Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 2 из 11

– Повстречал, конечно, бабушка-шаманка. Много чего. Всякого и разного. До сих пор мурашки по спине бегают наглой стаей. Холодные такие, колючие…

– Почему же не повернул назад? – ласково и вопрошающе улыбнулась Эльза. – Такой смелый и отважный, страха не ведающий? Воин? Странствующий паладин?

– Не то – чтобы смелый, – смущённо улыбнулся в ответ мужчина. – Просто, так получилось, философ по жизни. Привык ко всему необычному и непривычному относиться спокойно, без излишней суеты.

– Бывает…

Эльза, стараясь не делать резких движений, медленно опустила коричневую морщинистую руку в карман широкого тёмно-коричневого малахая, щедро расшитого во всех местах цветным бисером, и перевела указательным пальцем в правую сторону крохотный тумблер, вмонтированный в тёмно-зелёную продолговатую коробочку. Прибор тут же начал послушно излучать соответствующие волны.

– О-о-о! – оскалившись, схватился за голову ладонями абориген. – Как больно!

– Ба-бах! – выстрелило ружьё, упавшее на землю.

– Этого и следовало ожидать, – поморщилась Эльза. – Недотёпа и олух. Не поставил оружие на предохранитель…. Ну, бродяга неразумный, будешь ещё шастать по запретным местам?

– О-о-о! Не буду…

– Точно? Не врёшь?

– Обещаю, тётенька-шаманка. Не буду. Честное благородное слово. Пощади, ради Бога…

– Ладно, поверю на первый раз. Сугубо ради Высшего Вселенского Разума, – Эльза перевела – на чуть-чуть – тумблер приборчика влево. – Гуляй, бродяга неприкаянный. Я сегодня добрая. Весна, голубое небо, птички чирикают…. Стой! Ружьишко-то подбери. Мне оно ни к чему. Обхожусь пока скромными шаманскими силами. Ну, и Божьей помощью в довесок, понятное дело…

Глава первая

Спиленный идол

Они покинули метеостанцию на рассвете.

Над Печёрой медленно поднималась, слегка клубясь, вязкая туманная дымка. Поднималась, клубилась и медленно заползала-затягивалась в узкую долину, ограниченную высокими речными обрывами, скрывая от глаз Мутный Материк. Только позолоченный крест маленькой деревенской церквушки, высовываясь из тумана, горделиво блестел, усердно отражая первые солнечные лучи.

– Пойдём в ту сторону, – уверенно махнул рукой Сергей. – Угол, образуемый руслом Печоры и линией нашего предстоящего маршрута, должен составлять примерно шестьдесят градусов. Из серии: – «Величина биссектрисы всегда меньше величины суммы катетов…»

– Причём здесь, пардон, какая-то биссектриса? – уточнила дотошная Натка (клубное прозвище – «Птичка»). – Поясни, уважаемый проводник. Если, конечно, не трудно.

– Не трудно. Можно, конечно, идти и другим, насквозь альтернативным путём. Сперва берегом Печёры, вверх по течению. Потом – вдоль русла Малой Мутной, до места намеченной переправы. Мы же, будучи людьми образованными и продвинутыми, рванём напрямик, через болото. Что называется, срежем угол. Километров восемнадцать-двадцать, при этом, сэкономим. Всё ясно? Очень хорошо. Тогда, бойцы, достали флакончики с антикомариным спреем и попрыскались от души. Ещё, не скупитесь. На здешних топких болотах нынче гнуса вылетело – без счёта…. Попрыскались? Взваливаем на плечи рюкзаки и выдвигаемся на маршрут. Назаров!

– Здесь, – лениво зевнул Пашка. – Чего надо, родной?

– Сразу видно, что ты в российской армии не служил, – досадливо поморщился начальник метеостанции.

– Не служил, грешен. Сразу после школы подался в студенты. Ну, и что из того? Теперь, значит, можно меня чморить почём зря? Мол, штатская неженка, не знакомая с волшебной армейской дисциплиной? Не советую, командир. И в табло может запросто прилететь.

– Чего крысишься, Назаров? Когда это я тебе, грубияну, успел оттоптать любимый мозоль?

– Это он, господин проводник, изволит ревновать, – встряла в разговор вредная Наташка. – Лизавета на тебя, рыцаря печального образа, посматривает с ярко-выраженным пиететом, вот, Рыжий и психует. Нервный и трепетный он у нас, а толстокожим и грубым обломом только прикидывается…



– Птичка, прекращай ломать комедию. Обижусь.

