Страница 13 из 19
— Я просто думаю, — продолжал Санта, — что с ЦРУ договориться проще, чем с сестрой твоей жены. И характер у них там лучше.
— У меня нет выбора. Поверь, если бы был, я ни за что за это не взялся бы. И не стал бы связываться с ней ни для кого, кроме Дельты.
— Но я тебя предупреждаю: Дельта видит в тебе только тесто, а потом лепит, что хочет. Есть искусство замешиваниялюдей под себя, и Дельта училась ему у самой грозной силы природы, какую только знали в Ков. Я имею в виду Мэри Ив Нэтти. Мэри Ив могла вертеть людей между пальцами, как некоторые вертят монетку. Господи, та женщина могла заставить тебя прыгать и вопить, а потом тут же лечь и стонать. Уж я-то знаю. Мне было девятнадцать, а Мэри Ив не меньше тридцати пяти, когда она впервые меня завалила.
Я уставился на него.
— Ты и Мэри Ив...
Он кивнул. И взгляд его стал нежным и рассеянным.
— Та женщина знала, как получить то, чего хочет. И отдавала она так же хорошо, как брала. — В ладони завибрировал телефон Санты, играя первые секунды «Truckin» группы «The Greatful Dead». Санта стер ладонью довольное выражение лица и нахмурился. — Просто помни, что я тебя предупреждал. Дельта использует тебя, чтобы добиться своей цели. Ей не нужен секс, чтобы сгладить острые углы, как это делала Мэри Ив, но решительности ей не занимать.
Я посмотрел на экран телефона. Код зоны 212. Манхэттен. Равель.
— Поехали, — сказал я, но продолжал слушать «Truckin».
— Либо говори, либо прыгни с этой скалы, — заурчал Сайта. — Джерри Гарсиа не спасет тебя от реальности, сынок.
Я приложил телефон к уху.
— Здравствуй, Равель. Я благодарен за то, что ты перезвонила. Если бы не экстренная ситуация, я ни за что не попросил бы и не принял твоей помощи.
— Ты хренов паразит! — Ее голос дрожал от эмоций. Меня всегда пугала сила ее ненависти. — Мне не плевать на твою судьбу по одной-единственной причине, Томас. Я все еще надеюсь услышать, что тебе хватило духу вышибить свои клятые мозги.
— Давай к делу. Ты получила мое сообщение. Ты знаешь, чего я хочу. Ты главный акционер одной из крупнейших медицинских корпораций мира. Ты можешь выяснить все о положении Кэтрин Дин, включая имя сиделки, которая выносит за ней горшок. Мне нужна контактная информация и... в ответ я сделаю все, что ты захочешь.
— Я хочу, чтобы ты мучился и сдох так же страшно, как Шерил и Этан, ты, бессердечный жалкий кусок дерьма.
— Я не прошу тебя делать мне одолжения. Я прошу ради хороших людей, которым нужна помощь.
— Избавь меня от своих бредовых попыток стряхнуть с себя свою собственную вину, став добрым самаритянином для горных дикарей, с которыми ты там породнился.
— Равель, сделай то, о чем я прошу, и я отправлю тебе часы.
Тишина. Спустя примерно минуту я услышал, как она тихо плачет. А потом:
— Отправь часы частным курьером, застрахуй посылку, и, когда часы окажутся у меня в руках, я дам нужную информацию, ублюдочный псих-манипулятор.
Она отключилась.
— Что ж, это оказалось просто. — Я бросил телефон Санте.
Он нахмурился, пытаясь разглядеть меня сквозь облачко дыма.
— Дельта не ожидала, что ты расстанешься со своим Призраком Смерти прообраза Янки ради ее просьбы.
Призраком Смерти.За что я любил южан, так это за то, как они справлялись с демонами в своей жизни. Стоит дать демону смешную кличку, и демон теряет часть своей силы. Я вынул из кармана антикварные серебряные часы на цепочке и шагнул к краю Шишки Дьявола. Посмотрел вниз, на мешанину валунов и утесов, на зеленеющие верхушки дальнего леса, нажал кнопку и провел подушечкой большого пальца по гравировке на внутренней стороне крышки часов. Часы были одним из моих якорей в этом мире. Таких якорей осталось не так уж много.
Раньше часы принадлежали дедушке Шерил. Она сделала для меня эту гравировку. Спасибо тебе за Этана.Это спасибо значило, что наш неровный и неравный брак стоило заключать, что каждое утро мы просыпались с удовольствием. Наш сын. Часы были для меня не просто безделушкой, не просто семейным достоянием моей жены. Ее сестра отлично это знала. Часы были последним подарком от Шерил и Этана перед их смертью.
