Страница 46 из 78
– Привет, Чейта, – улыбнулся я девчонке. – Тебе тут не надоело?
Боже. Так раскрывать глаза нельзя. Ты же не эльфа.
– Вижу, что надоело. Собирай свои вещи и пойдем отсюда. Тебя Керт давно уже ждет.
Блин. Ну что такое? Девчонка обмякла и свалилась в обморок. Я осмотрел себя. Да, на доспехе пыль. А чего вы хотите? На мешках с зерном валялся. Как тут не запачкаться? И вообще мы не на приеме во дворце, чтобы так реагировать на запыленный костюм. Ладно. Хи-хи в сторону. Я присел рядом с девчонкой и потрепал ее по щеке.
– Красавица, очнись, – сказал я.
Легкая пощечина.
– Я нести тебя не могу, – уведомил я тело.
Еще одна пощечина. Сильнее. Немного открыла глазки. Уже успех.
– Мне руки нужны, чтобы плохих людей уговаривать нас выпустить, – объяснил я свою принципиальную позицию.
Девчонка рывком села и вцепилась в меня. Твою тещу. А плакать-то зачем? Я гладил волосы бедняжки, а она содрогалась всем телом и молча лила слезы. Так. Хватит. Я отцепил Чейту от себя.
– Хватит, – улыбнулся я ей. – Нам еще обратно идти. Замок не захвачен. Я один в гости к графу зашел. Все поняла?
Девчонка шмыгнула носом, вытерла кулачками дорожки слез и кивнула.
– Идти можешь? – поинтересовался я.
– Да, – тихо ответила она.
– А бежать? – спросил я.
– Нет.
Девчонка подняла изорванный подол платья. Твою тещу! Я здесь задержусь. Сначала выведу ее, восстановлю свои магические силы и вернусь потолковать с графом. Я взял ее ноги в свои руки. На изуродованных ступнях был явный некомплект пальцев. Да и ее пятки мне не очень нравились.
– Жгли углями? – спросил я.
Девчонка кивнула.
– Ты точно можешь идти? – недоверчиво поинтересовался я.
– Да, – твердо произнесла она. – Я все понимаю и обузой не буду. А боль можно и потерпеть. Я привыкла терпеть боль, – горько усмехнулась она.
Кремень. Не сломали. Уважаю. Что это, шум? К нам гости? Тюремщик? А почему по звуку много людей?
– Сэр рыцарь, – девчонка вцепилась мне в руку, – уходите и закройте дверь. Когда все закончится, тогда вы зайдете и выведете меня отсюда.
– Что закончится? – недоуменно спросил я.
– Все, – жестко произнесла она. – Не вмешивайтесь. Я к этому привыкла. Если вы вмешаетесь и погибнете, то будет только хуже. Мне и вам хуже. Керту хуже.
Девчонка оттолкнула меня к двери.
– Уходите. Я вас умоляю, уходите и не вмешивайтесь, – взмолилась Чейта.
Так, мне все понятно. Я выскользнул за дверь и задвинул засов. Отошел в сторону и накинул зеркала. Мне все понятно. Относительно чистый вид девчонки. Изуродованные ступни, а не другая часть тела. Мне все очень хорошо понятно. Планы опять нужно корректировать. Пять человек с одним факелом появились из-за угла.
– Говоришь, что она ничего? – поинтересовался один сморчок у здоровяка.
Так, трое без лат и оружия. Не считать же оружием кинжалы?
– А то, – ухмыльнулся здоровяк. – Как распробуешь, так и служанки не нужны будут.
Я тебя тоже попробую. Всех вас попробую, сладкие вы наши.
– Только руки не забывай держать, – продолжал громила. – Один раз она мне чуть глаз не выбила пальцем.
– А ты на что? – удивился сморчок. – Вот и будешь ее держать.
– Господа, – усмехнулся третий. – Не увлекайтесь. Отец нас долго ждать не будет.
– Мы быстро, Сол, – потрепал его по плечу сморчок. – Ты не будешь?
– Нет, мне она надоела, – ответил третий благородный.
Залившаяся смехом компания остановилась перед дверью. Сол, сынок графа. Все лучше и лучше. На такую удачу я и не рассчитывал. Один воин в броне. Тюремщик с факелом и ландскнехтой на поясе. Трое дворянчиков, продолжая смеяться, открыли дверь и зашли в камеру. Работать буду без магии. Двое сопровождающих остались перед захлопнувшейся перед их носом дверью. Стеснительные пошли насильники. Приглушенный девичий крик, звук удара и ржание. Бой.
