Страница 25 из 139
– А это что еще за птица? – бесцеремонно указал Маркес пальцем на незнакомца. – Что-то не припоминаю я такого в нашем полицейском управлении.
Питт повернулся и положил руку на плечо крепыша, только что обезвредившего убийцу.
– Позвольте представить вам моего лучшего и испытаннейшего друга Альберта Джиордино, одного из самых опытных сотрудников НУМА и моего бессменного заместителя.
Луис и Пэт моментально умолкли, в упор уставившись на новое действующее лицо с жадным любопытством микробиологов, изучающих под микроскопом новый вид инфузории. Джиордино отпустил ногу пленного, шагнул вперед и пожат им руки.
– Счастлив познакомиться. Рад, что смог быть вам полезным.
– В кого хоть попало-то? – небрежно поинтересовался Питт.
Джиордино закатил глаза:
– Слушай, у этого типа такая реакция! Мама миа, да ты просто не поверишь!
– Поверю, поверю, – успокоил его Питт.
– Прямо телепат какой-то! Представляешь, пальнул в меня, гад, в тот же самый момент, когда я спустил курок. – Джиордино не без гордости продемонстрировал небольшую прореху на штанине комбинезона. – Только его пуля поцарапала мне кожу, а моя – пробила ему правое легкое.
– Повезло.
– А вот и не угадал! – счастливо рассмеялся итальянец. – Просто я успел прицелиться, а он нет.
– Он жив?
– Жив, зараза. Но в ближайшее время марафон бегать точно не сможет.
Питт наклонился и сдернул маску с головы киллера.
Пэт ахнула в ужасе – вполне понятном, учитывая обстоятельства. Она все еще не могла до конца поверить в реальность происходящего с ней, начиная с момента посадки самолета в теллуридском аэропорту.
– Господи! Да это же доктор Эмброз! – воскликнула она, непроизвольно отшатнувшись.
– Вот тут вы ошибаетесь, – мягко поправил ее Питт. – Этот негодяй не имеет ничего общего с уважаемым профессором антропологии Томасом Эмброзом. Как я вам уже говорил, настоящий доктор Эмброз скорее всего мертв. А самозванцу, я думаю, не случайно поручили убрать вас, меня и Луиса, потому что только он знает нас всех в лицо.
Жестокая истина его слов буквально потрясла Пэт. Она опустилась на колени, заглянула в открытые глаза киллера и тихо спросила:
– Зачем вы убили доктора Эмброза?
В глазах киллера не отразилось ни единого проблеска эмоций. Да и держался он, надо признать, мужественно. Лишь пузырящаяся на губах и тонкой струйкой сочащаяся из уголков рта кровь – верный признак поражения легкого – выдавала тяжесть его ранения.
– Не убили, а устранили, – прошептал самозванец. – Он представлял собой угрозу и должен был умереть. Так же, как и все вы.
– Смотрите-ка, у него еще хватает наглости оправдывать свои преступления! – заметил Питт с ледяным холодком в голосе.
– Я не оправдываюсь. Исполнение долга по отношению к Новому уделу не требует оправданий.
– Что такое Новый удел?
– Четвертая империя, но вы не увидите ее рождения, потому что не доживете. – Голос убийцы звучат ровно и обыденно, без ненависти, пафоса или высокомерия, как будто он просто констатировал некий непреложный факт.
– А пещера, черный череп – что они означают?
– Послание из прошлого. – На лице киллера впервые появился намек на улыбку. – И величайшую в мире тайну. Вам ее все равно никогда не разгадать, а большего вы от меня не узнаете.
– Ничего, посидишь в тюряге за убийство, глядишь, язычок-то и развяжется.
Лже-Эмброз едва заметно покачал головой:
– Вряд ли я успею предстать перед судом.
– Не бойся, поправишься. Сдохнуть мы тебе не позволим!
– Вы снова ошибаетесь. У вас не будет возможности даже допросить меня. Прощайте. Я ухожу, ни о чем не сожалея и утешаясь уверенностью, что и вы очень скоро последуете за мной, мистер Питт. – И прежде чем тот успел вмешаться, киллер быстрым движением поднес руку ко рту и зажал зубами какую-то капсулу. – Цианистый калий, леди и джентльмены. Столь же действенный, как и тот, что пятьдесят пять лет назад принял рейхсмаршал Герман Геринг, подавший нам великий пример! – воскликнул он и с хрустом раскусил капсулу.
