Страница 6 из 28
Глава третья
Как Джек и обещал, Ника с радостью осталась с Молли.
Они испекли бисквиты, и поскольку Ника хотела поиграть с остатками теста, Молли принесла несколько листочков и показала, как можно вдавить их в тесто, чтобы отпечатались прожилки. Ника была в восторге.
Пришлось замесить еще немного теста — на девочке его оказалось больше, чем на столе. Обрезки теста они испекли для уток, потом немного прибрались и уселись есть бисквиты.
Уткам очень понравилось угощение, Ника веселилась, глядя, как они подбирают крошки, и доброе сердце Молли таяло. Девочка была такая милая, такая нежная, мать бы в ней души не чаяла…
Вот беда!
Молли всхлипнула и смахнула слезы.
Вскоре они заперли коттедж и пошли на игровую площадку, расположенную неподалеку. Ника развлекалась: переваливалась через бревна, поднималась по маленьким лесенкам, пролезала сквозь туннели, скатывалась с миниатюрных горок.
Ника осторожно одолела висячий мост на цепях, потом покачалась на качелях — Молли толкала ее, пока не устали руки; домой они пошли через рощицу, понаблюдали за белкой — та металась по усыпанной сосновыми иголками земле, а потом взлетела на дерево и исчезла.
— Хочу есть, — объявила Ника, как только они зашли в домик.
— О'кей. — Молли заглянула в холодильник. Арахисовое масло. Нет, лучше не надо. В конце концов остановилась на готовой лепешке с тунцом и хрустящем салате; Молли с удовольствием смотрела, как Ника уплетает его за обе щеки. Потом перемазанная йогуртом девочка стала тереть глазки; Молли отвела ее в туалет, а потом прилегла рядом с ней на диване перед телевизором.
По детскому каналу шли очень милые мультики, и через несколько минут Молли почувствовала, что Ника отяжелела, засопела. Улыбаясь, она положила девочку на подушку, а себе сделала чай. Интересно, удастся ли им сегодня вечером осуществить задуманное? Если Джек все устроит, возникнет другая проблема: что надеть?
Быстрая проверка гардероба показала, что подходящего наряда у нее нет…
У Джека все болело. Его исцарапали и искусали кусты и крапива, его обстреливали со всех сторон и вообще подвергали всяческим пыткам. Он бегал пригнувшись, зигзагами петлял среди папоротника, ползал по-пластунски, вспоминая далекое детство. И всем этим наслаждался.
Извращенец! Себ тоже был счастлив, особенно он гордился тем, что их обоих не «убили». Теперь Джек гадал, как там младшие, ведь он на целый день оставил их одних. Хотя у них с собой была еда и они целый день развлекались на воде, причем все вместе.
А с Никой была Молли, и с ней все в порядке.
Странно, однако, что он так уверен. В эти два года ему не раз приходилось с кем-то оставлять девочку, но ему это очень не нравилось. А с Молли он оставил ее с легким сердцем.
А еще у нее такие сексуальные ножки, каких он сто лет не видывал, мягкие округлости грудей и широкий, улыбчивый рот, который сводит его с ума.
Он застонал, и Себ удивленно стрельнул в него взглядом.
— Ты в порядке?
— Еще несколько метров, и я умру. Я не так молод, как ты, — Джек потрепал Себа по голове. — Ты-то как, спортсмен?
— Ух, это было круто! Мы их размазали! — торжествующе провозгласил Себ.
— Ммм. Что ж, нам пора возвращаться, посмотреть, как там Молли. Ника ее, наверно, укатала.
— Это точно. Надо всегда покупать пиццу и не возиться с ужином.
— Ой, я должен что-то сделать по дороге домой. Я сегодня собрался повести Молли в ресторан в знак благодарности. Надо раздобыть няню для вас, купить пиццу, попкорн или что-нибудь в этом роде.
Себ принял это без восторга.
— Няня, — презрительно произнес он.
— Для детей, естественно, — торопливо поправился Джек. — Я посчитал, что просить тебя возиться со всеми — это уж слишком.
Себ задумчиво поскреб щеку.
— А я должен быть с ними?
Джек узнал этот тон. Надвигается что-то новое — пока скрытое, оно, видимо, проявится позже.
