Страница 52 из 79
Я покачала головой.
– Но он уже мой дядя. Его брат – мой дедушка, а значит я уже могу нести гены магии штормов.
Дойл кивнул.
– Да, но я думаю, что король в отчаянии. Он убедил половину своего двора, что близнецы могут быть от него, включая твою мать. Ее вера в это, и ее слабость веры в том, что он… взял Вас, будут достаточными, чтобы убедить сомневающихся. Они будут думать, что ‘ее мать не поверила бы лжи’.
– Разве они плохо ее знают? – Спросила я.
– Благие, как большинство людей, не захотят поверить, что мать желает дочери зла.
– Но Неблагие лучше это знают, – сказал Мистраль.
Дойл и Шолто кивнули.
Я снова вздохнула.
– Моя кузина думала, что если они убедят Риса вернуться к Благому Двору, то и Гален не будет угрозой. Поэтому они на них не напали.
– Тогда, почему Таранис обвинил Риса и Галена в насилии?
– И еще Айблока, – сказала я. Это заставило меня задаться вопросом. – Эйб тоже в опасности?
– Если к Рису вернуться его силы, то он будет невероятно опасен, – сказал Мистраль. – Почему они его не пытались убить? Почему они думают, что смогут убедить его присоединиться к ним?
– Я не знаю. Я повторяю то, что сказала Саир.
– Она солгала? – спросил Дойл.
Это было при мне.
– Я думаю, что она слишком боялась, чтобы лгать, но… – Я уставилась на них. – Я была дурой? Все мы были дураками? Нет, Богиня не предупреждала меня об опасности для Риса или Галена. Она предупредила меня в прошлый раз, когда Галена почти убили.
– Я думаю, что они в безопасности, пока, – сказал Дойл.
– Но Дойл, разве ты не видишь? Слишком много заговоров, слишком много партий в волшебной стране. Часть хочет видеть тебя мертвым, но есть и неблагие, которые хотят видеть мертвым Галена. Они убеждены, что он – Зеленый человек, который поможет мне занять трон. А я считаю, Зеленый человек в пророчестве – просто Бог, Консорт.
– Согласен, – сказал Дойл.
– Возможно Таранис верит в свои обвинения против Риса и других в насилии. Он достаточно сумасшедший для того, чтобы править придворными. Возможно кто-то еще хотел нашей смерти и по другим причинам, и использовал для этого короля, – сказал Шолто.
– Мы в центре паутины заговоров. Некоторые нити мы можем коснуться и проследить их, но другие предупредят паука, – сказал Дойл.
– А он придет и съест нас, – сказал я. – Сегодня мы должны уйти из волшебной страны, мы возвращаемся в Лос-Анджелес, и попытаемся выжить. Здесь нет ничего, что гарантировало бы нашу безопасность.
Мужчины обменялись взглядами. Шолто сказал:
– Полагаю, что среди слуа я в безопасности, но за пределами… – Он пожал плечами. Он носил свой собственный белый меч, вырезанный из кости щит был прислонен к его трону. Он поднял щит и сжал его в руке. Он прикрывал его тело от шеи до середины бедра.
– Почему больше не делают подобных вещей силы, которые приходят к нам, как чаша, костяное копье или костяной нож? – Спросила я.
– Вещи, которые даются богами или приходят в видениях, приходят в руку как магия. Но вещи, которые даны защитниками земли, воды, воздуха или огня больше походят на смертное оружие. Они могут быть утеряны, и не ты из несешь, – сказал Дойл.
– Буду знать, – сказала я.
В офисе зазвонил телефон. Шолто взял трубку, что-то пробормотал, потом вручил мне.
– Это тебя – Майор Уолтерс.
Я взяла трубку и поприветствовала:
– Здравствуйте, Майор Уолтерс.
– Мы снаружи, осаждающие уходят. Люди Вашего дяди собираются и идут домой.
– Спасибо, майор.
– Это моя работа, – сказал он. – Теперь, ждем только Вас. Мы хотели бы вернуться домой.
– Вы правы. О, и майор, есть еще двое мужчин, которых я должна найти и которые вернуться в Лос-Анджелес со мной.
– Это Гален Гринхэйр и Рис Найт?
Я не слышала их имен из водительских прав.
– Да, это они. Они с Вами?
– Да.
– Впечатлена. Даже у нас мои пожелания не выполняют так хорошо.
– Они сами нашли нас. Господин Найт сказал, что когда он видел нас, то понял, что должен остаться здесь и дождаться Вас и Капитана Дойла.
– Скажите ему, что одна наша проблема только что вернулась ко Двору Благих.
