Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 40

Далай Лама: Давайте рассмотрим этот вопрос подробнее. Я думаю, что здесь работают два вида привязанностей или желаний. Если говорить в общем, в моем распоряжении есть несколько тысяч долларов. В некотором смысле я чувствую, что это «мои» деньги. Правда, это не значит, что я могу использовать их, чтобы покупать себе еду, одежду или что-то еще. Эти деньги расходуются на проекты, чтобы помогать другим людям. Когда, к примеру, я получаю пожертвование от одного тибетца на сумму сто тысяч рупий, я очень этому рад. Я думаю: «Теперь у меня есть какие-то деньги!» Во мне может возникнуть какое-то подобие желания, но здесь нет ничего личного. Правительство Индии выплачивает пособие на мое персональное содержание, кроме того, я получаю проценты от моих личных вложенных сбережений. Их я использую, когда мне хочется купить часы или еще что-то для себя, но я очень осторожно расходую пожертвования, особенно те, которые сделаны людьми больными или умирающими: они идут исключительно на духовные или образовательные цели. В этом случае может появиться какое-то желание, но оно не связано с личной привязанностью.

А теперь давайте рассмотрим случай с компанией, которая имеет большие прибыли. Если эта прибыль была использована для проектов общественного развития или чтобы помочь нуждающимся людям, а не бессмысленно потрачена на роскошную жизнь, то это можно было бы назвать примером «правильного желания».

Фабьен: По моему мнению, деньги становятся чем-то наподобие «Золотого тельца», о котором говорилось в Библии. Может, деньги – это просто образ, который создается нашими растущими желаниями и потребностями?

Далай Лама: Конечно же нет! Для меня история с Золотым тельцом скорее символизирует возможные опасности, порожденные нашей привязанностью к деньгам и постоянно растущим желаниям, когда Бога мы заменяем конкретным объектом. Как я уже говорил, деньги, несомненно, важны. Честно говоря, я даже думаю, что если рассматривать ситуацию глобально, то количество производимых в мире денег недостаточно.

Позвольте мне завершить предыдущую мысль: та пропасть между богатым и бедным миром не только несправедлива с моральной точки зрения, но и недопустима. Это источник глобальных проблем. Посмотрите на европейские страны – Францию, Англию и Германию, – куда в поисках работы приезжает множество эмигрантов из развивающихся стран. Многие из них мусульмане, которые в большинстве своем получают неквалифицированную работу. По мере увеличения количества эмигрантов местное население начинает чувствовать себя весьма неуютно. И причина этой проблемы не в мусульманах, а в разном уровне экономического развития. Если бы Турция и многочисленные страны Африки, откуда эмигрируют эти люди, развивались должным образом, их граждане не захотели бы уезжать. Эта ситуация не только морально несправедлива. Допуская сохранение или увеличение подобного экономического разрыва, мы тем самым создаем огромные проблемы для самих себя.

Фабьен: Частично проблема заключается в том, что с точки зрения общемировых экономических стандартов деньги беднейших стран третьего мира практически не имеют ценности. Страны Запада используют развивающиеся страны как часть своего производственного цикла.

Далай Лама: Я думаю, что развивающиеся страны также должны сыграть важную роль в поиске путей ликвидации разрыва и выравнивания ситуации. Главная ответственность лежит на их плечах. Они должны более интенсивно работать над этой задачей. Недавно я побывал в Габоне, в Центральной Африке. Мне сказали, что земля там хорошая, но местные жители ко всему совершенно безразличны и страну контролирует немногочисленная элита, получившая западное образование. Так что этот разрыв существует не только между западными и развивающимися странами, он есть и внутри беднейших стран: небольшой круг людей живет как на Западе, а большинство населения по-прежнему бедно одевается и плохо питается. Я думаю, все это очень печально.