— А куда бы ты хотел пойти?
Себ наподдал камушек и с безразличным видом пожал плечами.
— На площади будет дискотека, от четырнадцати до восемнадцати лет. Я думал — может, пойти посмотреть.
— Во сколько?
— С восьми до одиннадцати.
Джек кивнул.
— Иди, почему бы нет. Ты разумный человек. Сам сможешь пройти туда и обратно? Мы будем в ресторане «У озера», если, конечно, найдется няня. Захочешь — приходи к нам.
Мысленно он добавил: пожалуйста, не приходи. Дай мне провести этот вечер с ней наедине — взять короткий тайм-аут, одним глазком взглянуть на прежнюю жизнь, когда у меня было и время, и энергия, и возможность общаться.
И больше ничего.
Ну, может быть, один поцелуй.
Или два.
Но ничего больше…
— Все устроено, — сказал Джек, задержавшись в дверях с Никой на руках. — Няня придет в полвосьмого, Себ уйдет на дискотеку в восемь, а столик у нас заказан на полдевятого.
Молли улыбнулась несколько натянуто.
— Прекрасно. Спасибо, — пробормотала она. Сердце стучало, голова раскалывалась, и все, о чем она могла думать, так это о том, что у нее нет приличного платья, а ей хотелось выглядеть как можно лучше.
— В чем дело?
Он тревожно всматривался, подмечая мельчайшие оттенки ее чувств. Глаза полицейского — ничего не упустят. Она пожала плечами и попыталась улыбнуться.
— Я такая глупая, не взяла с собой ничего, в чем можно идти в ресторан.
Его лицо просветлело.
— Ты во всем будешь хороша. Юбка есть?
Она кивнула.
— И платье есть, но оно для загара. Может быть, если надеть украшения и побольше накраситься, платье не будет выглядеть нелепо, — робко предположила Молли.
— Конечно. Но в любом случае это не важно. Никого не обеспокоит твой вид.
Но меня обеспокоит, подумала Молли, потому что у меня сто лет не было свиданий и для меня очень важно, как я буду одета. Она взглянула в его серые глаза, они смотрели нежно и ободряюще.
Возможно, он не смотрит на это как на свидание…
Но эта мысль почему-то не успокаивала. Только о свидании она и думала, когда купала детей и готовила их ко сну, когда надевала платье — белое платье без рукавов, с глубоким вырезом, слишком короткое, чтобы считаться элегантным, — когда застегивала бисерные бусы, которые несколько украсили наряд.
Затем она приказала себе перестать терзаться и повторяла это до той минуты, когда вместе с детьми отправилась к домику Джека.
Она нужна ему просто как компаньон на вечер, с ней он может хоть немного побыть в обществе взрослых, хоть ненадолго сорваться с привязи.
Если она сможет смириться с этим и вести себя соответственно, то вечер у них пройдет хорошо, и она не выставит себя полной дурой.
Няня уже пришла, пиццу уже принесли. Джек поставил коробку на стол, дал няне и Себу последние указания и подтолкнул Молли к двери.
Уже на улице он постоял, перевел дыхание и бодро улыбнулся.
Она ответила улыбкой.
— Ну как платье, ничего?
Он медленно оглядел ее, и она увидала волнение в его глазах.
— Очаровательно, — охрипшим голосом произнес он. — Ты выглядишь ослепительно. Ну, пошли?
Они шли молча, держась на отдалении друг от друга; после вчерашнего вечера между ними возникла непонятная напряженность, отчего у нее сбивалось дыхание и сердце тяжело и медленно стучало в груди.
— Ну как пейнтбол? — спросила Молли.
Джек засмеялся.
— Утомительное занятие. Так что, если я ткнусь носом в суп, разбуди меня. Староват я для таких игр.
Она засмеялась.
— А Себ — он был в восторге от мужских забав?
— Думаю, да. — Джек скривился. — Мы победили, так что его честь не пострадала и, слава Богу, реванш брать не придется. У меня исцарапаны ветками ребра, колени сбиты камнями, но во всем остальном я как огурчик.
— Бедненький старичок! Вижу, придется мне за тобой поухаживать.
— Точно! Мне нужна нянечка Молли.