Страница 56 из 63
Но начальник охраны Стерлинга не был слабаком и быстро справился с болью. Боевой задор вполне вернулся к нему, Гликман выстрелил, пуля просвистела мимо плеча Макс, сделав еще одну дырку в стене.
На полу рядом с мертвым скупщиком (который лежал на спине выпучив глаза в потолок) Маурер, в липких, скользких от его крови руках пытался удержать свой пистолет. Удержал, направил его на Макс. Небрежная глупость, если учесть как близко она столяла, и как сомнительно было его преимущество. Как только черный парень выстрелил, Макс поднырнула в сторону. Пуля пролетела мимо нее и попала в грудь Гликмана, выпустив розовый фонтанчик.
Глаза среброволосого охранника расширились от шока и он прислонился спиной к стене. Он посмотрел вниз на рану, потом поднял взгляд на Мурера. Свои последние слова он почти выжал из себя:
— Тупой выродок.
— О, дерьмо, — произнес Маурер, и обвел вокруг пистолетом, ища свою цель, которая казалось исчезла.
Макс внезапно возникла сбоку, схватила его руку и выкрутила локоть в обратном направлении. Маурер закричал, его пальцы сразу раскрылись и он выронил испачканный кровью пистолет. Она молча вывернула его плечо, согнув его руку кругом сзади него.
Парню было так больно, что он не мог даже кричать.
— Один вопрос, — холодным голосом произнесла Макс. — Неправильный ответ, и я ломаю твою руку.
Она немного увеличила нажим. Маурер выгнул спину и жалко застонал.
— Спрашивай! Спрашивай!
— Где я могу найти Стерлинга… прямо сейчас?
Он попытался повернуть голову, чтобыпосмотреть на нее, но она сильней выворачивала его руку и его голова опускалась, так как он визжал от боли.
— Давай отвечай, — сказала она и начала двигать руку вверх.
— Хорошо! Хорошо! Он в Игле.
Поморщившись, Макс ослабила захват, и почувствовав, уменьшение боли, Маурер выпустил из себя весь воздух, и Макс почувствовала, как он оседает в ее руках как охапка дров.
— В Космической Игле?
— А в какой еще долбанной Игле может проходить сделка?
— Еще, — приказала она, даже не подтвердив свой вопрос новым захватом, парень и так хотел сотрудничать.
— Босс и тот русский, они продают какое-то дерьмо корейцам, там. На верху.
— Прямо сейчас?
— Где-то через час… да.
— Спасибо, — сказала Макс и отпустила его.
Он постоял мгновение, повернувшись к ней спиной, и сказал:
— Я не буду… не буду мешать тебе.
— Я знаю, — ответила она и вырубила его резким ударом по шее.
Она уходила и оставляла поврежденную картину, убитого скупщика, мертвого начальника службы безопасности и подчиненного Стерлинга в бессознательном состоянии, и ему еще предстоит объясниться о том, как он погубил ценное произведение искусства и застрелил своего начальника.
Но по крайней мере, в кармане Макс все еще было ожерелье, драгоценный объект, который принес так много разрушений и смертей, что его вес стал весьма значителен. Она должна была замкнуть этот круг, иначе ни она, ни ее брат никогда не будут в безопасности.
Бросив взгяд вниз на Шервуда, она покачала головой. Старик не должен был умереть, но она не чувствовала вины или ответственности за это. Он выбрал свой путь, даже если он никогда не был легким. Однако, ей понравился эксцентричный скупщик краденного, несмотря на то, что их знакомство было недолгим, и теперь Шервуд был еще одной вещью, отнятой у нее Стерлингом и Кафельниковым, еще один растерзанный товарищ, как Китайский Клан…
В следующем офисе, она надела свои очки с янтарными стеклами, вывезла Нинзя в холл. Затем она забралась на него, включила зажигание и вылетела прочь из здания на встречу поджидающему ее шторму.
Швыряемый ветром дождь хлестал Макс по лицу, пока она ехала про Брод Стрит к Космической Игле, но она не возражала — это казалось очищением. Она хотела, чтобы дождь смыл всю грязь и коррупцию с этого города и этой разрушенной страны…
Паркуясь в полуразрушенной здании за два квартала до места назначения, она посмотрела наверх и задержала дыхание, так она была удивлена увидеть эту гигантскую постройку. Она видела Иглу и раньше — невозможно жить в Изумрудном Городе и не заметить Иглу — но она никогда не уделяла ей особого внимания.
