Страница 40 из 45
Глаза нашли влажное, уже подсыхающее пятно на земле. Чуть в стороне, поодаль, лежало прикрытое брезентом тело Антохи. При воспоминании Сашку затрясло. Осколок ударил Тошке в шею. Фонтан крови, откинутая назад, неподвижная голова. Стащив вместе с Рифатом обмякшее тело с сиденья, он сам занял место наводчика. Скользкие от крови рукоятки, вползающий в прицел катер, неохотно подающаяся, тугая педаль спуска. Потом была дрожь отдачи, удаляющийся серый поток с розовыми вкраплениями и огненный всплеск взрыва на воде. И перемазанные темно-бурым руки. Посмотрев на них, он зачерпнул горсть песка и оттирая ладони подошел к позиции.
- Сворачиваемся. Подгони грузовик. – Окликнул он Рифата.
Загрузив раненых в кузов, с помощью гражданских они свернули уцелевшую ЗУшку. Фургон вернулся когда они почти закончили сборы. Глядя на возвращающийся фургон, осторожно пробиравшийся по склону, Рифат пробормотал:
- Едут медленно. Похоже, есть живые.
Машина подъехала, остановившись у опустевшей позиции. Лейтенант, закончив с рацией подошел к фургону, за ним подтянулись остальные. Откатилась дверь. Внутри сидели двое раненных летунов и лежал труп убитого борттехника, прикрытый курткой. Один из летчиков, опершись о дверь, приподнялся. Свесив одну ногу в проем, он сел. Из ссадины над бровью сочилась кровь. В глазах читалось безразличие и усталость.
- Здорово, земляки. – Равнодушно произнес он. - Есть новости?
- Санинструктор, займись ранеными. – Скомандовал старлей. – Всем остальным - слушать сюда.
Второй летчик, до этого молча лежавший на полу, открыл глаза и повернул голову. В глазах пробивался слабый огонек любопытства.
- Первое - гражданские ушли.
Слушатели выдохнули. Не сказать, что все присутствующие, уж настолько переживали за неведомых им гражданских. Скорее – за то, что погибшие не легли бесцельно.
Летеха, меж тем, продолжал.
- Пощипали мы их очень хорошо. Девять турков взял «Зевс», шесть – мы и вертолетчики, - Он кивнул в сторону раненых, - притопили штучку. Спасибо, мужики. Итого – шестнадцать тушек. Ушло - сорок два.
- И третье, самое интересное - на подходе двадцать четыре вертушки с острова.
Кто-то присвистнул.
-Восьмерки с топливом и боезапасом идут сюда, а крокодилы займутся турками. Сворачиваемся в темпе вальса и дергаем на новую площадку, к грузовым бортам.
Лежащий летчик нехорошо усмехнулся и тихо проговорил.
- Теперь эти суки точно не уйдут.
Летчик был прав. Туркам, готовым к одному, поспешному налету, предстояло столкнуться с воздушной каруселью, готовой висеть над головами хоть полдня. Аэродром «подскока», был в пяти минутах лета.
Лейтенант, вместе со всеми прислушивавшийся к тихим словам летчика согласно кивнул и скомандовал.
- Выдвигаемся. По машинам.
Потом был короткий переезд. Отдаленный шум вертолетных лопастей - восьмерка МИ-восьмых зайдя со стороны моря пронеслась над головами и скрылась за близким отрогом. Перевалив за гребень, Сашка увидел, что все звено садится на большую площадку метрах в трехстах. Из первого севшего вертолета, выскочившие из него бойцы уже выносили какие-то ящики.
Машины, переваливаясь на неровной грунтовке подъехали к ближней вертушке и съехав в поле, встали. Выбравшись из машин, все устало двинулись к своим. Встретивший у вертолетов летный майор с российскими погонами живо нарезал им новые задачи, подрядив на разгрузку. Народ приободрился. Отправив два дозора, в сторону проходившей невдалеке трассы, прибывшие включились за работу.
Сашка вместе со всеми выкатывал из машин бочки с топливом, таскал тяжелые упаковки с НУРСами.
Еще не закончив разгрузку, они услышали новый шум винтов – на посадку заходила четверка «крокодилов».
