Страница 8 из 33
Орехово-смуглые, суровые лица; таджики, хазарейцы, пуштуны, узбеки. Много мужчин с оружием. Паспортный контроль в зеленой будке из гофрированного железа. Пассажиры много курили, полицейские изымали бутылки с виски из багажа прибывших индийцев, которые сперва ругались, но потом предпочли угомониться, поскольку афганцы смотрели свирепо, были крепкими и высокорослыми.
Водитель такси крикнул «Хайль Гитлер!» — он-де любит немцев, он любит Гитлера, и очень здорово, что немецкие солдаты были опять в Кабуле. В конце концов, и афганцы, и немцы — арийцы. Потом он таки поехал.
Германия имеет долгую историю влияния в Афганистане — Вернер Отто фон Хентиг [49]и Оскар фон Нидермайер (Хаджи Мирза) [50], которые в 1915 году посетили эмира Кабула, чтобы вмешаться в большую мировую политику, в Great Game [51]между русскими и англичанами, были первыми, кто туда пришел, хотя Германия, собственно, никогда не играла там большой роли, она очень поздно стала колониальной державой. По поручению императорского Министерства иностранных дел молодой баварский артиллерийский офицер Нидермайер в 1915 году передал эмиру в Кабуле письмо от Вильгельма II с предложением союзничества. Таким образом, он заложил основы длящегося вот уже почти столетие немецко-афганского сотрудничества в сферах экономики, образования, культуры, военного дела. А через несколько лет Альберт Шпеер [52]представил эмиру планы развития Кабула, о них напоминает теперь только ровная, многокилометровая прекрасная дорога, ведущая из центра города к разбомбленному сегодня королевскому дворцу.
Достаточная причина, чтобы посетить Общество технического сотрудничества и потом Гете-институт, разместившийся в прежнем посольстве ГДР, в очень элегантном доме шестидесятых годов. Внутри на втором этаже сидел доктор Норберт Шпитц и ровно час говорил о трудностях культурного содействия в этой стране. Он был изысканно вежливым человеком, он угостил меня чашкой фильтрованного кофе, а под конец пригласил в ноябре вместе с ним посмотреть фестиваль лирики в Герате.
Гостиница «Мустафа» располагалась слева от Чикен-стрит, бар «Мустафа» был одной из излюбленных целей ракетных и гранатных атак, поэтому наверху, на третьем этаже, занавеси день и ночь оставались задернутыми, на стойке робко стояли выдвинутые бутылки Bud Light и Stella Artois, на потолке висели маленькие зеркала, в них отражалась сотня свечей, электричество время от времени пропадало, тогда запускали генератор, и из магнитофона опять лилась индийская поп-музыка. В «Мустафе» жили турецкие торговцы недвижимостью, американские продавцы кафеля, южноафриканские наемники, пакистанские торговцы информацией и Хэннинг Кобер, когда бывал здесь. И все они сходились в баре «Мустафа», пили пиво, и один раз в месяц кто-нибудь по-молодецки стрелял в потолок, хотя в «Мустафе» давно уже нельзя было появляться с оружием.
Это был темный город, очень привлекательный, очень бедный, и тот, кто отправлялся гулять ночью, чего делать не следовало, на обратной дороге слышал голоса, они сотнями проникали в ухо, из углов, из кустов дрока, из-за высоких каменных стен: «Вы видите, как муха гуляет по куску сахара? Ау!»
Кто это говорит? Чей это голос?
«Таджики делали так: они цепью подвешивали хазарейца на крюк, отрезали ему уши и бросали их в угол».
«Хазарейцы делали так: они распиливали мертвому пуштуну крышку черепа и сверху вливали в голову кипящее масло, на мозг, труп дергался и плясал, как будто на сцене».
«Пуштуны делали так: они связывали таджику руки за спиной и стреляли ему в левое колено. Потом они заставляли его босиком стоять на снегу. Если он сгибался от боли или уже не мог стоять на раненой ноге, они грозили прострелить ему и другое колено. Ночи здесь холодные, и они играли с ним так много часов. В конце концов, они стреляли ему в голову и уходили».
А сейчас?