– Я передам. Теперь, Вы можете присоединиться к нам, и скажите, сколько мест в транспорте для Вас нужно.
– Для меня и еще троих.
– Хорошо.
– Ещё раз спасибо, майор, и мы снова Вам рады. – Я положила телефон и повернулась к мужчинам.
– Рис и Гален уже с ними, – сказала я.
– Рис знает, что есть только один человек, ради которого в волшебную страну приведут Национальную гвардию, – сказал Дойл.
– Ты бы мне польстил, если бы моя жизнь не была в опасности так часто.
Дойл притянул меня к себе и улыбнулся.
– Я отдам свою жизнь, чтобы ты была в безопасности.
Я покачала головой и не улыбнулась в ответ. Я взял его руку в свою.
– Глупый человек. Я хочу, чтобы ты был жив и был со мной, а не мертвым героем. Имей это ввиду, когда будешь в следующий раз делать выбор, хорошо?
Его улыбка исчезла, и он смотрел мне в лицо, как будто он мог прочитать мои мысли, даже те, о которых я не знала. Когда-то этот взгляд заставлял меня вздрагивать или бояться, но не теперь. Теперь у меня не было тайн от Дойла. У него она могли быть от меня.
– Я не могу обещать, что буду приложу все усилия, чтобы никогда не разочаровать тебя, Мерри.
Это было лучше, что я могла от него добиться. Он никогда бы не пообещал не погибать, чтобы меня защитить, потому что это было именно то, что он сделал бы. Я сделала выбор за него. Я решила бросить волшебную страну, любой предложенный трон, лишь бы спасти нас. Я хотела, чтобы отцы моих детей были живы к их рождению.
Он коснулся моего лица.
– Ты выглядишь грустной, я не хотел, чтобы ты грустила.
Я устроила свою щеку в его руке, чувствуя теплоту и его реальность.
– Меня пугает, что наши враги настолько настроены сначала убить тебя, мой Мрак.
– Меня не убьют, – сказал Мистраль.
– Да, – сказал он.
Я погладила его руку и отступила, глядя на всех троих.
– Вы лучше все останьтесь в живых, потому что отъезд из волшебной страны ничего не остановит. Это только даст нам передышку. Обвинение Тараниса в насилии сделает СМИ нашими друзьями, и уменьшит количество нападений, если они не захотят увидеть это в новостях.
– Вы говорите, что папарацци будут нашей защитой? – Дойл казался недоверчивым.
– Благие гордятся тем, что они хорошие парни. Они не захотят выглядеть плохими.
Дойл задумался.
– Повернем зло на пользу.
– Какие папарацци? – спросил Мистраль.
Все мы, включая Шолто, посмотрели на Мистраля. Клянусь, почти злая усмешка пересекла лица Шолто и Дойла.
– Если мы должны совершить сделку с дьяволом, Мистраль, то на таких снимках ты можешь быть с Мерри, – сказал Шолто.
– О чем вы говорите? – еще раз спросил Мистраль.
Шолто ответил:
– Я видел те снимки, Мрак. Ты, Рис и Мередит, нагие, занимающиеся противным.
– У нас не было секса, – сказала я.
– Некоторые из таблоидов в Европе использовали снимки, которые заставили бы сомневаться, – сказал Шолто.
– Когда это ты был в Европе? – Спросила я.
– У меня есть агентство, которое собирает любые сведения по миру о фейри.
– Это – превосходная идея, – сказал Дойл. – Нужно предложить такое королеве, только… – Он повернулся ко мне. – Я больше не служу той королеве.
Был момент, когда у меня появился вопрос – а не должна ли я извиниться за это. Но бросив взгляд, на его лицо, поняла, что извинения не нужны. Он любил меня. Это было видно по его лицу, его глазам. Дойл любил меня, а за такое никогда не просят извинения.
Глава 27
Мое дыхание вылетало туманным облачками в зимней ночи пока мы шли по замерзшей траве. Мирабелла нашла для меня плащ, отделанный кремовым мехом. Он как-будто был из сказки – смесь белого с золотом и сливочного поверх черной кожи пальто. У Шолто было достаточно много зимних плащей и пальто, чтобы они подошли мужчинам. Мои руки лежали на руках Короля Шолто и Капитана Дойла, как их стоит называть при солдатах. Мистраль шел позади нас с копьем, обернутым в мягкую ткань, чтобы скрыть его от любопытных глаз. Скорее всего там были шпионы. Это волшебная страна, здесь всегда кто-то за кем-то наблюдал. Не обязательно шпионы дворов, но фейри – любопытный народ. Что-нибудь необычное всегда интересует их и будут скрываться, цепляться за листья и деревья, и ждать часами.