Страница 37 из 68
- Я заметил движение на террасе. Нас могли увидеть.
Это вернуло Уин некое подобие спокойствия. Она отвернулась от Меррипена и принялась поправлять сбившийся лиф платья.
- Моя перчатка, - прошептала она, скользнув глазами по скамье и заметив потерю, которая одиноко лежала рядом, словно маленький белый символ капитуляции.
Меррипен поднял и вернул ей перчатку.
- Я… Я пойду в дамскую комнату, - пробормотала она нетвердым голосом. - Приведу себя в порядок и вернусь в гостиную, как только буду готова.
Уин не была до конца уверена в том, что только что произошло, и что все это может значить. Меррипен признался, что любит ее. Наконец-то он облек свои чувства в слова. Но в ее мечтах признание выглядело радостным и светлым, а не горьким и гневным. Все это было ужасно неправильно.
Если бы только она могла вернуться в отель и укрыться в своей комнате. Ей требовалось побыть одной, чтобы все обдумать. Как он сказал? «Я предпочту видеть тебя живой в руках этого холодного, бездушного ублюдка, чем умирающей - в моих объятиях». В этом не было никакого смысла. Почему он так сказал?
Ей хотелось возразить ему, но место и время были неподходящими. К этому разговору следовало подготовиться со всей тщательностью. Меррипен был куда сложнее, чем это казалось большинству людей. Хотя внешне он оставался равнодушным и бесстрастным, его истинные чувства были настолько глубокими и мощными, что ему самому стоило больших трудов держать их под спудом.
- Нам надо будет поговорить, Кев, - сказала она ему. - Позже.
Он кратко кивнул, его плечи и шея напряглись, словно он взвалил на себя непосильное бремя.
Уин осторожно, стараясь не попасться никому на глаза, прокралась по лестнице в дамскую комнату. Здесь горничные торопливо подшивали оторванные оборки, помогали гостьям стереть жирный блеск с вспотевших лиц и подколоть шпильками сложные прически. Женщины, разделившись на маленькие группы, со смехом сплетничали о том, что успели увидеть и услышать на балу. Уин села перед зеркалом и принялась изучать свое отражение. Ее обычно бледное лицо покрылось ярким румянцем, губы распухли и покраснели. При мысли о том, что кто-нибудь мог видеть ее несколько минут назад, щеки девушки заалели еще сильнее. Когда служанка подошла и припудрила ее разгоряченное лицо рисовой пудрой, Уин тихим голосом пробормотала слова благодарности. Сделав несколько глубоких (насколько позволял этот проклятый корсет) вдохов и выдохов, она постаралась незаметно проверить, полностью ли прикрывает лиф ее грудь.
Через тридцать минут Уин решила, что уже готова спуститься вниз и продолжить вечер. В этот момент в дамскую комнату вошла Поппи и сразу направилась к сестре. Уин улыбнулась.
- Привет, дорогая, - сказала Уин, вставая со стула. - Садись на мое место. Тебе нужны шпильки? Пудра?
- Нет, спасибо. - На лице Поппи читалось напряженное беспокойство, щеки были почти такого же цвета, как немногим ранее у Уин.
- Ты хорошо проводишь время? - обеспокоенно спросила Уин.
- Не очень, - ответила Поппи, уводя сестру в сторону, подальше от посторонних ушей. - Я ожидала увидеть здесь кого-нибудь еще, кроме обычной толпы старых надутых пэров, или, что еще хуже, - таких же надутых, но молодых. Но все новые мужчины, с которыми я познакомились, оказались карьеристами и бизнесменами. Они либо сразу начинали говорить о деньгах, - что само по себе вульгарно, не говоря уже о том, что я в этом совершенно не разбираюсь, либо вообще отказывались обсуждать свою карьеру и профессию, - а это, скорее всего, означает, что они занимаются чем-то незаконным.
- А Беатрикс? Как у нее дела?
- Она на удивление весьма популярна. Делает возмутительные замечания, а люди смеются и думают, что она весьма остроумна, не понимая, что Беа говорит совершенно серьезно.
Уин улыбнулась.
- Может, нам следует спуститься и найти ее?
- Не сейчас, - Поппи взяла сестру за руку и крепко сжала. - Уин, дорогая… Я пришла за тобой, потому что… Там, внизу, произошло нечто вроде потрясения… В котором замешана ты.
