Страница 60 из 80
– О Боже… – простонал он. – Большое спасибо, золото мое.
– Иди пройдись пешком, пока Лайза не увидела тебя. Это освежит тебя и снимет отеки глаз.
– Господь с тобой. – Он начал было смеяться, но поморщился от боли и сказал: – Может быть, мне тоже можно выпить кофе, если ты варишь для Чеда?
– Конечно, там хватит для вас двоих.
Я услышала шаги на лестнице, ведущей в холл.
– Кейси, ты видела Сэма? – донесся голос Чеда.
– Да, он здесь со мной. – Я чуть повысила голос.
Секунду спустя появился Чед.
– Мне показалось, что в ванной остались следы возвращения блудного сына. – Он взглянул на Сэма и усмехнулся: – Ты поглощал огненную воду, о Великий Вождь.
– Не будете ли так добры оба покинуть мою кухню и подождать в столовой? Ваш завтрак будет готов через пять минут. Что касается Сэма – так он просто устал, – сказала я.
– Конечно, – торжественно сказал Чед. – Пойдем, старина Сэм: если тебе трудно подниматься по лестнице, можешь опереться на мою руку.
Когда они вышли, я с облегчением вздохнула. Хорошо, что Сэм заговорил сам: тем самым он дал мне возможность вложить в его голову мысль, что его так называемая любовь ко мне – не что иное, как преувеличенное поклонение перед героизмом. Я надеялась, что он это осознал, но, как бы то ни было, вопрос был прояснен.
Чуть позже я присоединилась к ним за столом. О недавнем исчезновении Сэма не было сказано ни слова. Они обсуждали два варианта игры в покер, насколько я потом поняла. Для меня это было за гранью понимания, поэтому я напряженно думала о том, должна ли я, жена и хозяйка салона, знать хотя бы основы карточной игры. И тут Сэм сказал:
– Всего один сэндвич – это достаточно для тебя, Кейси?
– Бог мой, конечно, это даже много. Я завтракала, а потом буду обедать. Если я буду есть больше на ленч, то я потолстею.
Сэм кивнул и налил себе еще кофе.
– Лайза тоже ест только сэндвич, но она все равно остается пышкой.
Чед кивнул.
– Всегда была толстушкой, правда?
– Ну да. Наверное, такой уж ее сотворил Господь.
Я ощутила, как в груди растет гнев на них двоих, и пыталась не повышать голоса:
– Не слишком деликатно с вашей стороны обсуждать Лайзу за глаза.
– Ты неверно понимаешь, Кейси, – возразил Сэм. – Мы бы сказали то же самое, если бы Лайза была сейчас здесь. Мы всегда подтрунивали над ее пышными формами, правда, Чед?
– Часто, – согласился Чед. – По крайней мере, когда были мальчишками.
– Но теперь вы не мальчишки, и я надеюсь, что вы себе более этого не позволите! – яростно произнесла я, и голос мой задрожал. – Лайза – не толстушка, она просто женственна, и если бы даже она была полновата, то ей это подходило бы как нельзя лучше, потому что у нее милое круглое лицо, хорошенькое, как картинка; чудесные глаза и красивые руки; а на самом деле у нее прекрасная фигура и самое доброе сердце; и она грациозно двигается. Вы что, так и не поняли своего счастья, когда она все эти годы заботилась о вас? – Голос мой звенел. – Однажды ее встретит мужчина, который увидит ее истинную красоту, и он женится на ней. Вот тогда вы пожалеете! А она избавится от двух слепцов, которые не находят ничего лучшего, как называть ее толстушкой, пышкой и коротышкой! А теперь я прошу извинить меня.
Я отложила свой наполовину съеденный сэндвич и пошла к двери. Руки мои тряслись, и я была поражена сама своим срывом, но я не жалела ни об одном сказанном слове. За моей спиной царила оглушающая тишина. Как только я взялась за ручку двери, Чед произнес:
– Подожди, Кейси. Пожалуйста.
Я остановилась и обернулась. Оба встали со своих мест и смотрели мне вслед. Они молчали. Затем переглянулись, будто между ними промелькнуло какое-то взаимопонимание. Оба одновременно повернулись ко мне.
– Мы признаем свою вину, – сказал Чед. – И никогда более не будем выражаться оскорбительно для Лайзы и тебя. Мы покорнейше приносим извинения.