Более шести футов в высоту, Игла возвышалась как огромный металлический цветок. Ночь была настолько темной, а стена дождя такой плотной, что во вспышках молний она могла различить только очертания здания. Маяк футуристической надежды во время своей постройки в 60-е, Космическая Игла теперь маячила в сумрачной дали и приходила в упадок, привлеченный Импульсом, скелет заветных мечтаний более надежного и наивного времени.
В годы после Импульса, вследствие упадка в экономике все меньше и меньше туристов привлекала эта прославленная достопримечательность, пока не погиб ресторан, смотровая площадка не была закрыта — слишком много людей прыгало оттуда — и банкетные залы не было решено заколотить. Стены теперь служили холстами для уличных художников города, Игла казалась раскрашенной сотнями разных красок: красные, черные, желтые, белые баллончики всевозможных оттенков оставили свои следы практически на всем здании. Сувенирная лавка на первом этаже — ее окна были разбиты очень давно — казалась самым хорошим входом для Макс.
Окрестности вокруг башни разделили ее участь и напомнили Макс кадры видеохроники, которые она видела в Мантикоре, только на них были Сараево и Бейрут. Единственные неразбитые окна, казалось, в целом районе были в двух машинах, припаркованных у основания Иглы под оловянным козырьком, по которому настойчиво барабанил дождь. Она подобралась ближе, скрываясь за мусорными контейнерами по периметру автостоянки. Отсюда ей открывался хороший вид на машины.
У черного блестящего Лексуса были калифорнийские номера — скорее всего это машина русского. Другая, старый Хаммер, скорее всего была взята напрокат, и напомнила Макс ее жизнь в Мантикоре. Рядом с каждым транспортным средством стоял охранник, парень около Хаммера — ниже своего коллеги — курил и прогуливался вдоль машины с водительской стороны.
Другой охранник рядом с Лексусом, был ближе к ней, он прислонился к двери и смотрел в ее направлении. Сначала она подумала, что он увидел ее, но потом она поняла, что он смотрит в пустоту, а его голова просто повернута в ее сторону. Однако, стоит ей только начать движение, он вероятно заметит ее… и преимущество внезапности растворится.
За мусоркой она нашла камешек величиной с кубик сахара и бросила его вниз по улице. Камень ударился о тротуар достаточно громко, чтобы этот звук можно было расслышать за шумом дождя… Макс использовала этот маневр, чтобы обойти вокруг и укрыться перед Лексусом.
— Что за черт? — спросил другой охранник, его акцент выдавал японское происхождение.
— Без понятия, — скучно откликнулся охранник около Лексуса. Он был одет в темно-коричневую куртку на молнии и черные джинсы.
Подобравшись поближе, Макс узнала в нем Джексона, коротко стриженный драчун, знакомый ей по первому визиту в поместье Стерлинга.
— Нам нужно посмотреть? — спросил японец.
— Делай, что хочешь. Мочи свою задницу. Мне приказано быть здесь.
Японец обошел Хаммер и закурил еще одну сигарету.
Джексон прислонился к водительской двери Лексуса и пялился в космос. Макс решила сначала разобраться с японцем. Она подкатилась под Хаммер, и, когда он проходил достаточно близко к ней, она схватила парня за лодыжки и подбросила их в воздух. Задыхаясь, он отправился в полет.
Она уже выбралась наружу к тому времени, как его голова шлепнулась на цемент, растянувшись на земле, охранник медленно поднял голову и уставился застекляневшим взглядом вверх, возможно задаваясь вопросом не спит ли он, настолько прекрасное личико смотрело на него сверху…
Владелица прекрасного лица ударила его в висок и он откинулся назад, чтобы остыть.
— Ты что-то сказал? — спросил Джексон.
Когда он не получил ответа, Джексон выпрямился, сузил глаза, достаточно заинтересованный, чтобы повернуться и взглянуть. Но все, что он увидел, были ботинки Макс, когда она с изяществом профессионального бойца перепрыгнула автомобиль и врезалась ими в лицо охраннику. Джексон повалился на землю, выплевывая окровавленные зубы как семечки, затем попытался подняться, зажимая рукой остатки своей улыбки… и Макс наградила его коротким ударом левой.