Снова беготня, заправка машин. В пустые, закопченные кассеты заталкиваются продолговатые, увесистые ракеты, туго входящие в гнезда. Острый запах керосина. Липкие от оружейной смазки, руки. Торопящие крики вертолетчиков. Шум новой, заходящей на посадку машины. Ветер от винтов, пыль. Стрельба со стороны дороги. Парящий радиатор, приткнувшегося на обочине фургона, со сдернутым пулями, кургузым капотом. Спрыгивающий из кабины, перепуганный водила, падающий на землю у пробитого колеса. Новые, заходящие на посадку вертолеты. Шум взлетающих машин.
Беготня закончилась как-то внезапно. Разбросанные по полю пустые ящики и бочки, накренившаяся двадцатьчетверка со сломанным шасси и хвостом, разлохмаченным очередью. Патруль несся от дороги, в пустом вертолете шуровал экипаж, оставшиеся на поле вертолеты раскручивали винты, готовясь к взлету.
Повисший над полем вертолетный «рой» был не самой зрелищной частью картины. Главное действо творилось милях в шести. Там, где идущие на прорыв готовились к последней, решающей драке. После отчаянного сопротивления патруля Ага понял - бой с вертолетами не будет легким. Появившаяся на локаторе жирная отметка показала - развязка близка. Суда сокращали дистанцию, перестраиваясь. Тактика не лучшая, но отбиваться гуртом легче. Стволы «Бофорсов» поднялись - желтая «вошь» быстро ползла к центру экрана. Однако, зазор между морем и облачностью был чист – островитяне шли над облаками.
В следующую секунду из туч по курсу вывалилась стая охотников. Закованные в броню «крокодилы» шли в плотном строю.
Прием был теплым. Даже горячим – огненная паутина трассеров накрыла небо. Пульсирующие нити хлестнули по стае, выбив крайнюю «птичку». Коптящий «крокодил», со снижением вывалился из строя и отвалил вправо. Один - ноль.
Оставшиеся пикировали на турков, не обращая внимания на багровые прожилки трасс. Мощный, нарастающий рокот десятков винтов заглушил тявканье пушек.
Сократив дистанцию, гости наконец ответили. Слитно и жестко - концентрированный залп пятнадцати пушек сошелся на клочке воды, размером с футбольное поле. Пике вертолетов перешло в пологое снижение и кипящее от разрывов «футбольное поле» рвануло к строю со скоростью «Феррари».
И как нескончаемый картечный залп ворвалось в первые ряды судов – вспышки, сотни тонких водяных столбов. Они целиком растворили первый ряд и не останавливаясь вгрызлись во второй. Турки, прекратив огонь, разворачивались от идущей на них «пилорамы». Перед таким потоком мог устоять разве линкор. Не катера.
Поздно. Рев с неба сменил тональность, став пронзительнее. Воздушный ди-джей прибавил басы – с небес сыпались НУРСы. Одновременный удар был страшен, вскрывая ордер топором. Грубо, мощно. Безжалостно. Сплошная стена разрывов вспахала строй, пройдясь «от» и «до». Легкие суда подкидывало в воздух. Ракеты догоняли их и там - огненный шквал проходил сплошной волной, выбивая все. Плавающее, летающее. Ад разверзся.
Завершив заход, вертушки сохраняя строй, развернулись. Ни одна трасса не поднялась им вслед. По усеянной обломками воде стелился дым, чадили десятки костров. Меж обломками, обезумев от ужаса, метались полтора десятка уцелевших.
Стая крылатой саранчи распалась, начиная свободную охоту. Клевок, прицел. Серия вспышек, озаряющих мрачноватым красным светом серое брюхо вертолета как отблеск, приоткрывающихся адовых ворот. Полоса дыма на секунду соединяет вертолет с распадающимся на части судном. Столб опадающей воды. Теряя мачты и надстройки, корабль соскальзывает с водяного холма. Мелькает днище, винт. Крылатый хищник взмывает вверх, ища новую цель, оставляя сзади кипящую воду, мусор и обломки.
Не ушел никто....
Кружившие над заливом ждали последних запаздывающих, что взлетали с опустевшей площадки. От роя отделилась одинокая птичка и спикировав к воде, пронеслась вдоль береговой линии. Взмыв над склоном, восьмерка заскользила вдоль него, плавно спускаясь. Зависнув над небольшой бухточкой, машина приблизились к берегу. Внизу, чуть в стороне, качались у берега два небольших судна и грузовик, приткнувшийся к кромке воды. На палубе суетились люди в форме.