Страница 6 из 45
-Новые конвойники. Наши. Водоизмещение - тысяча, два вертолета, семидесяти шести миллиметровка, пара универсальных модулей, взвод морпехов.
Здоровяк кивнул. - Оно еще и летает!
Увидев, как нехорошо сузились глаза старшего, весельчак принял серьезный вид.
Лейтенант покачал головой.
-Двух часов не прошло, как вас с поводка спустили. Так. Старший сержант – дежурную смену к «зодиаку». Проверить высадочное средство, комплектность, работу агрегатов и узлов. Всем остальным – снаряжение на палубу, распаковать, проверить. Проверить работу индивидуальных и групповых средств связи. Время на исполнение – два часа. По окончании – доложить.
Задача ясна?
-Так точно. Разрешите исполнять?
-Исполняйте.
Убедившись, что подчиненные занялись делом, старлей поднялся на мостик. Отворачиваясь от борта, Сашка мазнул взглядом по пришедшему в движение разлапистому силуэту
Спустя полчаса, два «москита» в сопровождении широкого серого конвойника вышли в открытое море, оставляя за кормой Имрос. Троица направлялась к проливу между островами Хиос и Лесбос. Шесть часов хода.
Оперативный дежурный на Имросе, прохаживаясь за спинами операторов, краем глаза поглядывал на мониторы. Старлей за дисплеем, не оборачиваясь, вполголоса проговорил что-то в гарнитуру. Динамики под потолками выдали:
-Четвертый патруль вышел. Расчетный срок прибытия на дежурство в сорок седьмой квадрат, около тринадцати часов.
Дежурный кивнул. Сеть морских патрулей только начинала сплетаться. Точнее, «коридор» – зародыш будущей трассы. В «коридоре» тянуло «сквозняком». Дыр было изрядно. Но, с наличными силами, большего им пока - не потянуть.
Что такое сорок «москитов», четыре конвойника, вертолетоносец и два фрегата? Капля в море. Причем, действительно – капля. В настоящем море.
План развертывания предусматривал постоянное присутствие в море семи таких патрулей. Каждый патруль «пас» кусок водной глади миль сорок на двадцать. Примерно.
При наличии в его составе конвойника, где-то семьдесят на тридцать. Все же пара МИ-8 позволяла гораздо больше.
На сегодня, длина коридора составляла около трехсот миль. С прибытием второй бригады, новых «москитов» и конвойников, количество патрулей можно было утроить. То есть – закрыть «дыры» в коридоре и дотянуть его до Порт-Саида.
В качестве усиления, штаб планировал использовать сухогрузы с российскими ракетами. В резерве оставались два фрегата и вертолетоносец. Где командование планировало все это разместить - майор не знал. Большой порт уже забит кораблями и грузами. Это не считая, постепенно подтягивающихся российских кораблей. Правда, кое-какие догадки у майора были. С последним конвоем пришло до хрена строительной техники. Как «подорванные», по побережью носятся геодезисты. А в аэропорту срочно удлиняют взлетку и похоже, размечают вторую полосу.
Майор покосился в окно, на противоположный одноэтажный флигель. Туда, с раннего утра съехалось все начальство. Бобков, представитель российского генштаба, командование летунов, моряки. Прибыли старшие офицеры морской пехоты и пара непонятных турков. Судя по выправке – явно военных. Совещаются, мать их.
Майор поежился. Что-то нехорошее носилось в воздухе. Море словно вымерло, в воздухе тоже – пусто. То ли дело – пару недель назад, когда европейцы выкупали своих, а потом разбирались с «продавцами». Тогда в округе творилось нечто с чем-то. Греческие истребители шныряли вокруг острова, разве что не эскадрильями. В паре-тройке миль все время маячил греческий фрегат. Французы подогнали «Мистраль» и для начала загнали в Измир всех, попавшихся на дороге турков. В чем, с моря, им активно помогали греческие и британские суда. Весь этот «европейский интернационал», с воздуха разнес порт, утопив все стоявшее у причалов Измира. После чего, «белые господа» ушли.