«Хуже всего были чеченцы, крупные мужчины с иссиня-черной кожей на бритых головах и темными бородами. Они были как звери. Когда шли чеченцы, мы переходили на другую сторону и опускали взгляд в землю, чтобы не смотреть им в глаза. Когда боевики Талибана бежали из Кабула, шесть чеченцев окопались в парке Шар-э-Нав и без разбора стреляли оттуда по всему, что двигалось, по детям, такси, старикам — безразлично, что попадется. Они обвязались взрывчаткой и собирались взорвать себя, когда подойдут американцы. Их застрелили снайперы Северного альянса. Но это ровным счетом ничего не изменило. Сегодня эти люди за деньги охотятся за головами, работают в Executive Outcomes [53]и состоят в частных армиях. Мы переходим на другую сторону улицы и по-прежнему смотрим в землю».
А кто говорит сейчас? Чье это воспоминание?
«Вначале темнота пугает неопределенностью, потом — определенностью, точно и конкретно, она обостряет чувства; прогулка ночью, неоновое освещение на торгующем кебабом киоске, дым, лужи, визг шин, крики, распоряжения; одна машина впереди — поперек, блокируя вторую позади, выскакивают люди, холщовый мешок на голову, голова прижата вниз рядом с задним сиденьем, запах машины, запах обувной кожи, сандалий, ног. Езда, колени накрест, шепот.
Потом, спустя долгое время, холщовый мешок снимают. Слепота от хлынувшего света, до боли режущий яркий прожектор, видеокамера перед одним, полотнища с лозунгом — за другим, черное на зеленом, закутанные мужчины с оружием, их предводитель с длинным кухонным ножом. Желобок пилы. Голова. Аллах Акбар. War Porn [54]».
Но когда утром кошмары отступали, и Кабул снова был светел, и город освещался, и сигналили такси, тогда голоса словно сдувало ветром, и ты охотно отправлялся куда-нибудь недалеко, к европейскому кладбищу. Там древний кладбищенский сторож Рамимулла, гордо рассказывая, что сам-де мулла Омар [55]однажды побил его, показывал могилу великого венгерского исследователя сэра Аурела Штайна [56]; этот спутник Свена Хедина [57]умер здесь в Кабуле, от инфаркта в 1943 году.
Здесь также покоились солдаты ISAF [58]: британцы, испанцы, немцы. На их могилах лежали цветы. Несколько запущенные надгробные камни молодых хиппи, преимущественно немцев, которые умерли здесь в конце шестидесятых — начале семидесятых годов. Там можно было прочитать имена: «Майке», «Бритта» и «Штефан». Они последовали зову Freak Street [59]или запаху «черного афганца» [60], и на длинной дороге от Берлина либо Штутгарта до Катманду пали в Кабуле, длинноволосые солдаты любви и мира.
За Панджшерским ущельем, там, где Кристоф де Понфилли снимал свой фильм, расположен Нуристан, Долина Света. Жители Нуристана, говорят, являются потомками солдат Александра Македонского; они только в XIX веке были насильственно обращены в ислам, у них рыжеватые волосы, они возделывают виноградную лозу и из плодов давят вино. Их обряды, от которых они до конца так и не отказались, похоже, дионисийского происхождения, они танцуют и опьяняют себя вином, их женщины ходят без чадры, гордо, и в мужья берут кого захотят.
49
Вернер Отто фон Хентиг (1886–1984), немецкий дипломат. В 1909 г. работал атташе немецкой миссии в Пекине, затем был переведен в Константинополь и в Тегеран; в 1915–1917 гг. — посол в Афганистане; в 1920 г. — дипломатическая работа в Польше; в 1921 г. — временный поверенный в Эстонии, позднее на Балканах — в Софии; в 1930-х годах был назначен генеральным консулом в Сан-Франциско, затем в Боготе; после Второй мировой войны был германским послом в Индонезии, после выхода на пенсию работал личным советником саудовской королевской семьи. Умер в Норвегии.
