Страница 53 из 63
За исключением Зака, Сет считал себя лучшим из Х5.
Ночью, он получит шанс доказать это… хотя он сомневался, что учитель создавший его, получит много удовольствия от заключительного действия Сета.
Глава 12. НЕ ПРОДАЕТСЯ
В темной футболке, голубых джинсах и кроссовках, Макс сидела на высоком стуле напротив стола Вогельсанга. Офис сердитого, полного детектива имел своеобразный уникальный запах — блинчиков обжаренных во фритюре, моющего средства, сигаретного дыма и еще чего-то, напоминающей либо какой-то чистящей жидкости, либо одного из сортов приправы для барбекю.
Денежные средства Макс, вложенные в этот маленький бизнес явно не помогали в чистке этого места, и даже не способствовали обновлению гардероба Вогельсанга: по мнению Макс он одевался, выбирая одежду наугад в очень темной комнат. Если он вообще имел какой-то выбор и не ночевал на работе в этой небесно-голубой майке и мятых светло-зеленых брюках. Все это составляло его эксцентричный стиль, где сочетались выпуклый горизонт неба и трава.
— Вы что-нибудь нашли? — спросила Макс, не желавшая задерживаться здесь. Она не хотела, чтобы странный запах этой комнаты пропитал ее одежду. К тому же у нее было много дел на сегодня. Небо угрожало разразиться дождем и как она подозревала это могло затянуться надолго.
— Я ничего не нарыл про женщину или Тахо, — сказал детектив, зашуршав бумагами на своем столе, избегая прямо смотреть на клиента.
— Ничего.
Он поднял глаза и нервно улыбнулся, пожав плечами:
— Это было десять лет назад. Я говорил э-э… это потребует некоторого времени.
— А что с нашим драчуном?
Вогельсанг сказал, встряхнув головой:
— На него ничего нет. Никаких упоминаний в полицейских базах данных о татуировках в виде штрихкода.
Макс сидела прямо, ее глаза были напряженно-непроницаемы:
— Этот парень связан с Зорким. А Зорким очень интересуется полиция… должно же быть что-то…
— Говорить, что он связан с Зорким, это также как, если бы он был связан с Зорро.
— С кем?
— Предимпульсный персонаж. Прости. Проклятье, крошка… Так или иначе, если он работает с Зорким или на него, у нас слишком мало чертова времени чтоб найти что-нибудь. Не более, чем голос и глаза на взломанном канале… телевизионной сети. Люди, помогающие Зоркому, все верны ему. Они не скажут никому ничего. Если ты, конечно, не один из них.
Макс ощутила как ее надежды испарились, как вода сквозь пальцы. Она приехала в Сиэтл, который был большим городом, но Вогельсанг знал его изнутри. Ее брат, как и она, был натренированным профессиональным солдатом. Так почему они не могут найти его?
— Значит ты не узнал больше ничего с того времени как мы начали поиск? Для чего тогда мне платить тебе снова? Напомни мне.
Проигнорировав вопрос, Вогельсанг отхлебнул из опустевшей чашки — не понятно что было там внутри, возможно какая-то идея. Но что-то в его глазах промелькнуло — в них казалось вспыхнула какая-то идея, сначала слабая, потом более осмысленная, затем затухающая…
— Мистер Вогельсанг!
Он едва не подпрыгнул, и чашка могла бы упасть, но была пуста.
— Ты звал меня, — она напомнила ему о деле. — Зачем? Ты говорил у тебя есть чертова зацепка?
Он скосил взгляд на чашку, потом нервно улыбнулся, мимолетно. Полностью неподходящая ему привычка.
— Я предполагаю, что нашел кое-что.
В ней возродилась надежда, однако она пыталась держать эмоции под контролем:
— И что же это за предполагаемая находка?
— Не только я один ищу этого парня.
Ее глаза расширились, так что она вжалась в спинку кресла ошеломленная, как будто ее ударили дубинкой. Кто еще мог искать ее брата? Только два имени внезапно всплыли в ее памяти: Лайдекер и Стерлинг… или Кафельников.
— Как ты узнал?
— Это все с улицы.
Макс снова села перед ним:
— Объясни.
