Страница 2 из 3
Я видел, как Вячеслав переживает за всех, кто был убит, иискренне хочет, чтобы убийца был наказан, по всей строгости закона.Патологоанатом отлично заботился о мертвецах, словно они не былидля него мертвыми, он знал всех по имени, скажу больше, он зналисторию каждого покойника. В морге не витал привычный затхлыйзапах, который сопровождал заведения данного типа, вместо негопахло лавандой. При первой встречи со мной парень сказал вещь,которую я до сих пор не могу выкинуть из головы:
-Я думаю, у убийцы нет выбора, во всяком случае таксчитает он. Этот «Похититель сердец» убивает, потому что иначе емуне прожить. Убийство стало для него таким же обычным занятием, какзарядка по утрам. Это привычка, которую он не может просто такбросить. Если узнать причину убийств, тогда можно будет легко найтиманьяка. И еще я думаю, что он не просто так убивает каждый третийдень, в этом есть некий смысл, который мы пока, к сожалению, невидим.
В этих словах что-то было – это не просто бессмысленныйтреп, а логические рассуждения. И я посчитал, что из Вячеслава могполучиться не плохой психолог. В этом всеми забытом городе я могподозревать кого угодно, но только не его, потому что знал:человек, который хорошо заботится о мертвых, никогда не сможетобидеть живых.
Следующую ночь я так же не смог уснуть, без концаворочаясь в кровати, мне максимум, что удавалось, так это на десятьминут провалиться в сон, после которых тут же просыпался. В суммеза вторую ночь я проспал около часа.
То же самое повторилось и на третью ночь. Жуткий красныйцвет не покидал мою голову, он, словно огромная опухоль давал осебе знать, как только я пытался уснуть. От недосыпа появилисьмешки под глазами, а кожа обрела бледный цвет, стало трудно думать- не мог ни на чем сосредоточиться. Если сначала казалось, что моябессонница вызвана сменой места проживания, то теперь началоказаться, что все куда серьезней, и я решил обратиться к врачу.
Доктора, к которому меня направили, звали Максим Седов.Мужчина в белом халате выглядел на тридцать лет, у него былидлинные черные волосы, и на врача он не очень походил, а большенапоминал рок-звезду, чего только стоила его татуировка на шее ввиде китайского символа. Вот этот мужчина вполне мог быть убийцей,его поведение насторожило меня, вел он себя не совсем как врач.Слишком быстрая речь, словно он хотел поскорее избавиться от меня.Было видно, что мое присутствие не доставляет ему удовольствия.
Когда я рассказал о бессоннице, доктор Седов выписал мнеснотворное в виде пилюль. Сказав, что таблетки сначала расслабляют,а потом погружают в сон и чтобы я их осторожно принимал и непреувеличивал дозу. Сами таблетки не показались мне странными,странным был их цвет - красный. Начало казаться, что этот цветпреследует меня, но об этом я доктору не сказал.
Шла четвертая ночь, часы показывали пол-одиннадцатого, и ярешил сначала попробовать уснуть без пилюль, что дал мне врач, ноничего не вышло. Глаза словно боялись погрузиться в страну снов,будто там их ожидает красный цвет, свет этого проклятого города. Ипоэтому мне пришлось прибегнуть к лекарству, хотя интуиция иподсказывала, что таблетки не стоит пить, что их цвету нельзядоверять.
