Страница 45 из 65
Лицо хранителя музея изменилось почти до неузнаваемости. Его волнение передалось Мередит, словно электрический разряд, и она вскинула голову. Джексон смертельно побледнел, по лбу катились крупные капли пота.
Он протянул к ней дрожащую руку и хрипло попросил:
— Покажите!
Мередит послушно передала ему брошь, чувствуя странное волнение и немалую тревогу.
— Где он ее взял? — прошептал Джексон.
— На свалке, где же еще?
— Нет! Нет, не может быть! Это же саксонская дисковая брошь! Должно быть, он выкопал ее где-то здесь, на холме!
Джексон сверлил ее горящими глазами.
— Вы уверены? Он говорил, что нашел ее уже давно. Смотрите, она совсем не заржавела и не рассыпалась!
— Конечно нет! — возмутился Джексон. — Это же золото! — Он повертел брошь в руках. — Застежка, как видите, довольно простая, но тонкую работу видно сразу. Изображение всадника выдает опытного художника. Брошь, или, точнее, фибула, принадлежала человеку высокого положения! Скорее всего, ею закалывали плащ. Возможно, она даже… — Джексон погладил изображение всадника дрожащими пальцами. — Возможно, она даже принадлежала самому Вульфрику! Бога ради, Мередит, скажите, где старик ее нашел?
— Не знаю! — призналась Мередит. — Помню, он обмолвился, что нашел ее уже очень давно. Он говорил, что находит всякие вещи. К вашей работе он относился с презрением; сказал, что сам находил много всякого. Да, кажется, он упоминал о каких-то драгоценностях, которые нашел на свалке!
— Прошу вас! — Джексон схватил ее за руку. — Подумайте! Вы должны вспомнить! Ради всего святого, напрягите мозги и перескажите все, что говорил вам старик, все до последнего слова!
Мередит сосредоточилась.
— Он говорил, что нашел ее давно… В кроличьей норе, вот что! Да, он нашел ее в кроличьей норе!
— Что?! — ахнул Джексон, глядя на нее во все глаза.
— Он ставил силки на кролика. Сунул руку в кроличью нору, земля просела, кролик выскочил из земли, и вот…
Она указала на брошь.
— Где? — слабо спросил Джексон. — Где та кроличья нора?
— Честно говоря, понятия не имею. Финни не сказал. Не знаю, нашел ли он что-нибудь еще, но, если нашел, все должно храниться внизу, у него в домике, среди прочего хлама. Похоже, он ничего никогда не выкидывал. Ах да, кажется, он действительно сказал кое-что еще! — Воодушевление Джексона оказалось заразительным. — По его словам, он нашел много всякого, но спрятал туда, где нашел.
Несколько секунд Джексон беззвучно открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на сушу. Мередит испугалась, что хранителя музея вот-вот хватит удар. Наконец ему удалось прошептать:
— Хотите сказать, что сумасшедший старикашка много лет назад раскопал могилу Вульфрика? А потом снова ее зарыл? — Голос Джексона сорвался на визг. — Хотите сказать, он случайно наткнулся на захоронение, а потом… — его крики эхом отдавались от склона холма, — а потом нарочно забросал его землей, чтобы его больше не нашли?!
Глава 19
— Вот спасибо тебе! — мрачно говорил Маркби утром в понедельник, сидя в ресторане отеля «Скрещенные ключи» за чашкой кофе. — Как ты вовремя показала Джексону брошь! Теперь он совсем рехнулся. Целыми днями осаждает мой кабинет, требуя, чтобы я немедленно разрешил ему обыскать домик Финни от чердака до подвала, либо торчит у самого дома, упрашивая охрану, чтобы его впустили! Он убежден, что мы уничтожим или выкинем какие-нибудь ценные древние артефакты. Я велел охране не пускать его на порог дома Финни ни под каким видом. Знала бы ты, как Джексон мне осточертел!