И я только что согласился обменять их, чтобы помочь Кэтрин Дин, незнакомке.
Санта медленно поднялся, не сводя с меня глаз. Он был слишком медлителен, чтобы остановить меня, задумай я короткую прогулку до края обрыва и дальше. Он это знал.
— Томас, — осторожно начал он, — я знаю, зачем ты сюда поднимаешься.
Он кивнул на телефон, и я отдал ему игрушку.
— А еще я знаю, почему ты не хочешь, чтобы внешний мир легко тебя нашел. Я знаю, почему ты забираешься повыше, смотришь вниз и думаешь, каково это было для твоей жены и сына. Но поверь мне — однажды ты посмотришь вверх, а не вниз, и все увидишь иначе.
Я закрыл крышку часов, сунул их в карман и отошел от края.
Пока я не видел ничего, кроме воздуха.
* * *
Пыхтя от усилий, Дельта вскарабкалась по лестнице на покатую крышу дома Мэри Ив Нэтти и села рядом со мной любоваться заходом солнца. Золотой, красный, лавандовый, розовый — небо над Хог-Бэк напоминало концентрированную радугу. Туман бахромой свисал с горных пиков, сгущающаяся сине-черная ночь притягивала меня своей бесконечностью. Самый лучший вид в горах открывался именно с крыши дома Мэри Ив на Хребте Дикарки.
Маленькое стадо оленей — в основном беременных ланей, но были и малыши и молодые самцы с двумя веточками на рогах — паслись на поле возле заброшенного сарая. Стайка диких индеек бродила между ними. В сарае я хранил мешки с зерном, каждый день рассыпая вокруг несколько полных ведер, чтобы приманить зверей. Я не охотился. Мне просто нравилась их компания.
— Думаю, Мэри Ив понравилось бы, что на ее крыше сидит такой красавчик, — тихо сказала Дельта. — Она, наверное, сейчас вон там, на пастбище, смотрит прямо на нас. Вот та лань с игривыми глазами? Ага. Точно она. Мэри Ив всегда говорила, что хотела бы заново родиться оленем. Чтобы есть, спать, гадить и все время проводить среди друзей. «Все должно быть просто, но элегантно» — это была ее любимая присказка.
— Согласен.
Дельта похлопала меня по руке.
— Твои карманные часы уже на пути в Нью-Йорк. Энтони час назад забрал их. И сказал, что будет глядеть за ними в оба. — Энтони Вашингтон был водителем курьерской службы UPS в Эшвилле. Дельта кормила его всякий раз, когда он заезжал в Кроссроадс перед долгим перегоном. Ради жареных цыплят и бисквитов с подливкой он в руках донесет эти часы до самой Трамп-тауэр.
— Томас, я...
— Это просто часы.
— Нет, не просто. Спасибо, Томас.
— Я сделал это только потому, что хочу купить этот дом.
— Ты совсем не умеешь врать.
— Когда Кэтрин Дин поправится, скажешь ей, чтобы продала мне дом ее бабушки. Вот тебе сделка. Пойдет?
— Ты же знаешь, что я не заключаю сделок с пьяными, от которых пахнет моим дедулей. Когда прадедушка МакКеллан наливал себе стакан, весь дом вонял самогоном. Можешь сунуть голову в любой из шкафов кафе — поймешь, о чем я говорю. Кукурузный самогон. Прадед был вредным, блудливым старым кобелем, который десятки лет портил МакКелланам репутацию. К тому же он называл меня «уродливой толстухой» и всем говорил, что я гроша ломаного не стою. Поверь, ты не хочешь пахнуть, как воспоминание о нем.
— Это все мой новый лосьон после бритья. Парфюм де самогон. Не уходи от темы. Я хочу купить этот коттедж.
Она постучала по крыше костяшками пальцев.
— Томас, тебе не нужна пустая постройка. Тебе нужен дом.
— Во всем штате не найдется второго такого дома. Во всем регионе. В стране. В мире. Я могу восстановить его так, как не сможет никто другой. У меня есть деньги. Я не бедняк, каким бы со стороны ни казался. В этом мире мало того, что я могу защитить и сохранить. Но этот дом — могу. И должен.
— Все это время, — мягко сказала она, — я думала, что ты остаешься в Кроссроадс, потому что обожаешь мою кухню.