Страница 83 из 179
Пальцы Агнии замерли над клавишами, и в квартиру вернулась тишина.
Агния не собиралась плакать. Видно уже сил просто не было, хотелось вернуться в свою комнату и свернуться клубочком на кровати. Но вопреки этому желанию, она пошла на кухню и поставила чайник, краем сознания отметила, что даже не вспомнила предложить чай Вячеславу Генриховичу. Так все спонтанно и глупо вышло.
От этого стало еще муторней на душе. Несмотря на все свое несогласие с его требованиями, эту нежданную ссору, несмотря на обиду, что он так небрежно обошелся с ее подарком — она испытала укол разочарования, что не провела с ним чуть больше времени. Тихого и спокойного.
Однако, решив не думать об этом сейчас, достала из шкафа коробку конфет, которые думала вручить Лене в качестве новогоднего подарка. Соседка до сих пор не появилась. То ли у родных в пригороде задержалась, то ли еще что. Агния решила, что конфеты как подарок уже неактуальны. А в случае чего, хватит и свечи. А вот ей самой сейчас шоколад не помешает, чтобы как-то собраться с силами и морально подготовиться к работе.
Видно Федот знал его достаточно хорошо, чтобы, когда Вячеслав вышел из подъезда Бусинки и молча сел за руль своего автомобиля, уже не спорить и не спрашивать, а поспешно затушить сигарету и выехать из двора следом. А Вячеслав не рискнул устраивать разборки на месте. Хоть искус был очень, очень велик. Но он отдавал себе отчет в том, что сейчас зол настолько, что может тупо покалечить друга. Даже если тот ответно врежет ему. Еще поубивают друг друга, совсем весело станет, блин.
Пытаясь хоть как-то согнать всю свою злобу, он сильней и сильней вдавливал педаль газа в пол, гоня автомобиль без какой-либо особой цели. Выругался вслух, резко дернув руль в сторону и едва успев объехать пацана, неясно за каким лядом выскочившего именно в этот момент на переход.
Через пять минут машина буквально вылетела на пустырь за его вторым клубом, которым обычно управлял Федот. Резко, со скрипом затормозив, Вячеслав дернул дверь и выскочил наружу.
Что-то его не попустило. Прибить кого-то все равно хотелось так, что руки чесались. И кандидат достойный имелся…
Автомобиль друга показался меньше чем через двадцать секунд, показывая, что и тот держал приличную скорость. Вячеслав даже сигареты еще не вытащил. Достав пачку, он исподлобья глянул на Федота, вышедшего на улицу.
— Говори, — отрывисто велел Боров до того, как Федот успел начать что-то спрашивать.
Друг помедлил только пару секунд.
— Я ничего твоей Бусине не говорил тогда, — сдержанно начал Федот.
Боров с явным недоверием поднял брови и все так же тяжело глянул на друга. Опустил глаза на разбитую зажигалку, которой собрался прикурить сигарету, и помрачнел еще больше.
— Слушай, я не знаю, чего там и как было, ясно? — Федот выставил перед собой ладони. — Я просто пустил ее в клуб и ушел. Все. Остальное — это уже к тебе вопросы.
Боров заковыристо выругался.
— А какого хрена врал, когда я спрашивал? — Вячеслав подошел к Федоту впритык. Но не позволил даже сказать ничего в ответ. — Какого хрена придумывал?! — ухватив Федота за шею, он резко дернул, вжав его щекой в крышу машины.
— Ты знаешь мое мнение, Боров. Эту ситуацию надо разрулить, пока все не отгребли по полной из-за того, что ты с катушек слетел. «В обчем, дело принимает социяльный оборот!», — не особо внятно из-за положения, проворчал друг.
Боров встряхнул его сильней.
— Я сейчас с катушек слечу! Так слечу, что тебе мало не покажется, — пообещал он, пытаясь хоть приблизительно представить, чем именно обернулся такой поступок Федота.
Куда Бусинка заходила? Видела его или нет?
— Бл…! — он вновь припечатал Федота мордой в машину. — Ну, кто тебя просил, сука? Ты хоть понимаешь, что я там не в крестики-нолики со шлюхой играл. Блин, убить бы тебя, Федот! — Вячеслав в сердцах толкнул друга, так, что тот, матерясь, смачно приложился носом о стекло своей машины.
Отвернулся, отпустив Федота, и жестко провел по лицу и волосам ладонью. А потом резко развернулся, и со всей дури ударил ногой, правда, не этого придурка, как хотелось, а крыло его машины, вогнув металл.