- Потрясение? - Уин покачала головой, чувствуя, как все внутри нее холодеет. Желудок сжался от спазма. - Не понимаю.
- В гостиной очень быстро распространяется слух о том, что ты была замечена в оранжерее в компрометирующих обстоятельствах. В сильно компрометирующих тебя обстоятельствах.
Уин побледнела.
- Прошло только тридцать минут, - прошептала она.
- Это Лондонское общество, - мрачно заявила Поппи. - Сплетни разносятся со скоростью ветра.
Две девушки зашли в дамскую комнату и, увидев Уин, тут же принялись перешептываться.
Уин с тревогой воззрилась на Поппи.
- Будет скандал, не так ли? - спросила она слабым голосом.
- Нет, если только мы не решим этот вопрос быстро и должным образом. - Поппи стиснула ее руку. - Я провожу тебя в библиотеку, дорогая. Амелия и мистер Роан уже там - мы встретимся с ними и вместе подумаем, что лучше предпринять.
Уин почти желала снова вернуться к прежнему болезненному состоянию с частыми периодами слабости. Потому что в этот конкретный момент хороший, глубокий обморок был бы весьма кстати.
- О, что я наделала? - простонала она.
Поппи слабо улыбнулась в ответ.
- Похоже, именно этим вопросом все задаются.
Глава 14 (перевод: Lovepolly, бета-ридинг: Оксана-Ксю, вычитка: Фройляйн)
Библиотека Хантов представляла собой симпатичную комнату, заставленную книжными шкафами из красного дерева со вставными стеклами. Кэм Роан и Саймон Хант стояли возле огромного мозаичного буфета, в котором хранились графины со спиртными напитками. Хант держал в руках стакан, наполовину полный янтарным ликером в тот момент, когда Уин вошла в библиотеку. Он бросил на нее загадочный взгляд. Амелия, миссис Хант и доктор Хэрроу также были в числе присутствующих. Уин не покидало чувство нереальности происходящего. Ей никогда ранее не приходилось быть героиней скандала, и это оказалось совсем не таким волнующим или захватывающим событием, как она фантазировала, прикованная к постели. На самом деле ей было страшно.
Несмотря на ее разговор с Меррипеном и ее слова о том, что ей хотелось бы быть скомпрометированной, она в действительности имела в виду совсем другое. Ни одна женщина не захотела бы такого. Скандал ставил под вопрос не только замужество Уин, но и ее младших сестер. Он бросал тень на всю семью. Из-за ее беспечности пострадают все, кто был ей дорог.
- Уин, - Амелия сразу же оказалась рядом с сестрой и крепко ее обняла. - Все в порядке, дорогая. Мы все уладим.
Если бы Уин не была так подавлена, она бы улыбнулась. Ее старшая сестра была известна своей безграничной верой в собственные возможности уладить любые неприятности, включая природные катаклизмы, вторжения неприятеля, миграции диких животных. Однако ничто из этого не могло бы сравниться по силе разрушения со скандалом на глазах у Лондонского высшего общества.
- Где мисс Маркс? - едва слышно спросила Уин.
- В гостиной вместе с Беатрикс. Мы стараемся вести себя как обычно.- Амелия печально улыбнулась Хантам. - Впрочем, нашей семье никогда не удавалось в этом преуспеть.
Уин окаменела при виде Лео и Меррипена, входящих в комнату. Лео направился прямо к ней, в то время как Меррипен по своей привычке забился в угол. Он избегал ее взгляда. Казалось, напряженное молчание заставило приподняться пушистые завитки у основания ее шеи.
Ярость проснулась в сердце Уин при мысли, что ей придется пройти через все это одной.
Меррипен должен прийти ей на помощь прямо сейчас. Ему следует защитить ее всеми доступными средствами. Включая свою фамилию.
Ее сердце забилось очень быстро, почти болезненно.
- Все говорит о том, что ты не теряла времени, сестренка, - беспечно заметил Лео, но при этом его глаза беспокойно блестели. - Нам следует поторопиться замять эту историю, пока о ней не стали болтать еще больше, особенно в свете нашего отсутствия. Языки так интенсивно работают, что в гостиной настоящий сквозняк.