Страница 8 из 10
– Мы просто никогда не сравнивали их с твоими, учитель! – торжествующе объявил юный бог, довольный тем, что смог достойно ответить признанному ученому.
– Ты прав, – Дракон только порадовался сообразительности ученика, – не стоит доверяться непроверенным идеям. Слуг, живущих вместе с женщинами, и тех, что поселены отдельно от них, следует проверить на сообразительность и сопоставить результаты. Может статься, у тебя получится вывести более толковую породу двуногих. Это будет достойным взносом в копилку общей мудрости.
– Разве ты не хочешь сделать это открытие сам, учитель?
– Хочу, Растущий. Но сейчас мое внимание привлекает иная мысль, и я не стану от нее отвлекаться. – Голова повелителя повернулась к стражу, раздвоенный язык мелькнул перед самыми глазами: – Покажи мне семечко, смертный... Странно, оно не кажется чем-то интересным. Брось его!
Шеньшун, повинуясь воле высшего существа, повернул руку ладонью вниз еще до того, как понял, что именно нужно сделать. Крылатки устремились было к земле, но тут же закрутились, сливаясь в коричневые полупрозрачные круги, и, замедлив падение, плавно понеслись под порывом ветра в сторону солнца, почти не теряя высоты.
Повелитель Драконов разъяренно зашипел, вскинул голову:
– Подними! Подними их, Шеньшун!
Увы, крылатки оказались чересчур быстрыми, и нуару удалось поймать всего одну из трех отпущенных. Бог резко придвинул голову совсем близко к Шеньшуну, устремил взгляд на открытую ладонь, надолго замер, отдернув с глаз пленку. Затем приказал:
– Подними руку и брось!
Семечко, выпав из ладони, снова закрутилось, скользя по ветру вниз, и голова бога, удерживаемая могучим телом, двинулась рядом, сопровождая крылатку почти до самого камня.
– Подними! – кратко приказал Дракон. – Бросай!.. Подними!.. Бросай!.. Подними!.. Бросай...
Это повторялось раз двадцать, не меньше, пока властелин не отпрянул к краю скалы и не повернулся к ученику:
– Ты видишь, Растущий? Его легкий и хрупкий край повернут так, что при падении закручивается встречным ветром и скользит по воздуху, словно летучий ящер, раскинувший крылья. Никаких костей, никакого мяса. Только форма. Легкий изгиб тонкого крыла не дает упасть семени, весящему намного больше него!
– Ты прав, учитель. Но что за польза тебе от этого открытия? Ведь они могут только падать. Подниматься вверх эти семена не способны.
Разговор прервал отчаянный человеческий вопль. Боги вскинули головы, нуар просто повернулся на звук – и успел увидеть пару ног, напоследок трепыхнувшихся в пасти летающего ящера. Кто-то из слуг зазевался вблизи от вечно голодных драконов, отдыхавших у ручья, – и один из них не упустил шанса подкрепиться.
Но дальше случилось и вовсе чистое безумие: из ивовых шатров неподалеку от ручья высунулись сразу три человеческих головы! Ящеры, не помедлив и мгновения, повыдергивали длинными пастями добычу из легких плетеных укрытий. Один за другим раздались новые крики – и прежде чем боги приказали драконам остановиться, те успели слопать еще по смертному.
– Назад! Я недоволен! – Грозные слова повелителя вынудили драконов попятиться обратно к ручью.
Растущий же понурил голову, свесив ее с высоты человеческого роста, как перезревший плод:
– Я ошибался, учитель! Мои идеи оказались пусты. Трое слуг за один раз!!! Похоже, в отсутствие самок двуногие вовсе не умнеют. Скорее, наоборот. Трое за раз! И после первого крика еще пятеро чуть ли не сами полезли к ящерам в пасти! Опыты не нужны, учитель. Мои слуги катастрофически глупы!
– Я пришлю тебе новых из своего гнездовья. Но пешком они будут добираться не меньше двадцати дней. Ты управишься так долго с оставшимися рабами?
– Переведу молодых смертных с расчистки ручья. Я помню, кто посажен с этой стороны. В дальнем шатре должна вылупиться твоя очередная предсказательница, учитель. В соседних зреют нуары. Выкармливать своих сородичей двуногим несложно, они справятся.