— Боров, Блин! Теперь же рихтовать придется! — начал было возмущаться Федот.
— Тебе сейчас себя рихтовать придется. По кускам сшивать будут, — искренне пообещал Боров сквозь зубы.
Несложно было понять, что именно могла видеть Бусинка, если хоть немного вспомнить ее поведение. Все эти непонятки с прикосновениями и поцелуями, после того, как все, вроде, было уже на мази.
Боров стал выставлять это условие, когда понял, что настырные и приторно-искушенные касания и откровенные лизания шлюх его не просто не заводят, а бесят. Они настолько отличались от робких и несмелых прикосновений пальчиков его Бусинки, что не давали ему ни одного шанса хоть как-то представить, что он со своей девочкой.
Потому ли она перестала приближаться к нему?
И зажигалка, эта долбанная зажигалка, о которой она сожалела, что подарила. Упоминание, что от той одни неприятности…
— Боров, ты зря на нее дунуть боишься, девчонка свернулась на тебе, не меньше, чем ты на ней. Ну, может не так, — исправился Федот под его разъяренным взглядом, вытер ладонью кровь, сочащую из рассеченной кожи на скуле, — но тоже не слабо. Ей просто надо показать, донести, чего ты еще хочешь, кроме всей этой белиберды с чаем и болтовней…
— Прибить бы тебя, стратег хренов, — Вячеслав хрустнул кулаками, испытывая желание снова заехать Федоту, только теперь в нос. Или в другую скулу, для симметрии. — Она глянуть на меня боится теперь. Ты че, думаешь, я со шлюхами миндальничаю или церемонии развожу? Или в комплиментах рассыпаюсь, что ее туда отправил? Падла! — Он еще раз саданул ногой по машине.
— Да она и пробыла то внутри минут десять, не больше, — попытался утихомирить его Федот, — чего ты… Хотя, наколку точно видела, судя по ее сегодняшнему поведению, — у него еще и хватило наглости ухмыльнуться разбитыми губами.
— Ты еще и засекал?! — Вячеслав скривился он злости и замахнулся, но в последний момент чуть ослабил свернул, все-таки заехав этому умнику по уху. Хоть и по касательной. — Сука ты, Федот. Самая настоящая.
Вячеслав отвернулся от друга, трясущего головой, и попытался понять, что могла думать по этому поводу Агния? Что почувствовала, даже если только часть увидела?
И не мог. Себя попробовал на ее место поставить, и не вышло, чуть с катушек вообще не слетел. Он убил бы, если бы кого-то не то, что с ней, а просто рядом увидел. Голыми руками задушил бы.
Ее с другим…
Он не знал, смог бы вынести, если бы его девочка пошла бы к другому. Просто не знал, и не хотел сейчас размышлять о таком варианте.
Надо было думать, как исправить то, что Федот наворотил своими гениальными идеями.
И ведь ни слова ему не сказала, партизанка. Вообще ничего, ни одного намека. Блин, он не представлял, как она могла так выдержать? Ребенок же, и он всегда сек, когда она врала… Хотя, и сейчас ведь нутром подвох чуял.
Но, может, все же, не видела ничего такого? Ну, просто там, засекла, как он уходил с девкой? И все…
Ага, надеются только придурки, особенно если есть веские факты в пользу того, что она видела куда больше.
Как он ее не увидел? Как, вообще, проворонил дверь? Нежели, настолько был на пределе и взведен?
Он прижал костяшками виски, начав ощущать ломоту и тупое опустошение в голове. Надо было быстро придумывать, как это все исправлять, а в голову, западло, ничего не шло.
— Слышь, Боров, да ладно, по ходу, Бусина твоя, не особо и струхнула. Не убежала, не прячется вон от тебя. Грехи отмаливать ходит, как и раньше…
— Ты про сопляков тех, какого хера ей растрепал? — Даже без злости уже, спросил он, опершись на капот машины Федота.
— А что, девчонка должна знать, что к чему, Боров. Всем проблем меньше будет. И ведь не струхнула, глянь. Она не просто за тебя, она на тебя молиться готова, — друг привалился к капоту рядом с Вячеславом, пытаясь полностью стереть кровь рукавом пальто. И кривился при этом от боли. — Да и потом, не такая уж и малявка она, ну че ты, не объяснишь, не покажешь? Не думаю, что Бусина ломаться бы начала, — Федот ухмыльнулся, и тут же ругнулся, когда из угла рта вновь принялась сочиться кровь. — Всю морду разбил, блин.