Страница 64 из 78
Я стал притормаживать Пушка. Хватит безумной скачки. Я догнал отряд Горма, который уже развернулся для копейной атаки в ста метрах от колонны.
– Влад! – кричит мне совершенно счастливый Горм. – Мы делаем их. Делаем!
Я кивнул и развернул Пушка к колонне. Рыси уже почти все подтянулись. Отряд Шейка почти закончил атаку. Отряд Вилта только начал. Уже никто из весельчаков не смеется. Весельчаки срочно перестраивают ряды.
– Барон, – подъехал ко мне телохранитель.
Я перестал любоваться зрелищем. После насмотрюсь. Все после. Я отдал арбалет коту, взял у него лэнс и перекинул тарч со спины на левую руку.
– Потери?
– Никого, – спокойно ответил Пятый моей спине. – Никто из Рысей не ранен. У первого отряда пять убитых и двое раненых. Их мы подобрали.
Отлично и правильно. Пока одни работают, другие подбирают. Так надо. Живой или мертвый – разберемся потом, а унести надо. Конечно, раненых больше, но если сидишь в седле и можешь продолжать бой, то ты здоров.
– Бой! – заорал Горм и послал вперед коня.
Так, отряд Вилта уже вышел из боя, воины Керта и Иласа заканчивают свою работу. Отряд Горма, перестроившись в «свинью», приближается к голове колонны. Вру. Головы уже нет. Есть изувеченный левый фланг, который быстро восстанавливает свои повреждения. Семеро убитых и раненых воинов Горма коты уже уложили на землю. Мы готовы.
– Выдвигаемся клином! – орет Пятый из-за моей спины.
Я опустил верхнее забрало. Послал Пушка вперед. Шаг, рысь, а теперь галоп. Я – острие клина. За мной – Пятый. Слева и справа – Шедар и Венир. Четвертый – в середине клина. Он спец по индивидуальной работе с клиентом, а не боевик. Слева и справа от меня смерть и огонь. Мы – острие клина. Мы должны проломить спешно возводимый частокол пик. Мы – щит моего отряда. Мы – боевые маги, и умирать первыми в бою – это наша профессиональная привычка. Я склонил копье. Черт, как плохо видно. Но я и так знаю, что мое движение повторили все коты, которые находятся в первых рядах, а остальные приготовили для броска дротики. Это единственное, что может помочь прорвать частокол. Это весельчаки так думают.
– Бросок! – Рев Пятого перекрывает стук копыт и лязг стали, доносящийся справа. Отряд Горма уже вступил в бой. Люди Горма уже умирают. А мы еще живы. Непорядок. Крики боли и ярости раздаются впереди меня. Дротики с утяжеленным концом сделали свою работу. Нам легче теперь атаковать. Мы атакуем центр колонны. Вру, уже не колонны. Уже развернутого строя. Я наклонил голову. Пора. Колья льда. Дикие крики, раздающиеся передо мной, на мгновение заглушают грохот битвы. Удар в тарч, удар в грудь, удар в правую руку. Резкое замедление бега Пушка.
Есть. Я отбросил обломок копья и открыл верхнее забрало. Теперь клайд – и работать. Прелестная картина. Буршустрому. Не тычь в меня свою ковырялку. Два десятка тел, зависших в воздухе на кольяхизо льда. Я развалил голову латнику. Я прямо Влад Цепеш, а не Влад Молния. Очередное копье бьет в тарч. Пушок встает на дыбы и обрушивает копыта на головы людей. Цепеш тоже любил сажать на колья. Колар, спасибо за совет. Клайд разваливает очередной шлем. Прессвлево. Надо помочь Шедару, он занят. Озеро огня вспыхивает справа от меня и закручивает ярким пламенем десяток фигур. Опять вопли ярости. Зловещий шепот слева от меня. Крики ярости переходят в крики ужаса и смолкают. Десятки фигур начинают валиться на землю. Поэтому и считаются очень опасными маги смерти. Самыми опасными в правильном бою, когда вокруг там много разлито их силы.
Я развалил очередную голову, и Пушок сделал еще шаг вперед. Цель моего отряда – это центр построения. Там командир и несколько магов. Надо их убить. Надо рассечь построение пополам, тогда длинные пики весельчаков можно выбрасывать. Они в завязавшемся хаосе боя будут бесполезны. Остальная баталия только отвлекала внимание от нашего отряда. Нет, они тоже убивают и гибнут, но их главная задача и состояла именно в отвлечении внимания. Клайд перерубает пику, направленную в мое лицо, а хвост Пушка перебивает ноги наглецу. Шедар выдохся, но дело сделал. Смог расчистить дорогу и упокоить около сотни воинов. Сейчас его везут в тыл. Пятый – опытный воевода, Горм тоже. Поэтому такой план и был принят. Они разработали пять вариантов наших действий, исходя из общей концепции боя. Сейчас мы работаем третий вариант.
