Страница 9 из 11
– Я хотел предложить тебе уйти вместе, – попытался Казаи воспользоваться последним шансом.
Миранда отрицательно покачала головой.
– Ничего не выйдет, дорогой, так надо. Нам с тобой в разные стороны.
На лестнице послышались громкие шаги, еще через несколько секунд непрошеные гости постучатся в дверь. Неужели все кончено? Глупо, конечно, получается, но если подумать, то вся жизнь состоит вот из таких никчемных мелочей и глупых поступков.
– Мне казалось, что между нами было настоящее чувство.
Женщина выглядела непреклонной.
– Тебе только показалось, милый. Женщины умеют притворяться. Неужели ты этого не знал?
– Миранда….
– Ты ошибся и здесь, меня зовут не Миранда, – все тем же спокойным голосом отозвалась она. – Мое имя Федан. Неужели ты думал, что женщины не бывают воинами Аллаха?
– Мне жаль.
– Мне тоже. Ты был хорошим любовником.
В какой-то момент женщина слегка отвела пистолет. Казаи, стараясь не упустить единственного шанса, предоставленного судьбой, схватил со стола стакан, швырнул его в женщину и рванулся вперед, чтобы вырвать пистолет из рук той, которую любил. Но что-то необыкновенно тяжелое ударило ему в грудь, сбив с ног.
А дальше на него обрушилась темнота.
Выстрел прозвучал одновременно с ударами в дверь.
– Откройте! – голос прозвучал по-хозяйски громко.
Миранда положила пистолет на стул и подошла к убитому. С минуту женщина смотрела в застывшее лицо, которое еще утром покрывала горячими поцелуями. Заглянула глубоко в себя, пытаясь отыскать нечто похожее хоть на какое-то чувство, но не нашла ничего. Лишь холод, но он не в счет.
Стянув со стола скатерть, она накрыла неподвижное тело. Потом взяла телефон и набрала номер.
– Его больше нет.
– Ты сделала все, что нужно, девочка. Аллах акбар!
– Аллах акбар!
И пошла открывать дверь.
– Где он? – ворвался начальник полиции.
– В соседней комнате.
Стуча каблуками, мужчины уверенно пересекли зал и вошли в спальную комнату.
– Проклятье! – раздался раздосадованный вопль. – Он же мертв!
– А вы что хотели?
Начальник полиции посмотрел на женщину, стоявшую в дверях. А ведь кто-то любит именно таких: разодетых, как кукла Барби, и столь же бездушных…. Интересно, какая мысль посетила покойника перед тем, как он схлопотал пулю от женщины, которую час назад сжимал в своих объятиях?
– Надо было бы его допросить, – невесело буркнул начальник полиции. – Будет слишком много разговоров, а потом журналисты….
– Опечатайте комнату, а журналистам скажете, что он застрелился.
Начальник полиции нахмурился: а эта женщина умеет распоряжаться мужчинами. В одном она права: комнату придется опечатать, а произошедшее представить несчастным случаем. Во всяком случае, сумма, которую озвучили ему час назад за закрытие этого дела, позволяла пренебречь некоторыми условностями.
– Мадам, – хмуро обронил начальник, – кажется, на кухне у вас подгорает мясо. Вы бы занялись непосредственно своим делом, а мы займемся своим.
– Разумеется, – улыбнувшись, сказала Миранда, немедленно удалившись на кухню.
Глава 5
НОЧНАЯ ПРОГУЛКА
На встречу с резидентом Невзоров пришел в точно назначенное время. Этот уголок парка, как и в их предыдущую встречу, был пустынным. Только по соседней аллее, взявшись за руки, раскатывала на роликовых коньках молодая красивая пара. Смотреть на них было приятно: потому что – молодые, потому что – счастливые, потому что – вся жизнь впереди.
Однако ожидание перевалило уже за пятнадцать минут, а Ивана все не было. Возможно, при других обстоятельствах Невзоров просто поднялся бы со скамьи и пошел в свою сторону, но информация, которую он рассчитывал получить, заставляла его проявлять терпение.