При таких обстоятельствах деньги, которые Запад дает развивающимся странам, пропадают впустую. Элита бедных стран тратит все средства на строительство небоскребов с огромными холлами и кондиционерами. Все это замечательно, но на окраинах городов и в деревнях ничего не происходит, там нет никакого прогресса, нет развития. Конечно же, было бы лучше, если бы у этой элиты с западным образованием появилась правильная мотивация, чтобы она заботилась о своем народе и вкладывала средства в создание действительно полезной инфраструктуры. Кроме того, развивающиеся страны должны вкладывать деньги в образование. Я думаю, что первостепенное значение имеет именно образование.

Во всяком случае, все специалисты по природным ресурсам, с которыми я разговаривал, утверждали, что нужно сокращать разрыв между теми, кто «имеет», и теми, кто «не имеет». Сейчас на Земле живет пять с половиной миллиардов людей. Что случилось бы с природными ресурсами Земли, если бы уровень жизни в развивающихся странах поднялся до уровня, который сейчас есть на Западе? С экологической точки зрения это было бы невыносимо. В Китае, к примеру, население составляет миллиард двести миллионов человек. Если бы в каждой семье было по две машины, то экологический ущерб от этого даже трудно себе представить. Девятьсот миллионов человек живет в Индии.

Западная концепция ежегодного увеличения валового национального продукта должна измениться – и как можно быстрее. Сам этот принцип противоречит всем законам природы и логики.





Фабьен: Вы считаете, что у западных людей тоже должно быть меньше машин?

Далай Лама: Конечно. Им нужно развивать в себе чувство удовлетворения и больше думать о других. Материальные блага должны распределяться более справедливо и равномерно. Между тем необходимо обратить внимание и на проблему контроля над рождаемостью. Развивающиеся страны должны сдерживать рост своего населения.

Фабьен: Эффективность контроля над рождаемостью зависит главным образом от уровня жизни. С точки зрения статистики, чем более женщинам доступно образование, тем меньше детей они рожают. Поэтому мне кажется, что образование – это лучший способ обуздать резкое увеличение численности населения.

Далай Лама: Это очень хорошо. Но каким должно быть образование? Честно говоря, я считаю, что первым делом людям в развивающихся странах следует признать негативные последствия современных западных представлений о жизни и экономике. Мы должны исправить ошибочную убежденность в том, что валовой национальный продукт должен постоянно увеличиваться.

Более того, хоть сейчас некоторые заводы и отрасли промышленности применяют новые технологии для защиты окружающей среды, западные страны наносят ей огромный ущерб по всему миру. Поэтому я утверждаю, что с глобальной точки зрения денег, которые создает западный мир, все еще недостаточно.

Фабьен: Верите ли вы, что деньги обладают магической силой?

Далай Лама: Нет! Совершенно не верю! Тем не менее в развитых странах люди больше не могут жить без денег. Это объясняет ту важнейшую роль, которую деньги играют в нашей жизни, и то, почему со временем отношение людей к деньгам изменилось. Если бы вы оказались среди кочевников Тибета, то заметили бы, что деньги для них почти ничего не значат. По существу, стада их животных удовлетворяют практически все их ежедневные потребности. Но такое положение дел сейчас меняется. К примеру, у этих кочевников появились термосы. Теперь они хотят покупать такие термосы, и тут им становится ясно, что деньги необходимы, чтобы приобретать вещи. Для большинства из нас процесс товарообмена вышел на тот уровень, когда он не может функционировать без денег. Поэтому было бы логично деньги уважать. В этом нет ничего плохого.

Есть еще один фактор, который мы должны учитывать, рассматривая наше отношение к деньгам. Это недостаток духовного опыта, которым пропитана вся современная жизнь в индустриальном обществе. К примеру, тибетцы – не обязательно все, но по крайней мере те из них, кто обладает более глубоким духовным опытом, – ценят деньги за то, что они дают, но при этом признают, что есть и другие, более важные ценности. Большинству же людей недостает развитого духовного опыта, и общество в целом придерживается правил, диктуемых деньгами и властью.