Опаньки, а это уже серьезно. К нам приближаются алебардисты. Ко мне приближаются алебардисты, и пространство вокруг меня начинают пронзать шипы воздуха. Щит Тронаразворачивается и блокирует атаку. Тридцать секунд я неуязвим. Теперь главное, чтобы меня не стащили с Пушка. Драк согласно ревет и прорывается вперед. Теперь я работаю мечами в обе стороны. Я отбросил тарч. Я прорываюсь один. Все коты остановились. Правильно. Пусть вся мощь магов, спасающих свою жизнь, будет направлена на меня с Пушком, а не на остальных котов. Вражеские маги – не личи. Энергии сломать щит Тронау них не хватит.
У меня осталось двадцать секунд. Айдал отбивает удары и попытки захвата крюками моего бренного тела, а клайд рубит древки. Я только защищаюсь и обезоруживаю. Убивает Пушок. Все отработано под стенами Белгора. Вот и пятерка магов. На меня уже беспрерывно обрушиваются всевозможные заклятия.
Десять секунд. Они уже бьют по площади. Бьют и по своим. Вокруг меня никого живого не осталось. Маги в панике. Рывок Пушка в сторону. Под его копытами разверзлась земля. Сообразили, что нужно воздействовать магией не на меня или драка, а на землю, по которой передвигается Пушок. Кстати, Пушок, спасибо. Под довольный рев совершенно счастливого драка я разваливаю голову одному магу. Колподнимает второго в воздух. Щит Тронаисчез, и пламя обволакивает меня. Плевать. Есть еще пуховики кожа. Потерплю. Пушок отрывает своей пастью голову третьему магу. Воздушный молотвышибает меня из седла. Спасибо. Мне так легче работать. Мы работаем с Пушком в паре, прикрывая спины друг другу. Я располосовываю плечо четвертому магу клайдом и всаживаю айдал ему же в живот. Огнешарпрерывает атаку пятого мага и откидывает его на подбегающих пехотинцев. Венир, спасибо, этот маг хотел поджарить мою тушку.
– Влад! – дикий вопль Пятого. – Уходим!
Я осматриваю подбежавшего Пушка и закидываю себя в седло. Ран у него нет. Отлично. А что за приказ на отступление? Что за черт? Еще несколько минут – и мы опрокинем врага. Не убьем, нет. Трудно убивать пятью сотнями три тысячи. Именно что опрокинем, и они побегут. Но все вопросы позже. Слово «дисциплина» я знаю. Я выбираюсь из рубки. Все выбираются из рубки. Да и боя фактически нет. Пехотинцы откатились от своей позиции на двадцать метров и теперь судорожно восстанавливают строй. Командир у них хороший. Голову не потерял, панике не поддался, не допустил бегства и контроля над своими бойцами не утратил. Жаль, что я не смог убить его. Своего командира воины закрыли телами. Они закрыли пятого мага. Он жив.
Объясняя громкими криками свои сексуальные пристрастия к врагу вообще, а к этим пехотинцам в особенности, воины четвертой баталии без особой спешки подобрали своих раненых и убитых и добили чужих раненых. Этот недолгий процесс вызвал громкое неодобрение весельчаков, но ни один из них не двинулся с места. Их командир молоток. Жаль, что он жив. Я окинул взглядом поле боя. М-да. Теперь все понятно. На левом фланге мы выполнили свою задачу, а вот на правом царил полный бардак. Туда ударила пехота герцога. Туда ударили, судя по вымпелам, три наемных отряда общей численностью тысячи две и пара тысяч наемников, не имеющих своего знамени. Сборная солянка пикинеров энд компани надрала задницу первой баталии, и та спешно отходила от них подальше. Блин. Вот чудаки. Ессно, вторая и третья баталии не смогли прийти нам на помощь. Сделай они это – им в бочину зарядили бы свои пики чужие наемники, сопровождая этот процесс веселыми комментариями. Кавалерист, топчущийся на месте боком к противнику, – это недоразумение о шести ногах, а не воин. Мало того. К нашему центру уверенно шла еще одна колонна пехоты. Шла баталия общей численностью тысяч пять. Пипец.