– Сам дурак.

– Отставить дружескую пикировку! – прикрикнул Сергей. – Нашли место и время. Значится так…. Назаров!

– Здесь я. Чего надо, начальник?

– Замыкающим пойдёшь.

– Почему я? – возмутился Пашка. – Из-за рыжего цвета волос?

– Потому, что ты самый здоровый, крепкий и выносливый. Будешь помогать отстающим и слабосильным. А также старательно прикрывать-охранять тыл нашего отряда. Держи карабин наготове, но с предохранителя – без должных на то причин – не снимай. Вопросы?

– От кого охранять-то? В смысле, тыл? От диких голодных зверей и криминальных человеков?

– И от них тоже, – невозмутимо подтвердил Подопригора. – Посматривай, короче говоря…. Вот, возьми, – протянул чёрный брусок, оснащённый длинной антенной. – Это, дружок мой штатский, армейская рация. Радиус действия в тайге – порядка пятнадцати километров. Одна будет у меня, другая – у тебя. Чисто на всякий случай. Мобильная связь здесь работает плохо и не регулярно, мол, профильных вышек ещё маловато расставили в наших заброшенных краях…. Всё, разговоры закончены. Порядок передвижения следующий: я, Лиза, Иван Палыч, близнецы, Птичка, Назаров. Он же – Рыжий…. На болоте можно встретиться со змеями, но бояться их не стоит, так как вы все в резиновых сапогах. Главное, не нагибайтесь и не наступайте на гадов. Просто аккуратно, в обычном темпе, проходите мимо…. За мной. Веселей шагаем, орлы и орлицы питерские! Бодрей и активней шевелим помидорами….

Болотце, заросшее смешанным редколесьем и хилыми кустиками цветущего вереска, началось метров через сто пятьдесят. Под подошвами резиновых сапог противно зачавкало, а пышный светло-зелёный мох заходил нешуточными волнами.

– Рекомендуемая дистанция друг от друга – пятнадцать метров! – долетел от головы отряда зычный голос Сергея. – Все слышали?

– Все! – громко прокричала в ответ Наталья, шедшая перед Пашкой, после чего принялась отчаянно хлопать ладошками по бёдрам, затянутым в толстые брезентовые штаны. – Ой, больно. Насквозь, твари гадкие, брезент прокусывают. И импортный антикомариный спрей на них, гадов кровососущих, не действует…

– Это да. Что есть, то есть, – согласился Назаров. – Местные слепни и оводы, так их и растак, звери натуральные и безжалостные. Хорошо ещё, что гнус и мошкара ведут себя прилично. То бишь, мать их всех, держатся по сторонам и не набрасываются.

– Во-первых, заканчивай выражаться. Я хоть и потомственная буровичка в пятом колене, но, всё же, дама. Во-вторых, попрошу соблюдать рекомендованную дистанцию. Чтобы, тьфу-тьфу-тьфу, не провалиться – за пустыми разговорами – в холодную болотистую пучину.

– Как скажешь, подруга буровая…. Кстати, Птичка, могу дать реально-полезный совет.

– Излагай, соратник.

– Вытащи нож из ножен и, не прекращая движения вперёд, нарежь берёзовых веток, а потом сложи их вместе. Получится классный веник – на манер банного. Иди себе по тропинке и, не ведая сомнений, усердно хлещи веником по ляжкам-коленкам. Действенный способ, проверенный неоднократно.

– Спасибо, конечно.

– Не за что. Всегда обращайся. В дельном совете, по крайней мере, никогда не откажу…

Узкая тропа, равнодушно проплутав по болоту километров шесть-семь, привела к бойкому и шумному ручью, через который был переброшен бревенчатый мостик – хлипкий и очень узкий.

– Как-то неуверенна я в себе, – остановившись на берегу ручья, призналась Натка. – Запросто могу навернуться. А до воды с камушками метра три, наверное. Никак не меньше. Костей потом не соберёшь…. С другой стороны, остальные-то прошли. Может, и я смогу? Как думаешь, Павлик?

– Избавься от поклажи и переберись на противоположный берег налегке, – предложил Назаров.

– А как же мой рюкзак?

– Я его переброшу через ручей.

– Ну-ну, перебросил один такой, – недоверчиво хмыкнула Наташка. – Здесь порядка пятнадцати метров будет.