Питт не мог позволить убийце Тома Эмброза оставить за собой последнее слово и, пока тот еще не успел отойти в мир иной, быстро опустился на снег и крикнул ему прямо в ухо:
– Подыхай, жалкий слизняк! Нам и так уже давно все известно о твоей дебильной Четвертой империи! – То была наглая ложь, но Питту она доставила злобное удовлетворение.
Безмерное удивление отразилось на миг в выкатившихся из орбит глазах умирающего, а в следующий момент они потухли и начали медленно стекленеть.
– Он мертв? – прошептала Пэт.
– Как египетская мумия, – холодно отозвался Питт.
– Туда ему и дорога, – безразлично пожал плечами Джиордино. – Стыд и позор, что нельзя скормить его труп стервятникам.
– Вы знали, – тихо сказала Пэт, не сводя глаз с Питта. – Вы все знали еще тогда. И поэтому не дали ему пистолет.
– И слава богу! Он бы нас всех в спину перестрелял, – облегченно вздохнул Маркес. – Но как вы догадались?
– Просто сопоставил факты. Мне он сразу показался слишком расчетливым и хладнокровным. Потом еще кое-что подметил... Короче говоря, липовый доктор Эмброз вел себя не адекватно ситуации и мало походил на человека, чья жизнь подвергается смертельной опасности.
Из окна кухни послышалась телефонная трель. Маркес прошел в дом, снял трубку, поговорил с минуту и вернулся к остальным.
– Это шериф Иген. Двое его помощников получили серьезные ранения в ходе возникшей в пансионе перестрелки. Неизвестный, пытавшийся проникнуть в номер Пэт, был вооружен и первым начал стрелять. Шериф приказал открыть огонь на поражение, в результате чего преступник был смертельно ранен и скончался, не сказав ни слова.
Пэт бросила задумчивый взгляд на тело мнимого доктора Эмброза:
– Кто это сказал, что мертвые не болтают?
– Нам уже можно выйти? – громким театральным шепотом осведомилась Лайза Маркес, высунув голову за дверь; увидев труп на снегу, она слабо ойкнула и спряталась обратно.
– Можно, можно, – ответил Питт, распахнув дверь и галантно подхватив даму под ручку. Луис обнял жену за плечи:
– Как там девочки?
– Спят, как суслики.
– Обвал навсегда отрезал доступ к жиле, – сокрушенно покачал головой Маркес. – Миновали, похоже, мои старательские деньки.
– Только не надейся, что меня это огорчит, – ответила Лайза, расплываясь в широкой улыбке. – У тебя и так куча денег, Луис Маркес! Пора бы уже сменить стиль жизни.
– Не только пора, но и настоятельно необходимо, – поддержал ее Питт. Со стороны дороги послышался приближающийся вой сирен полицейских машин и «скорой помощи». – Пока мы не узнаем, кто эти люди и каковы их цели, – добавил он, скользнув недобрым, колючим взглядом по телу мертвого киллера, – вам и вашей семье следует исчезнуть из Теллурида.
Лайза мечтательно посмотрела на мужа:
– Помнишь тот маленький отель в пальмовой роще, на пляже в Кабо-Сан-Лукасе, который мы присмотрели в прошлом году и даже собирались купить?
Он кивнул:
– Думаю, сейчас самое время.
Патриция тронула Питта за руку, тот с улыбкой повернулся к ней.
– А мне где спрятаться? – негромко, но очень серьезно спросила она. – Я не могу бросить научную карьеру. Слишком много сил и труда потрачено, чтобы стать тем, кто я есть.
– Если вы вернетесь к своим студентам и лабораторным исследованиям, я не дам за вашу жизнь и двух центов. По крайней мере, до тех пор, пока мы точно не определим, кому перешли дорогу.
– Мы? – удивилась Пэт. – Но я лингвист, специалист по древним языкам, а вы инженер и занимаетесь подводными работами. Гоняться за убийцами – это не наш профиль.
– Вы правы, – согласился Питт. – Дальше расследованием займутся компетентные органы. Но ваш опыт в расшифровке древних текстов может оказаться бесценным для решения этой загадки.
– Вы полагаете, это еще не конец?
Питт медленно покачал головой:
– Мы имеем дело с разветвленным заговором в духе Макиавелли или законспирированным подпольем – называйте, как хотите, – причем интересы и амбиции этих людей далеко выходят за рамки простого убийства. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять: находка в пещере настенных надписей и черного черепа может повлечь за собой куда более глубокие последствия, чем мы можем себе представить.