Страница 10 из 75
– Стараюсь. Допрос окончен или будут еще вопросы? «Полегче, – осадила себя Тейлор. – Не дави на него. Выпытай, что удастся. Остальное дополнит Джозеф».
– Простите. Я не собиралась допрашивать вас.
– Уверен, что собирались. Но это ничего. Мне это не вредит. – Рид скрестил руки на груди. – Теперь моя очередь. Почему вы так интересуетесь Дугласом и Джонатаном?
Хороший вопрос.
Тейлор ответила уклончиво:
– Не то чтобы интересуюсь. Просто любопытно. Моя кузина встречалась с Гордоном Мэллори, и они оба погибли при взрыве яхты. Мы с ней были очень близки. Так что у меня естественный интерес к семье и друзьям Гордона.
– Возможно, – ответил Рид. – Но то, что вы приходите в страшное волнение при встрече с его братом-близнецом и едва не задыхаетесь, когда произносите его имя, совсем не естественно.
Тейлор не ответила.
– Вы не очень-то любили Гордона, не так ли? Ладно, хватит.
– Пожалуй, мне пора идти, – сказала она, поднимаясь. – Нужно еще подготовиться к радиопередаче, да и вас ждет клиент.
Рид не стал ее задерживать. Он завернул в салфетку оставшийся на тарелке кекс и протянул Тейлор:
– Возьмите. Доедите по дороге. Вашим слушателям не понравится, если вы упадете в обморок во время передачи.
– Пожалуй, вы правы. – Тейлор с улыбкой приняла сверток. – Еще раз спасибо за помощь. – Она повернулась к двери.
– Тейлор? – остановил ее Рид. – Ведь вас зовут Тейлор, правда?
– Да. – Она вопросительно посмотрела на него.
– Думаю, мне лучше проводить вас. Так будет проще. – Он не стал добавлять «потому что в приемной ждет Джонатан», но имел в виду именно это.
Рид повел Тейлор по коридору в сторону приемной. В приемной сидел лишь рассеянно листавший «Уолл-стрит джорнэл» Джонатан Мэллори. Он поднялся им навстречу:
– Все в порядке?
– Все прекрасно, – заверил его Рид. – Тейлор нужно было только подкрепиться. – Он открыл ей входную дверь.
Тейлор заставила себя повернуться к Джонатану.
– Еще раз прошу извинить меня. Это от утомления. Сходство поразило меня.
От его сочувственной улыбки у нее по телу пробежали мурашки. Это была улыбка Гордона.
– Я понимаю. Не волнуйтесь – если мое самолюбие и пострадало, то оно быстро восстановится.
– Рада это слышать. – Нужно было побыстрее уходить. – Ладно, не буду отвлекать вас отдел, джентльмены. Прощайте.
Пять минут спустя Рид закрыл дверь своего кабинета и повернулся к Джонатану:
– Хотелось бы услышать от тебя, что все это значит.
Его невозмутимый клиент опустился в кресло.
– Не имею понятия. По-видимому, у нее были проблемы с Гордоном.
– Проблемы? – Рид ослабил узел синего шелкового галстука и сел за свой стол. – А у тебя есть какие-нибудь идеи, что это за проблемы?
– Никаких. Мы с Гордоном не были особенно близки. Рид сменил тему.
– Что заставило тебя передумать и появиться так поздно?
– Я приехал точно в то время, на которое мы условились. Просто либо твоя встреча затянулась дольше, чем ожидалось, либо, к чему я больше склоняюсь, вы слишком поздно ее начали.
Рид кивнул:
– Мы начали только в половине пятого.
– И как прошло?
– Она проявила осторожность. Захотела обсудить этот вопрос со своим адвокатом и родителями кузины. Но не отказалась.
– Отлично. Значит, это займет несколько дней, после чего она подпишет бумаги.
– Хотелось бы надеяться. Джонатан нахмурился:
– Твой тон не очень оптимистичен.
– Какой тут оптимизм? Ее что-то тревожит. И связано это с Гордоном. Возможно, она винит его в гибели двоюродной сестры. Но я думаю, здесь еще что-то. И именно это повлияет на ее решение. Учти, ей не нужны деньги.
– Зато ей нужно поставить точку в этом деле.
– Согласен. Вопрос только в том, насколько ей это нужно. Настолько ли, что она готова смириться с тем, что ее тревожит?
– Понимаю тебя. Но давай займемся этим, когда проблема станет реальной. Если понадобится, я поговорю с Дугласом. Мы найдем приемлемое решение. Она спрашивала обо мне?
– Да, она пыталась тут выведать кое-что. Хотела узнать, представляю ли я твои интересы, как мы познакомились и прочее.