Изнывавшие от любопытства крымчане, поскольку большой российский брат не слишком щедро делился данными спутниковой разведки, все это время старавшиеся не соваться под «горячую руку», немедленно «сунули нос» в залив. Туда, где целую неделю к небу взлетала только земля и пыль. А с небес сыпались гостинцы, гроздьями отделявшиеся от мелькавших силуэтов Еврофайтеров. Наверняка, у начальства были свои соображения от зрелища, увиденного. Но, Бобков, как и остальные, оставил свои мысли при себе.
А с точки зрения майора, разглядывавшего картинку монитора также пристально, как и начальство, - европейцы здорово перестарались. В развалинах лежал не только порт. Летчики неплохо «порезвились» и в городе - несколько прилегающих к порту кварталов превратились руины. Высокоточное оружие? Ага. Офицер хмыкнул. Расскажите это своей бабушке! В отдельных местах жилая застройка была «вспахана» полосами, длиной километр-полтора, и шириной метров триста. Как раз под размер авиационной кассеты с фугасами, высыпанной с высоты пятисот метров.
Майор сомневался, что сделанное устрашит турков. Скорее – разозлит. И уж точно – не поможет. Еще перед началом мясорубки, пираты или кто-то очень походивший на них, активно шнырял в море у бесхозных островов. И можно было поставить мерс против доллара, что немало турецких кораблей пережидало кутерьму, отстаиваясь в бухтах. На брошенных греками островах.
Под раздачу, скорее всего попали рыбаки. Куда они подадутся, оставшись без кораблей и заработка? Вопрос сугубо риторический. Понятно – куда. Странно, что этого не понимали другие…
Да и турецкие военные вряд ли допустят следующего раза, спокойно глядя, как кто-то разносит их города. Одно дело – наказать зарвавшихся налетчиков. Но вспахивать целые кварталы с относительно мирным населением?
Майор еще раз хмыкнул. Да... Турки - не арабы. Воевать умеют. И крови не боятся. Ни своей, ни чужой. Тыкать палкой в это осиное гнездо? Тоже можно. Если готов идти до конца.
Поглядим. Кто к чему готов…
Глава 3.
-Мать моя женщина… Море... Кто тебя придумал?
Антон, пошатываясь, выполз из люка и доплелся до борта. Выворачивало Тошу качественно и долго. Сашка с сочувствием посмотрел на согнутую спину друга. Слава Аллаху, его - морская болезнь обошла. А их стрелок-универсал страдал неимоверно. И блевал. Хотя качало - так себе. Волна метр – полтора. Небо хмурое, но дождя нет.
Движок застучал погромче. Катер сменил курс, становясь носом к волне. Сашка насторожился и оторвал глаза от страдальца. Из рубки высунулся лейтенант. Посмотрев на согбенную спину, командир хмыкнул:
-Хорош блевать, солдатик. На конвойнике засекли семь новых отметок. Расчехляйте стволы – идем на досмотр.
-А вертушки?
-На небо смотрели?
Все дружно задрали головы вверх, поглазев на низкие хмурые тучи.
-Вопросы?
-Никак нет.
-Исполняйте.
Антон разогнулся, вытирая рот. Глядя на товарища, Сашка радостно заржал.
-Панораму не заблюй, Робин Гуд.
Антон нервно огрызнулся, начиная стаскивать брезент:
-По стволу наведусь.
На палубу выскочили отсиживающиеся в кубрике и перепалка, не начавшись, прекратилась.
Через двадцать минут хода показались турки. Новобранцев начало потряхивать - первый бой.
Лейтенант, стоя в боевой рубке, разглядывал идущие навстречу суда в диковинный гибрид дальномера с перископом.
-Рыбачки, мать их. На промысел, типа. Полюбуйся, Михалыч.
Капитан прильнул к стальному сталактиту, растущему с потолка. Покрутил вправо-влево. Оторвался от панорамы.
-Турецкие ребята. На промысел идут. Растянулись здорово, мили на две. Что делать будем, лейтенант?
-Сигналь, чтобы останавливались и готовились к досмотру.
Вообще-то, на море, всегда и везде командует боем капитан. Но в данном случае, капитан был штатский. В походе, на «москитах» командовали гражданские – вольнонаемные моряки. А на время боя командование переходило к военным. Так и жили.