Здесь есть ломбард, его держит некто Джейкобс, он… не тот кого можно назвать по-настоящему честным гражданином.
— Мерзавец, — сказала она кратко. — С трудом верится что ты связан с этим типом. И что он сказал тебе?
Детектив не обиделся на такую характеристику.
— Однако Джейкобс сказал мне, что я не первый, кто пришел «просто поинтересоваться» о парне с неординарными способностями.
— И кто еще спрашивал?
— Он… запугал его. Это кто-то с властью, может даже федерал. Два коррумпированных копа… прости за многословие… сопровождали эту странную личность.
— Что за личность?
— Я не получил его имени — это блондин, не крупный… но это все что сказал Джейкобс о нем. Он до безобразия запуган. Джейкобс, понимаешь, тот кто торгует с отбросами каждый час, каждый день… насколько я знаю, раньше Джейкобс ничего не боялся, поэтому и способен процветать, жить как живут, подобные мошенники.
Вогельсанг нервно раскачивался и мог бесконечно трепаться. И Макс слушала, но ее мозг обрабатывал каждого кто мог бы быть тем блондином: Лайдекера, Стерлинга и даже Кафельникова. Последние двое подходили под описание скверно, но если Мантикора вышла на Сета, тогда Макс реально нужен был ее брат, впервые.
— В любом случае, Джейкобс сказал, что два копа и этот блондин крутились в округе и распросили каждого подонка на улице, начиная от тех, кто связан с крупными бандами… выбивая информацию, когда это требовалось, даже из парней, которые платят за свою защиту. — Его беспокойство казалось подлинным, даже если только малая его толика касалась Макс. — Слушай, Макс, мы играем с огнем, если он федерал, я…
— Окей, — сказала Макс, махнув рукой. — Вернись на землю.
Детектив кивнул и попытался справиться со своим дыханием. Он спросил:
— У тебя есть какие-нибудь подозрения по поводу того, кем этот парень может быть?
— Нет… Может тебе стоит нанять детектива, чтобы выяснить это.
Казалось, он немного оскорбился:
— Очень забавно.
— А твой друг Джейкобс ничего не знает о парне со штрихкодом?
Вогельсанг покачал головой:
— Нет, но его ушки на макушке. У меня по всему городу расставлены уши.
— Хорошо, — сказала она на выдохе. — Так держать.
Он кивнул, затем бросил на нее робкий взгляд.
— Деньги быстро заканчиваются, детка.
Она бросила свирепый взгляд на него.
Он поднял вверх руки в жесте капитуляции:
— Что я могу сделать? Я на пределе… содержать информаторов по всему городу, значит давать всем на лапу. И если ты не возражаешь, я должен и себе на жизнь зарабатывать.
Она подвинулась на край стула и окинула его холодным жестким немигающим взглядом.
— Если вам нужны деньги, мистер Вогельсанг, то вас придется помочь мне их достать.
Теперь он выставил руки перед собой, как плохой мим, изображающий, что он борется с ветром.
— Стой, стой, стой! Я служитель закона… у меня есть лицензия. Я не преступник.
Она посмотрела на него изподлобья.
Он пожал плечами и невесело усмехнулся.
— Человеку моей профессии иногда приходится работать с темными личностями.
— Говори, говори… Все, что мне нужно, это имя.
Он искоса посмотрел на нее, как будто Макс вдруг резко сменила тему:
— Чье имя?
— Давай просто скажем… чисто гипотетически, ведь я бы не хотела оскорбить слугу закона… если бы у тебя на руках было ценное произведение искусства, к кому бы ты пошел, чтобы его продать?
Он обдумал услышанное:
— Я полагаю, что эта сделка должна иметь чисто конфиденциальный характер?
Она кивнула.
— И она не должна быть задокументирована?
— Пусть только кто-нибудь попробует сказать, что ты не шустрый.
Детектив снова покосился на Макс:
— Цена высокая?
— О да. Могла бы обеспечить тебя яичными роллами надолго.
Воодушевленный этим замечанием, Вогельсанг раздумывал несколько тяжелых, долгих секунд:
— Забудь о парне, о котором я говорил раньше… Джейкобс? Крупные сделки — не его формат. Но есть один парень недалеко отсюда. Его зовут Шервуд.