– Правда? – не столько обеспокоился, сколько удивился Джонатан. – И ничего о моем родстве с Дугласом?
– Она говорила о Дугласе как о твоем опекуне. Так что если она и знает что-то еще, то скрывает это.
– Ну, Рид, с тобой бы этот номер не прошел. Если бы она скрывала что-то, ты бы догадался. Ты определил бы это сразу. – Джонатан устроился удобнее в кресле. – Она может вскружить голову кому угодно, не так ли? Я сразу узнал ее по фотографии, которую радиостанция поместила на своем сайте в Интернете. Но в жизни она выглядит еще лучше. Настоящая красавица.
Рида удивили личные, почти интимные нотки в голосе Джонатана.
– Я не заглядывал на их сайт, – заметил он. – Но ты прав, выглядит она роскошно.
– В ней чувствуется стиль, – отстраненно и задумчиво продолжил Джонатан. – Говорят, ее кузина тоже была сногсшибательной красавицей. С ярко-рыжими волосами, прекрасным лицом и бесподобной фигурой. Но Тейлор более утонченная. А ее глаза… От них трудно отвести взгляд. – Его губы скривились в усмешке. – Мне ли не знать. Они сверлили меня, будто я – сам дьявол.
– Я не думал, что ты так увлечен ею.
Это замечание, похоже, вывело Джонатана из состояния эйфории.
– Не сказал бы, что увлечен. Я даже не знаю ее. Но у меня есть глаза, и я слушал ее радиопередачи. Ты часто встречаешь все это в одной женщине: и красоту, и мозги, и породу?
– Весомый аргумент, – осторожно согласился Рид. – И все же на твоем месте я держался бы от нее подальше. Ведь она явно не была рада видеть двойника Гордона.
Джонатан смотрел в одну точку.
– Может быть, так. А может быть, и нет.
Глава 6
14 января
10:30
Академическая школа Деллинджера
Нью-Йорк, Восточная 85-я улица
Закрыв дверь кабинета, Тейлор прошла к столу и села на свое место. Она чувствовала исходившие от сидевшей напротив нее безупречно одетой, элегантной, состоятельной пары волны натянутости, раздражительности и возмущения.
Эдвард и Оливия Янг были родителями Криса. Эдвард был известным на всю страну урологом, а Оливия работала нейрохирургом в больнице «Маунт-Синай».
Их приход не обещал ничего приятного.
Само собой разумеется, Оливия Янг достала свой пейджер и демонстративно положила его на край стола Тейлор.
– У меня пациент в реанимации, – объявила она, холодно посмотрев на Тейлор. – Я ограничена во времени.
– Я тоже, – поддакнул ей муж властным тоном, от которого, наверное, ежились его подчиненные. – Итак, в чем, собственно, дело?
– В Крисе. – Тейлор положила на стол скрещенные руки. – И это серьезно, иначе я не стала бы отрывать вас от пациентов.
– В последнее время у него были отличные оценки, – проворчал Эдвард. – Кроме английского языка, по которому он получил «удовлетворительно». Мы знаем, что в английском Крис не силен. Но у него все данные для поступления в колледж, и с учетом того, что он твердый «хорошист» с заметными спортивными достижениями…
– Это не имеет ничего общего ни с успеваемостью Криса, ни с его возможностями поступить в колледж, – прервала его Тейлор. – Речь идет о его поведении. – В подобных ситуациях лучше всего называть вещи своими именами. Даже если это вызовет взрыв негодования. Она внимательно смотрела на супружескую чету. – Я намеренно выбрала именно это время для нашей встречи, потому что все находятся на общем собрании школы, а я хочу, чтобы у Криса было меньше неприятностей.
– Каких неприятностей? Из-за чего?
– Из-за неоднократных попыток нагло ухаживать за мной. У Оливии Янг отвисла челюсть.
– Простите?
– Эта проблема возникла не на ровном месте, – продолжила Тейлор. – По сути, Крис начал заглядываться на меня еще в восьмом классе. Тогда это меня не особенно беспокоило, поскольку в этом нет ничего необычного для мальчика, вступающего в пору повышенной сексуальности. Мальчиков часто влечет к учительнице или школьному консультанту. Однако когда его косые взгляды и ухмылки стали мне надоедать, я вызвала Криса в свой кабинет и у нас состоялся разговор. Мы побеседовали об уважительном отношении, о достойном и недостойном поведении. Я четко и ясно высказала ему свою точку зрения на этот счет. И похоже, до него это дошло. Вдобавок он с головой окунулся в нормальную и чрезвычайно активную общественную жизнь школы. Его популярность действительно взлетела после того, как он стал капитаном хоккейной команды. Девочки облепили его как мухи.