Страница 78 из 132
Сначала с Тоси случилась истерика от неожиданной перемены и необходимости расстаться с семьей, но постепенно ее начало приводить в восхищение богатство и могущество Сумы, и вскоре она привязалась к нему. На свой собственный лад она наслаждалась своим подчиненным положением секретарши и любовницы босса. Он нанял для нее лучших учителей, которых смог найти, обучающих ее языкам, бизнесу, бухгалтерскому учету и финансовому делу, ее научили светским манерам, принятым в высших кругах общества, а Сума натаскал ее в тонкостях искусства любви.
Она знала, что он никогда не женится на ней. У него было слишком много других женщин, и Хидеки был неспособен любить только одну. Но он был нежен с ней, и она знала, что, когда придет время найти ей замену, он будет щедр.
Каматори, одетый в длинный желтый халат «юката» с орнаментом из птиц цвета индиго, сидел неподалеку у низкого черного лакового столика прямо напротив Роя Ориты и прихлебывал чай. Из уважения к вышестоящему. оба мужчины молчали, ожидая, когда Сума заговорит первым.
Сума несколько минут не удостаивал их вниманием, наслаждаясь массажем ног, которые Тоси разминала своими ловкими пальцами. Каматори, избегая сердитого взгляда Сумы, сидел, потупив глаза. Он второй раз за эту неделю потерял лицо и чувствовал себя крайне униженным.
— Итак, твоя группа идиотов провалила дело, — наконец произнес Сума.
— Там произошла накладка, — ответил Каматори, по-прежнему глядя на поверхность стола.
— Накладка! — с издевкой выкрикнул Сума. — Разгром, вот это было бы ближе к истине.
— Питту, адмиралу Сэндекеру и человеку по фамилии Джиордино очень повезло.
— Везенье здесь совершенно ни при чем. Твои киллеры просто недооценили дьявольскую способность американцев бороться за свои жизни.
— Профессиональные оперативники предсказуемы, — сказал Каматори, неуклюже пытаясь оправдаться. — Гражданские не придерживаются правил.
Сума знаком показал Тоси, чтобы она прекратила массаж.
— Сколько человек ты потерял?
— Семь, включая командира.
— Никто не был схвачен, я надеюсь.
— Все тела были подобраны, и выжившие спаслись бегством до появления местных властей. Ничего не осталось на месте, что могло бы навести на след.
— Реймонд Джордан будет знать, на ком лежит ответственность за это нападение, — сказал Рой Орита.
— Это не имеет значения. — Лицо Каматори приняло презрительное выражение. — Он и его пресловутая группа МОГ более не являются боеспособной силой. Японская часть его операции полностью ликвидирована.
Сума отказался от чая и взял маленький стаканчик сакэ, поданный ему Тоси.
— Джордан все еще может быть опасен, если его оперативники разнюхают местонахождение нашего командного центра.
— В своих попытках выяснить это Джордан и Керн зашли в тупик, когда ровно сутки назад я прекратил контакты с ними, — уверенно сказал Орита. — У них нет никаких ниточек к этому месту.
— Они пытаются выследить заминированные машины, — заметил Сума. — Это, во всяком случае, нам известно.
Каматори безразлично повел плечами.
— Джордан гоняется за призраками в мутном зеркале. Машины надежно спрятаны и охраняются. Еще час тому назад, насколько мне известно, ни одна из них не была найдена и конфискована. И даже если его оперативники случайно наткнутся на несколько штук и обезвредят их бомбы, то они добьются слишком малого и слишком поздно. У нас по-прежнему будет больше чем достаточно зарядов, чтобы создать электромагнитный щит над половиной земного шара.
— Есть какие-нибудь новости из КГБ или разведок стран Европейского сообщества? — спросил Сума.
— Им совершенно ничего не известно, — ответил Орита. — По неизвестным нам причинам, Джордан не поделился с ними результатами своего расследования.
Каматори отхлебнул свой чай и посмотрел на Суму поверх чашки.
— Вы побили их, Хидеки. Ваши техники-роботы почти закончили монтаж электронной системы управления оружием. Скоро, очень скоро вы сможете диктовать условия вырождающемуся западному миру.