Я скользнул к воину и воткнул кинжал в открытое горло. Четыре. Поворот. Тюремщик, получив клинок под ухо, захрипел. Три. Тихо. А вы смейтесь громче. Зачем вам обращать внимание на непонятный шум? Я осторожно опустил двумя руками подергивающиеся тела на пол. Тяжело, зараза! Половые хулиганы ничего не заметили. Их жизнерадостное ржание наверняка было слышно и в кордегардии. Я оттащил тела в сторону и осторожно открыл дверь. Сынок воткнул свечку, факел то есть, в подставку на стене и с большим удовольствием смотрел на происходящее. Здоровяк держал руки девчонки, а сморчок, стоя на коленях, увлеченно пальпировал ее обнаженное до плеч тело. Топоры в руки. Пригодились. Для боя внутри тесного помещения самое то.
– Что-то она сегодня спокойная, – ухмыльнулся сынок. – Наверно, ты ей нравиш…
Получив рукоятью топора по затылку, он кулем рухнул на пол.
– Что…
Здоровяк так ничего и не узнал. Трудно проявлять любопытство с франциской в голове.
– Какого…
Никакого. Я вытащил топор из спины доктора.
– Ты думала, что они могут меня убить? – осведомился я у девчонки.
– Нет, – слабо улыбнулась она. – Я боялась, что они могут поднять тревогу.
– Ах да. – Я отвесил ей поклон. – Я забыл тебе сказать, что я не рыцарь. Я – сосед Керта. Хочу представиться. Влад, барон эл Стока. Будем и дальше меня соблазнять своей обнаженной фигуркой?
– Не нравится мое тело? – осведомилась девчонка, опуская платье и отталкивая труп сморчка. – А им очень нравилось. Я – Чейта, узница.
Отлично. Уже шутит. Кремень, а не женщина. Повезло Керту.
– Нравится. – Я прошелся по ней голодным взглядом. – Но я потерплю немного. Вот выйдем из замка – и я тебя изнасилую разок. Нет, три раза изнасилую.
Девчонка прыснула и зажала руками рот. Сынок на полу начал подавать признаки жизни. Совсем хорошо.
– Сколько времени ты с ними так приятно проводила? – поинтересовался я.
– Когда полчаса, – пожала она плечами, – когда час. По-разному.
– Хорошо, – улыбнулся я. – Часа мне хватит. Вернее, мне и моим воинам.
– Влад, все готово.
– Отлично, Третий.
Действительно, все было готово. Сорок девять Рысей, шустро пробежав по подземному ходу, подведенному как раз к тюрьме графа, проникли в замок и ждали команды «фас». Предусмотрительный, стервец. Вдруг власть поменяется и ему придется сменить апартаменты, – так второй ход под носом. Сейчас четыре стражника тюрьмы будут смертельно удивлены, а потом и многие другие. Сынок оказался не слишком крепким. Он выложил все, что знал, а знал он много. Сынок заработал легкую смерть – путем отрезания орудия труда и запихивания причиндалов в горло. Чейта только смотрела и морщилась. Кремень. На ее лице не было злорадства, а только злость и предвкушение мести. Сейчас она вместе с одним котом находится на галерке и наблюдает с соседнего холма за замком. Подземный ход оказался удобным и не защищенным магией. Все правильно. Поставишь там сигналку или ловушку – так враги по этой сигналке его и обнаружат. Запоры и двери подземного хода были мощнейшими, но никто не ожидал, что их будут открывать изнутри. Ломать изнутри. Так, хватит. Час уже истек. Не будем томить зрительницу.
– Бой! – крикнул я.
Таранвынес дверь, и два кота вломились в караулку. Блеск и лязг стали. Крик и тишина. Вру, топот ног бегущих Рысей. Десяток котов сразу отделяется и рвется по лестнице вверх – там столовая и помещения для гостей. Недоуменные крики и лязг сменяются хрипами.
– Дальше.
Мы вываливаемся многоногой гусеницей во внутренний двор. Какой же он тесный. Четвертый с десятком котов бежит к кордегардии надвратной башни. Шедар еще с одним десятком вломился в открытые двери здания. Огнешарему навстречу. Шедар отбил его и скрылся внутри. Там казарма и оружейная комната. Кислый привкус выброса силы смерти на губах. Шедару нужна смерть нескольких человек, и тогда он начинает работать на полную мощь. Мастер магии смерти уже это получил. Многоголосый вопль из казармы сменяется стонами и молчанием. Поцелуй белой невесты.Одно из самых страшных заклинаний школы смерти. Взгляд назад. Коты Четвертого уже вырезали кордегардию, а он сам заставил защитников надвратной башни открыть дверь внутрь укрепления. Коты врываются туда. Резня. Везде идет резня.