Глава третья
Нуар был могуч и красив: чисто бритый, без волос, бороды и усов, гладкостью кожи он был подобен богам, на голову превосходил ростом самого высокого из рабов и казался вдвое шире в плечах любого из смертных. Его куртка и штаны так плотно прилегали к телу, что повторяли каждый бугорок мышц, на поясе уверенно покачивались знаком недостижимого для смертных величия меч и поясная сумка.
– Ты! – указал он пальцем на молодого раба, торопливо работающего ложкой возле котла. – Иди за мной.
– Я? – с надеждой на ошибку переспросил Сахун, зачерпывая еще густого мясного варева. В котле оставалось не меньше трети еды, и отрываться от него рабу очень не хотелось.
Однако страж богов молча повернулся и зашагал от гнездовой расселины в сторону ручья. Едва не заскулив от обиды, Сахун спешно кинул в рот еще кусочек мяса и потрусил следом, перепрыгивая камни, ныряя под листья Родильного древа и переваливаясь через его стебли. Уже нагоняя нуара, он облизал ложку и запихнул ее за пазуху.
Да, именно так – у молодого раба уже была одежда! Пусть не такая красивая и удобная, как у нуара, но сапоги и тунику Сахун себе сшил. На первый раз получилось, конечно, немного коряво – но у большинства смертных главного гнездовья не имелось даже таких. Уже много лет назад Повелитель Драконов распорядился, чтобы забойщики отдавали шкуры всех пущенных на еду животных своим двуногим слугам – но людей под его властью обитало несчитанно, а мясо требовалось на кухне всего раз в день. Сахун частенько мечтал, как было бы здорово пройтись по берегу родного залива, вызывая зависть сверстников, недовольство взрослых и восхищение девушек. Но, увы, слуги, отправленные в дальние гнездовья, почти никогда не возвращались в главный дом Повелителя Драконов.
– Тебе повезло, раб, – остановившись у одного из ивовых шатров, сказал нуар. – Несколько прежних кормителей настолько привыкли жить в покое и безопасности, что ухитрились целой толпой попасть в брюхо к ящерам. Так что больше тебе не придется по пояс в ледяной воде черпать грязь и выковыривать камни из русла. Будешь работать вместо одного из зазевавшихся дураков.
– Мне дадут ассегай?! – встрепенулся Сахун.
– Ишь чего захотел! – презрительно хмыкнул страж богов. – Ассегаи и мечи Повелитель Драконов выращивает самолично на отрогах Пологих гор из столь прочного дерева, что его невозможно поцарапать даже камнем, и кому попало такую ценность не доверяют.
Только скотникам, дабы могли управиться с крупными ящерами, коли взбрыкнут, да нам, нуарам, для защиты богов от любой опасности. Тебе же острее деревянной миски ничего не потребуется...
Он раздвинул стебли полога, скользнул внутрь и двинулся вдоль стен, привычно оглядывая плотное переплетение лозы. В отдельных местах нуару что-то не нравилось, он останавливался, вскидывал ладони. Повинуясь его полубожественной воле, тут же начинали шевелиться ветви – смыкаясь, выпуская новые листья, вспучиваясь молодыми почками.
– Теперь ты обязан проводить здесь все свое время, – не отвлекаясь от работы, начал объяснять новичку его обязанности страж. – И днем, и ночью. Когда плод вылупится, будешь следить за ним, поить, кормить. Отогревать, коли мерзнуть начнет. Я велю варщику отдать тебе первые же шкуры и кожи, как появятся. Сошьешь из них покрывало на такой случай.
– Как отогревать? – не понял Сахун.
– Ты тупой совсем, раб? – удивился нуар. – Как всегда отогревают. Завернешься вместе с новорожденным и дышать внутрь будешь. Мы ведь все теплые, а ящеры холодные. Так что отогреешь легко, ничего сложного.
– Значит, там растет какой-то ящер? – с опаской посмотрел молодой слуга на огромный вытянутый плод длиной в полтора его роста и примерно в два обхвата толщиной. Его покрывала жесткая и шершавая желтая корка – почти такого же цвета, как песок, что толстым рыхлым слоем выстилал пол шатра.
– Здесь? – Нуар ненадолго задумался, почесал пальцем за ухом. – Нет, здесь не ящер, тут предсказательница. Повелитель Драконов у кого-то из богов такую увидел. Она для хозяина погоду умела предсказывать, неприятности всякие, ураганы, грозы. Вот он и захотел себе похожую изготовить. Не первый год старается. Уже восьмую растят, но пока все без толку.