Лицо Сумы напоминало каменную маску, вырезанную самодовольным, торжествующим злом. Подобно многим людям, развращенным неограниченными возможностями пользоваться всем, что только можно купить за деньги, Сума достиг высшей степени растления, непреодолимой, как пристрастие к наркотику, всепоглощающей жажды абсолютной власти.
— Я думаю, уже наступило время, — произнес он с интонацией, в которой прозвучала нота садистского удовольствия, — начать просвещать наших гостей относительно цели их пребывания здесь.
— Могу ли я высказать свое мнение? — спросил Орита, слегка поклонившись.
Сума молча кивнул.
— На гайдзин, пришельцев, производит впечатление статус и могущество. Их психологию легко понять по тому, как они почитают клоунов, певцов и богатых знаменитостей. Вы являетесь самым влиятельным финансистом в мире. Позвольте сенатору и конгрессменше томиться в неведении и растерянности, тогда как вы будете оставаться недосягаемым и далеким от них. Пошлите других дразнить их нетерпение, скармливая им маленькие кусочки наживки, пока их умы не созреют для вашего величественного появления и божественных приказов.
Сума обдумал совет Ориты. Это была детская игра на его самолюбии, но игра, не лишенная практического смысла. Он взглянул на Каматори.
— Моро, я предоставляю это тебе, начать вводить наших гостей в курс дела.
Лорен чувствовала себя в растерянности. Никогда за всю свою прошлую жизнь ей не приходилось ощущать подобной растерянности. Ее накачали наркотиками почти сразу после похищения на гонках классических автомобилей, и она сумела вполне прийти в чувство лишь два часа назад.
Когда ей наконец удалось окончательно стряхнуть с себя наркотическую пелену, затуманивавшую ее сознание, она поняла, что находится в роскошно обставленной спальне с просторной ванной комнатой, оборудованной утопленной в пол мраморной ванной и биде. Спальня была меблирована в стиле островов южных морей, с мебелью из бамбука и небольшим лесом тропических растений в горшках. Паркет был сделан из светлого полированного кедра, а стены, по-видимому, завешены плетеными циновками из пальмовых листьев.
Обстановка напомнила ей курорт в деревне на Таити, где она однажды проводила отпуск, но тут были две необычные особенности: на двери не было ручки, и отсутствовали окна.
Она открыла стоявший у стены шкафчик и заглянула внутрь. Там висело несколько дорогих шелковых кимоно. Она примерила одно из них и была приятно удивлена тем, что оно сидело, словно сшитое на нее по мерке. Она открыла выдвижные ящики в низу шкафчика. Там находилось женское нижнее белье, которое тоже было в точности ее размера, как и сандали, стоявшие на нижней полке шкафчика.
Все это было несравненно лучше, чем быть закованной в цепи в подземелье, подумала Лорен. Кем бы ни были ее похитители, они, видимо, не собирались пытать или казнить ее. Вопрос о том, почему она была похищена, был вытеснен в дальний уголок ее сознания. Стараясь взять все, что удастся, от ситуации, в которой невозможно было победить, она расслабилась в ванной и отдохнула. Затем она вытерлась насухо и уложила волосы с помощью фена и парикмахерских принадлежностей, предусмотрительно положенных на длинный столик в ванной комнате вместе с набором дорогой косметики и духов.
Она как раз надевала кимоно с белыми и розовыми цветами, когда послышался легкий стук в дверь, и в спальню тихо вошел Каматори.
Он некоторое время молча постоял у входа, его руки были скрыты в рукавах юкаты, на лице застыло надменное и презрительное выражение. Его глаза медленно поднялись от босых ног Лорен, задержались на ее грудях и лишь затем взглянули ей в лицо.
Лорен туго запахнула кимоно вокруг своего тела, завязала пояс и повернулась к нему спиной.
— Японские мужчины всегда входят в комнату леди без приглашения?
— Мои искренние извинения, — сказал Каматори с заметной ноткой сарказма. — Я отнюдь не намеревался выказывать неуважение к прославленной американской законодательнице.