Я принял только одну пилюлю, и сначала ничего непроисходило, никакого расслабления я не чувствовал. Но спустянесколько минут сердце начало бешено колотиться, оно, как моторчик,ускорялось с каждой секундой, и начало казаться, что оно сейчасвыпрыгнет. Но затем его бешеный ритм прекратился, словно сердцезаглохло. Наступила мертвая тишина, но и она продлилась недолго.Раздался жуткий вой, от которого уши закровоточили. Краснаяжидкость тонкой струйкой спускалась по шее, но я не чувствовалболи, потому что, как завороженный, смотрел на стены своего номера- те постепенно становились красными. Этот чертов цвет заполнял всепространство. Когда он прикоснулся к окну, то разлетелось на мелкиекусочки, открыв мне вид на город. И то, что я увидел в разбитомокне, совсем мне не понравилось. Красный цвет заполнял собой весьмир вокруг меня. Я видел ярко алое небо, на котором сверкаликровавые звезды. Вой не прекращался ни на секунду, тогда мнеказалось, что от его шума могут лопнуть не только барабанныеперепонки, но и глаза. Несмотря на кровоточащие уши, я поднялся спостели и направился к окну. Улицы, как и здания, были красными, поним ходили красные люди, и их было очень много, казалось, что ихбыло несколько тысяч и они практически сливались, образовываяогромное кровавое пятно. Все подчинилось проклятому цвету. Впередия увидел нечто странное, то, чего раньше не замечал в этом городе.Большой замок возвышался над «Добрым Сердцем», и именно к немунаправлялись все эти красные люди. Силуэт замка был мне знаком, нооткуда, я не знаю, его вид был устрашающим и ничего доброго он невселял. Неожиданно я увидел еще кое-что странное, нечто черное. Триточки, которые постепенно превращались в глаза и рот. Это было лицогорода, оно возвышалось над тем замком и с завистью смотрело нанего. Но затем лицо заметило меня и начало смеяться. Спустякакое-то время точки стали приближаться ко мне, я попытался отойтиназад, но не смог: позади меня выросла красная стена. Войпрекратился, когда от черных глаз и рта до моего тела осталосьменьше сантиметра. Я чувствовал зловонное дыхание города,исходившее из его рта, и уже начинал ощущать, что сейчас задохнусь,как вдруг это лицо поглотило меня, оставив лишь огромное красноепятно.
Я проснулся в холодном поту, на моей шее была кровь, а ушижутко болели. Посмотрев на часы, которые показывали толькоодиннадцать часов, я понял, что проспал только полчаса.
Мне было неизвестно, кого винить в этом столь реальномкошмаре, от которого у меня так болели уши. Только доктора, которыйподсунул мне плохое снотворное, или все-таки город? Но больше тойночью я не спал.
На пятый день я начал изучать необычное исчезновениепрошлого следователя. И это было нелегко. Когда ты не спишь стольковремени, мир, как и ты, становится слегка другим. Мир для меня сталчерно-белым, лишь красный цвет выделялся в нем, а я стал чересчурраздражительным. Расследование так же осложнял тот факт, что доприезда в город я ничего не знал о своем пропавшем коллеге, кромеимени, поэтому все пришлось узнавать на месте. Следователя звалиСергей Копоть, ему было сорок лет. Как я выяснил, этот Копоть малокому нравился. Разве только местному патологоанатому, которыйсчитал Сергея отличным парнем, всем остальным тот казался скользкимтипом, наверно, таким же скользким, как и я. Меня в городе нелюбили, это было понятно потому, как на меня смотрели горожане, дляних я был чужаком, пришельцем с другой планеты.
Когда настал шестой день, я узнал, что Сергей Копоть былприезжим и тоже приехал из Москвы. Как оказалось, у нас многообщего с пропавшим коллегой. Но это все равно мало что мне давало,у меня не было зацепок, а прошлой ночью я проспал только час.Седьмой день также ничего не дал, находят новое тело, но убийца неоставляет ни улик, ни зацепок, маньяк действует как профессионал.Патологоанатом был прав, кем бы ни был этот «Похититель Сердец», унего есть привычка убивать. В конце седьмого дня меня начинаетпосещать мысли о самоубийстве, я думаю послать все к черту, аглавное, послать этот город и красный цвет, который я стал видетьвсюду, куда бы я ни пошел. Мало, кто замечает, как в мире многокрасного. Если присмотреться, то можно подумать, что его кудабольше других цветов, для меня во всяком случае точно. Эту ночь ятоже не сплю.
Эта проклятая неделя за считанные минуты пролетела мимоглаз, самое обидное, что я уже плохо помню свою прежнюю жизнь, яплохо помню Москву со всей ее красотой. У меня уже начинает болетьвисок, видимо, я слишком сильно прижал к нему пистолет. Пора всеэто заканчивать, жаль, что я так и не узнаю, что означает этоткрасный цвет. Мой палец спокойно лежит на курке. Сейчас этопроизойдет, я сосчитаю до трех и усну навсегда.