Его взгляд упал на газету, лежавшую на противоположном конце скамейки. Ее оставил кто-то из тех немногих, заглядывающих в эту часть парка. Внимание Невзорова привлек броский заголовок на первой странице: «Неожиданное самоубийство: полиция теряется в догадках». Хоть бы газету почитать в ожидании, глядишь, и время потянется не столь томительно.
Взяв газету, Невзоров увидел фотографию, с которой на него смотрел Казаи Менелик. Рядом был помещен снимок с большим увеличением, на котором было запечатлено неподвижное тело, на голову небрежно была наброшена какая-то белая материя, а под фотографиями имелось короткое сообщение: «Вчера вечером на улице Свободы, дом 18, было обнаружено тело мужчины, предположительно покончившего жизнь самоубийством. Что именно заставило его свести счеты с жизнью, выясняет полиция».
Отшвырнув газету, Невзоров невидяще посмотрел прямо перед собой. Отчего-то сделалось зябко. Поежившись, он поднялся со скамьи и зашагал к выходу.
* * *
Понемногу на город опустилась ночь, будто бы накрыла дома черной материей. Ночь была настолько темной и душной, что невольно возникало ощущение, что находишься под ватным одеялом. Хотелось как-то освободиться от него, сбросить с себя, вдохнуть живительной прохлады, да не тут-то было!
Невзоров посмотрел на часы. Минутная стрелка уверенно преодолела полночь и приближалась к четверти первого. Последние пять часов для него были особенно утомительными и исполненными нехорошими ожиданиями. Однако его дверь не сотрясалась от стука, персонал гостиницы был, как и прежде, предельно любезен, и вообще для него ровным счетом ничего не изменилось. Надев темные брюки и черную рубашку, Невзоров вышел из комнаты.
У регистратуры его окликнула хорошенькая консьержка:
– Мистер Эйрос, вы решили прогуляться?
Невзоров с удивлением обернулся: а это что еще за новости? С каких это пор следует давать отчет дежурным?
– Да-а… Решил немного подышать свежим воздухом. Здесь он у вас на удивление хорош.
– В это время в Найроби небезопасно. Будьте осторожны.
– Я ненадолго и буду все время около гостиницы. Но все равно спасибо.
От гостиницы до улицы Свободы всего-то пятнадцать минут быстрого шага, так что прогулка не займет слишком много времени.
У перекрестка Олег увидел группу чернокожих молодых парней, которые проводили его удивленными взглядами. Возможно, что в их практике подобное случилось впервые, чтобы белый человек, не опасаясь быть ограбленным, шарахался по городу в одиночестве, причем в одном из самых криминальных районов. Вероятно, они отдали должное его безрассудству – может, поэтому не направились следом.
Что ж, тем лучше для них.
Через улицу Невзоров увидел, как четверо подростков раздевают прохожего. Мужчина безропотно снял рубашку, потом, так же молча, стянул с себя штаны. Добираться до дома в одних трусах ему будет крайне неловко, да и прохладно, пожалуй, но уж это куда лучше, чем не добраться до дома совсем.
А вот и нужный ему дом.
Невзоров уверенно вошел в подъезд, поднялся на второй этаж, на котором находилась квартира Казаи Менелик. И осмотрелся. Ни полицейской засады, ни толпы громил – ровным счетом ничего такого, из-за чего можно было бы дать деру. На двери была наклеена широкая бумажная лента, такой обычно и опечатывают квартиры.
Вытащив из кармана нож, Невзоров аккуратно срезал печать. Теперь очередь за замком. Он был слабенький, и всего-то один. Хотя в таком районе следовало бы обзавестись бронированными дверями. Сунув отмычку в замочную скважину, Олег нащупал «собачку» и слегка надавил на нее. Почувствовал, как поддается «язычок». Еще одно небольшое усилие, и замок сдался, негромко щелкнув.
Невзоров вошел в комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь. Было темно, как в склепе, вот только, пожалуй, не так прохладно. Вытащив из кармана небольшой фонарик, он посветил узким лучом перед собой, раздвинув темноту. Теперь темень не выглядела столь вязкой. Расплывающийся луч скользнул по белой стене и застыл на полу неровным светлым пятном.
А это что еще такое?