Страница 1 из 8
Борис Романов
Мистические ритмы истории России
Введение
«Россия — загадочный северный сфинкс», — вряд ли теперь можно точно установить, кто первым дал такое определение нашей стране. Наверное, это был иностранец. Но и каждый русский согласится, что это одно из самых точных мистических определений России. «Северным сфинксом» называют иногда и Санкт-Петербург, — в морозный январский поддень или в июньские белые ночи Северная столица также недвижна и загадочна, как гранитные сфинксы на набережной Невы. Вокруг них бытует множество легенд, связанных, в том числе, и с проклятиями фараонов Египта — тем, кто посмеет нарушить покой и целостность их пирамид и стражей этих пирамид, сфинксов. Между прочим, с первого года появления их в Петербурге кто-то (впрочем, известно кто — это был мастер-каменотес Степан Анисимов) обозвал их «свинцами», а потом горожане стали звать их просто «свинками». И как тут не вспомнить самые отчаянные слова: «Россия — ты свинья, пожирающая своих детей!», — ведь по преданию именно Сфинга (по первоначальному греческому мифу именно «Сфинга») на площади стовратых греческих Фив задавала каждому прохожему свой знаменитый вопрос и растерзала всех, кроме Эдипа, сумевшего ответить правильно: «Се человек!»
Однако прежде чем разобраться в тайнах сфинксов и пирамид Древнего Египта и в тайнах сфинксов на набережной Невы, сначала давайте вспомним, как появились гранитные сфинксы на невских берегах и что происходило в России вслед за их появлением…
ЧАСТЬ I
СФИНКСЫ
ЧТО ВИДЕЛИ СФИНКСЫ НЕВЫ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ?
Каждому петербуржцу знакомы сфинксы, стоящие на набережной Невы, перед Академией художеств. Это единственные «настоящие», древнеегипетские сфинксы — из Фив, столицы Древнего Египта. Все другие сфинксы (всего их 14, считая двух новых «Шемякинских», напротив знаменитой петербургской тюрьмы «Кресты»), даже установленные раньше сфинксов у Академии художеств, — как четыре гранитных сфинкса на Полюстровской набережной (установлены в 1790-е гг., украдены в середине XIX века, вновь воссозданы в 1958 году) или четыре чугунных у Египетского моста через Фонтанку и два точно таких же на набережной Малой Невки на Каменном острове (все отлиты в 1826 году), — все другие сфинксы созданы петербургскими мастерами, известными или безвестными.
Удивительно, но со времен появления этих египетских сфинксов в Санкт-Петербурге им посвящена лишь одна научно-историческая работа — брошюра академика В. В. Струве «Петербургсюе сфинксы» [1], изданная, как сказано на титульном листе, «по постановлен^ Императорскаго Русскаго Археологического Общества 12 августа 1912 года» (находится теперь в Библиотеке Академии наук в Санкт-Петербурге). С тех пор она ни разу не переиздавалась.
История появления в Петербурге египетских сфинксов такова. В 1832 году начались работы по устройству пристани перед Академией художеств. Первоначально на верхних плитах этой набережной планировали установить двух бронзовых коней с возничими, отлитыми Клодтом. Но сам автор предложил установить этих коней на Аничковом мосту. Для пристани решили использовать ранее привезенных в Петербург египетских сфинксов. Они были найдены при раскопках близ Фив в толщах песка опытным и удачливым «копателем» — греком Атанази в конце 1820-х гг. и приобретены с одобрения Академии художеств и по решению самого Николая I русским путешественником и дипломатом А. Н. Муравьевым за 64 тысячи рублей (для сравнения — кони Клодта обошлись казне в 450 тысяч рублей). Очень высоко отзывался об этих сфинксах археолог и ученый с мировым именем француз Шампольон, впервые расшифровавший некоторые египетские иероглифы. Франция тоже хотела приобрести этих сфинксов, но помешала июльская революция 1830 года. В Петербург из египетского порта Александрия сфинксов доставили весной 1832 года на греческом корабле «Добрая надежда». К 1834 году работы по устройству пристани были закончены и в последних числах апреля того года (точная дата в брошюре В. В. Струве не указана) египетские сфинксы навеки встали на набережной Невы. Между прочим, архитектор Монферран, заканчивавший в том же 1834 году Александровскую колонну на Дворцовой площади, предлагал изваять и установить между сфинксами колоссальную статую Осириса, но проект пристани был уже утвержден ранее (16 декабря 1831 г.) высочайшим указом императора и пересматривать его не стали.