Мередит вздохнула. Зачем она звонила на работу и просила продлить ей отпуск еще на неделю? Хотя какая сейчас работа! Их окружает столько тайн, что думать о чем-то другом просто невозможно. В «Скрещенных ключах» тоскливее, чем обычно. Сейчас середина дня, народу почти никого. Сверху доносится жужжание пылесосов — значит, горничные хотя бы иногда чистят вытертые ковровые дорожки. Из-за стойки слышится приглушенный спор: портье никак не могут договориться, кому идти в кухню и предупреждать, что машина с продуктами задерживается. У телефона-автомата стоит расстроенный коммивояжер-постоялец; он жалуется своему собеседнику на сорванную деловую встречу…
Вдруг Мередит заметила пса. Толстый, старый, одышливый, он не спеша бродил по залу, обнюхивая ноги постояльцев, но игнорируя их попытки подружиться. Проходя мимо Мередит, пес неуклюже потерся о ее ногу, однако не дал потрепать себя по жирному загривку. Мередит нагнулась, и бирюзовая кофточка натянулась на нужных местах… Маркби только вздохнул. Он ценил в Мередит не только содержание, но и форму. В голову приходили самые смелые фантазии…
— Он глухой, — сказала Мередит, словно извиняясь за пса.
— Кто? — Маркби поморгал глазами. Видения уплыли прочь. — А, пес! Знаю. Он давно уже здесь ошивается. Помню, раньше он любил сидеть посреди Рыночной площади и перегораживать проезжую часть. Мы предупредили владельцев. А когда ты сказала, что он глухой, я почему-то подумал о Джексоне.
— Бедный Иен, его трудно винить! Он всю жизнь мечтает найти Вульфрика. Похоже, Финни его опередил. Если честно, Джексон и меня достает. Постоянно звонит и спрашивает, что еще сказал Финни и не назвал ли он место, где нашел фибулу. Конечно, ему страшно хочется попасть в дом старика. Очень может быть, он найдет там что-нибудь ценное или догадается, где именно Финни откопал брошь! Ты пустишь его в дом, когда вы там закончите?
— Не уверен! Хотя найти наследников Финни пока не удается, это не значит, что их нет. Мы связались с управлением Военно-морского флота, поскольку Финни — военный пенсионер. Возможно, у них в архиве хранятся сведения о его родственниках. Кроме того, мы поместили объявление в «Бамфорд газетт» с просьбой заинтересованным лицам обратиться к местному адвокату.
— «Чтобы получить выгодные для них сведения»? — фыркнула Мередит, отставляя чашку с недопитым кофе. Она откинулась на вытертую вельветовую спинку кресла и вытянула ноги.
Маркби тут же опустил глаза и полюбовался ее ногами — длинными, стройными, загорелыми. В голову снова пришли смелые фантазии. Он с трудом заставил себя вернуться к делу.
— Да, получить, но, скорее всего, не выгодные сведения, а тяжелый удар! Возможно, сначала наследнику покажется, что ему досталось целое состояние, а получит он полуразвалившийся домишко, набитый всяким хламом. Кстати, и сам домик вот-вот снесут! Муниципалитет уже несколько лет добивается сноса лачуги.
— Но там ведь действительно могут храниться настоящие сокровища, — задумчиво проговорила Мередит. — Среди настоящего хлама там почти наверняка есть ценности, которые стоят больше, чем кажется на первый взгляд. Взять, к примеру, хоть брошь, которую он мне подарил. С первого взгляда кажется, что это обыкновенная дешевая безделушка, а ведь она золотая! Вполне возможно, что Финни, прежде чем забросал землей кроличью нору, достал оттуда еще что-нибудь… — Мередит наклонилась и почесала лодыжку. — Как по-твоему, этот пес блохастый?
— Если, не дай бог, там действительно отыщется что-то ценное, право владения окажется весьма спорным. Придется точно устанавливать, где находится та самая кроличья нора, на чьей земле, можно ли считать зарытые там предметы сокровищем и решать целую кучу других вопросов, о которых я сейчас даже думать не хочу! Сейчас я совсем о другом. Если Джексон хочет обыскать дом Финни, придется ему как-то договариваться с наследниками Финни, которые до сих пор не объявлялись. — Маркби замолчал и задумчиво посмотрел на ногу Мередит. — На блошиные укусы не похоже. Скорее уж крапивница. Как ты ловко меня отвлекаешь!
— Чем? Ногами?
— На твои ноги я готов смотреть целую вечность. Но сегодня я пришел к тебе не говорить комплименты и не обсуждать поведение Джексона. Хотя я, кажется, иду по его стопам! Ты совершенно уверена, что Финни во время вашей с ним последней встречи не сказал чего-то такого, что навело его убийцу на роковую мысль? Когда ты шла к Финни или уходила от него, ты не встретила у его дома никаких подозрительных личностей?