50
Оскар фон Нидермайер (1885–1948), известный немецкий военный, ученый и пу тешественник. Произведенный после окончания училища в лейтенанты, он отправляется в Иран для изучения географии, естествознания и персидского языка. С сентября 1912 г. он совершает переход в Индию, во время которого первым из европейцев пересекает пустыню Лут. 15 сентября 1914 г. военное руководство посылает Нидермайера с небольшой экспедицией в Афганистан, чтобы помочь центрально-азиатским народам сбросить колониальное иго англичан, во время этой экспедиции (вместе с Вернером Отто фон Хентигом) прошел Персию, Афганистан до восточного побережья Китая. Вернулся на родину в мае 1916 г. После этого — представитель немецкой военной миссии в Османской империи. Награжден орденом Макса-Йозефа. После войны учился в Мюнхенском университете. Уволился официально из армии, а неофициально работает в офисе рейхсвера в Москве до 1936 г. В 1933 г. защищает доктор скую диссертацию «Рост и странствие в теле русского народа». С 1939 г. — ординарный профессор. Во время Второй мировой войны в звании полковника (позднее — генерала) занимался формированием воинских подразделений из азиатских добровольцев. В августе 1944 г. был арестован и предстал перед военным трибуналом, приговорен к тюремному заключению в Торгау, откуда был освобожден американцами в мае 1945 г. Но по пути в родной Регенсбург опять арестован, на этот раз советскими властями. Отправлен в московскую тюрьму, приговорен к 25 годам заключения, в сентябре 1948 г. умирает от туберкулеза в тюремной больнице Владимира.
51
«Большая игра» (англ.)— под таким названием вошло в историю продолжающееся уже не одно столетие противостояние и борьба за сферы влияния России и Англии в Центральной Азии. «Большая игра» продолжается и сегодня, и «будет продолжаться, — по словам Р. Киплинга, — пока мы живы».
52
Альберт Шпеер (1905–1981) — государственный деятель Германии, архитектор. Рейхс министр вооружений и военной промышленности (1943–1945).
53
Executive Outcomes («Ауткамз») — частная военная компания, основана в Южной Африке подполковником Айбеном Барлоу в 1989 г., вербует наемников, ведет подготовку военных кадров и обеспечивает клиентам материально-техническую поддержку. «Ауткамз» часто обвиняют в предоставлении военной силы для корпораций, для контроля природных ресурсов в недееспособных государствах или конфликтных зонах, поскольку эти правительства в основном расплачиваются за их услуги горнодобывающей концессией.
54
Порнография войны, военное порно (англ.).Термин возник сравнительно недавно в связи с феноменом отражения в западных СМИ кровавых событий на Ближнем Востоке и в Ираке.
55
Мулла Мохаммед Омар, родился в 1959 г. в Нодехе близ Кандагара, часто именуется просто муллой Омаром, лидер движения Талибан в Афганистане и фактический руководитель государства Афганистан с 1996 по 2001 г. Разыскиваемый за укрывательство Усамы бен Ладена американцами, скрывается, предположительно, в Пакистане.
56
Марк Аурел Штайн (Стейн, 1862–1943), венгерский археолог еврейского происхождения, перешел в христианство и стал британским подданным. Он преподавал в ряде индийских университетов. Был приглашен Свеном Хедином для совместного путешествия по Азии.
57
Андерс Свен Хедин (1865–1952), шведский исследователь, географ и геополитик. В числе его достижений — создание первой подробной карты обширных районов Памира, Такламаканской пустыни, Тибета, древнего Шелкового пути и Гималайских гор. Он был, по-видимому, первым, кто понял, что Гималаи представляют собой единый хребет.
58
International Security Assistance Force — международные силы содействия безопасности (англ.)— сводная военная группировка в Афганистане, состоящая как из натовских подразделений, так и из подразделений других стран.
59
Улица хиппи (Freak Street) — самая известная точка в Катманду, столице Непала, облюбованная хиппи в 1960 — 1970-х гг., находится к югу от сквера Базантапур. Настоящее название — Йохне, но начиная с 1970-х годов эта улица стала больше известна как Freak Street. На улице есть и нищета, и неотразимая красота: запах сладкого ладана, трепетная детвора, играющая с колесиками, дешевые гостиницы, вывески ресторанов, магазины, продающие просветление и прозрение — что угодно. Не удивительно, что все это ассоциируется с грязноволосатыми «чудаками» (freaks — люди, или явления, выходящие за рамки обычного), что и дало улице новое имя. Эра хиппи в прошлом, но история Freak Street и она сама, расположенная в сердце старого Катманду, по-прежнему популярны.
60
Гашиш.