По мастерству исполнения — фигуры вырезаны из крепчайшего египетского красно-коричнево-серого гранита — обилию надписей и хорошей сохранности Невским сфинксам нет равных. Надписи на них расшифровал в 1912 году В. В. Струве (тот самый, знаменитый академик и автор упомянутой брошюры), — кроме тех, которые расположены со стороны Невы. Их изучили позже, сначала известный советский египтолог Ю. Я. Перепелкин и затем его ученик, ныне профессор СПбГУ А. Л. Вассоевич. Все надписи представляют из себя титулы фараона. В целом полное титулатурное имя фараона Аменхотепа III, воплощенного бога на земле, гласит:
«Да живет Гор, Могучий телец, воссиявший в правде, установивший законы, успокоивший обе земли. Золотой Гор, телец царей, покоритель девяти луков. Царь Верхнего и Нижнего Египта, владыка обеих земель Небмаатра, отпрыск Ра. Сын Ра, любимый его Аменхотеп — властитель Фив, образ Ра перед обеими Землями. Гор — добрый владыка вечности, которому даны жизнь, постоянство, счастье, здоровье».
Поясним здесь, что Небмаатра — тронное имя фараона Аменхотепа III (Аменхотеп — родовое имя); Гор (Хор — пер. «высота», «небо») — сын Исиды и Осириса, борющийся с силами мрака и тьмы, изображался в виде человека с головой сокола и крылатым солнцем на голове, — покровитель и небесный защитник фараонов; Ра — бог солнца. Могучий телец (или Бык) — один из эпитетов Гора, символ могущества фараонов. «Телец царей, покоритель девяти луков», — обычный титул фараона. «Девятью луками» в Египте издревле называли окружавшие страну племена.
Этим сфинксам около трех с половиной тысяч лет. С XIV века до н. э. и до начала XVIII века они охраняли гробницу фараона Аменхотепа III, Небмаатры. Он прославился в свое время строительством многих храмовых и культовых сооружений. А еще тем, что был покровителем искусств. Наверное, поэтому эти сфинксы и были установлены перед Академией художеств. Каменные фигуры сфинксов по древней традиции олицетворяют самого Аменхотепа III. Об этом свидетельствует клинопись на их убранстве.
Небмаатра был миролюбивым фараоном, и войны при нем почти не велись. В. В. Струве перевел фрагмент одной из надписей как «разгромитель троглодитов, завоеватель их земли», но не ясно, что это за «троглодиты». При нем расцветали искусства, строились великолепные храмы. «Строитель памятников, восходящих до неба, подобно четырем столпам, носящим небесный свод», — есть на одном из сфинксов и такая надпись.
Со ссылкой на скарабея № 1937 Берлинского музея, академик В. В. Струве сообщает, что Небмаатра страстно увлекался охотой на львов и называл себя «львом среди царей». При нем впервые в истории Древнего Египта началось противоборство между фиванскими жрецами главного культа Амона и фараоном. В то время жрецы Амона фактически стали вторым центром власти Египта, уже почти независимым от фараона. Небмаатра искал поддержки у жрецов второстепенного в то время культа Атона. При нем впервые диск солнца (Атон) начинает упоминаться как бог.
Петербургские сфинксы «родились» в бурные и судьбоносные времена блестящей (по определению историков) Новой династии фараонов Египта. Сын этого «нашего» фараона, Аменхотеп IV, бросил дерзкий вызов всевластию Амона, «царю богов», сверг его жрецов, разрушил его храмы и храмы всех других древнеегипетских богов (входивших в пантеон Амона) и установил господство единого культа Атона, взяв себе также имя Эхнатон («Угодный Атону»), Он был женат на легендарной Нефертити («Красавица грядет»), дочери царя яростных огнепоклонников из месопотамского государства Метанни, поклонявшихся божеству Солнца. Эхнатон впервые в истории человечества попытался ввести единобожие — еще до Моисея. Возможно, отчасти, он начал религиозную реформу под влиянием своей супруги, красавицы Нефертити. В начале культы всех богов были заменены одним культом Солнца-Атона. Затем он ввел абсолютное единобожие, запретив отождествлять единого Бога также и с Солнцем. Можно сказать, что при нем произошла настоящая «революция сверху» — и в религии, и в культуре, и в искусстве. Была перенесена и столица — из Фив в новый город Ахенатон.
1
Струве В. В. Петербургские сфинксы. СПб.: Типография М. А. Александрова, 1912.