Я была шокирована своей злостью на них и неуверенно покачала головой:
– Нет… нет, Чед. Вы с Сэмом не виноваты передо мной. Я защищала Лайзу, но слишком увлеклась.
– Ты хорошо защищала ее, Кейси. Наверное, мы и в самом деле никогда не ценили ее, – проговорил Сэм.
Теперь мне стало неудобно.
– Простите… мне нужно идти.
– Не уходи в гневе, Кейси, – попросил Чед.
– Я больше не гневаюсь. Я… я просто вспылила, но все прошло.
Он серьезно улыбнулся:
– Я надеюсь, что ты вспылишь вновь, если мы опять будем так же непростительно тупы.
Мне очень хотелось, чтобы они поверили, что мой гнев прошел, поскольку та дружба, которая установилась между нами, была слишком дорога мне, чтобы омрачать ее сомнениями.
– Я точно так же виновата, Чед. Я только что поняла, что за короткое время, пока я здесь, я уже привыкла к тебе и Сэму настолько, что ничуть не ценю. Я говорила зло, но без всякого страха: у меня не было причин ожидать, что меня выгонят из дому. Если бы я позволила себе сказать такое Оливеру Фою, он бы немилосердно меня избил.
Я увидела, как гневно раскрылись ноздри Сэма, а серые глаза Чеда стали стальными.
– О, не смотрите на меня так, – поспешно попросила я. – Это все далеко в прошлом. Я только что заметила соринки в чужих глазах, не заметив бревна в собственном, а сейчас мне уже нужно спешить. Пока. Увидимся сегодня вечером.
Я закрыла за собой дверь, прежде чем они успели еще что-нибудь сказать. Я оделась, взяла небольшую упаковку с сэндвичами для Лайзы и пошла к экипажу. По дороге в Блэкхит я размышляла о своей жизни с Оливером. Мои слова были лишь полуправдой: ему не было нужды даже запугивать меня, чтобы я молчала. Я вспомнила, как я гадала, каково чувствовать себя замужем за Оливером Фойем; как с ужасом открыла для себя его сущность. Воспоминание прошло дрожью по всему телу.
Я попыталась отбросить эти мысли. Теперь я – совсем иной человек, Кейси Браун. Вскоре я стану женой Чеда Локхарта, по крайней мере, официально; и это еще дальше отодвинет от меня времена, когда я была юной девушкой по имени Эмма Делани – ставшей мистрисс Фой. И ничто из того далекого мира, в котором я когда-то жила, не сможет более коснуться меня, потому что теперь я – другая.
Таковы были мои мысли, когда я подъезжала к агентству мисс Лайзы Фэйт. Я не подозревала, как глубоко ошибалась.
16
Я вышла замуж за Чеда Локхарта в пятницу, перед Рождеством, которое должно было выпасть на вторник. Церемония состоялась в церкви Святого Алфеджа в полдень. На мне было красивое платье бледно-голубого цвета. Лайза подобрала его к моим рыжевато-каштановым волосам, которые теперь достаточно отросли, чтобы убрать их в красивую прическу.
Мистер Поттер из агентства выдавал меня замуж с большим достоинством. Сэм Редвинг, шафер, нервничал больше всех. Единственной приглашенной была Лайза, но Чед заплатил органисту, и тот играл всю церемонию; таким образом, нас не угнетала церковная тишина. Потом мой муж быстро поцеловал меня в губы, Лайза обняла меня, а Сэм, как и мистер Поттер, поцеловали в щеку.
Идя к выходу под руку с Чедом, я с удивлением обнаружила, что присутствует еще один гость. На скамье в полумраке сидел какой-то мужчина. Полковник Браун поднялся при нашем приближении. На нем был серый утренний костюм, в руках он держал серую шляпу и трость. Мы поклонились в ответ на его поклон, прошли и подождали его у выхода вместе с Лайзой и Сэмом.
Через нескольких секунд он появился, застегивая пальто, и весьма удивился, обнаружив, что мы ожидаем его.
– Мои поздравления, миссис Локхарт, – сказал он. – А также поздравления вам, дорогой друг Локхарт. Надеюсь, вы не расценили мое присутствие как вторжение. – Он едва заметно улыбнулся. – Думаю, я обязан миссис Локхарт за ее терпение и доброту к старому эксцентричному чудаку, а также вам, молодой человек, за великолепный вечер и недавнее партнерство в клубе.
– Вы вовсе не вторглись в нашу церемонию, полковник, – ответил Чед. – Очень мило, что вы пришли так, по-соседски.