герб Легиона, пронзенный вертикально стоящим мечом, и право на ее ношение имели только члены верховного командования полка, а также их наследники. Если не брать в расчет таких старых зубров, как Чарльз Беар и майор Макколл, единственными, кроме действующих Соратников, кто имел право ее использовать, были Дэвис Клей, Кристиано Де Вильяр и сам Алекс Карлайл.