Эреб

— Привет, Сарий. Знаешь, для меня это так неожиданно! Я думала, ты был ЛордНиком. Большинство думало так же.

— Знаю, — вздохнул он. — Как бы мне хотелось встретить его и спросить, о чем он, собственно, думал, когда выбирал себе внешность. Дай мне знать, если найдешь его, хорошо?

Аиша обиженно взглянула на него:

— И тебе совсем неинтересно, кем была я?

Мне было бы куда интересней, если бы ты как-то загладила эту историю с клеветой.

— Ну как же, конечно, — отозвался Ник. — Мы знакомы?

— О да, — улыбнулась она. — Но мы друг друга терпеть не могли. На арене ты срезал у меня целый уровень.

— Финиэль?

— Точно.

Два часа спустя у Ника накопился целый список, на этот раз точный. Под именем Блэкспелла скрывался Джером, за ЛаКором, еще одним вампиром, прятался тихоня Грег. Ксоху оказался Мартином Гарибальди, которого Ник видел, когда на следующий день после своего вылета тот умолял одного из друзей скопировать для него диск. Ник подавил разочарование. Он-то надеялся, что Ксоху и в реальной жизни станет ему приятелем.

Чуть позже ему удалось разыскать и Сапуджапу, который оказался ни чуточки не похож на карлика: за этим именем прятался долговязый сутулый тип по имени Элиот, который как раз заканчивал школу и дальше собирался изучать английскую литературу. Они обменялись телефонами, поговорили о фильмах и музыке, и выяснилось, что Элиот тоже был фанатом Hell Froze Over.

— К сожалению, я остался без своей фанатской футболки, — тяжело вздохнул он. — Пришлось пожертвовать ею ради еще одного уровня в Эребе. Не имею ни малейшего понятия, зачем.

От смеха Ник чуть не задохнулся. Понадобилось время, прежде чем он смог ввести Элиота в курс дела.

— Разве это не повод как-нибудь потом сходить вместе в паб взбодриться? — пошутил Элиот и добавил, что Ник поразительно похож на ЛордНика.

— Я знаю, — нервно ответил Ник. — Мне самому хотелось бы знать, кто это напялил мое лицо.

За спиной у него кто-то кашлянул:

— Думаю, я могу тебе в этом помочь.

Ник обернулся. Дэн, «кружевница» номер один.

— Ага. И кто же?

Дэн смущенно посмотрел себе под ноги.

— Только не говори никому, ладно? Я почти уверен, что это был Алекс. Он… преклоняется перед тобой. Вот уже пару лет. Одно время он даже пытался подражать тебе, разве ты этого не заметил? Нет? Ну вот, а мне сразу бросилось в глаза, — Дэн почесал зад. — Когда появился клон Ника Данмора, я тотчас на Алекса подумал, ведь я как раз ему дал игру.

А кто поручится, что ты сам им не был?

— С чего вдруг ты мне это говоришь?

Дэн зачесался еще энергичнее.

— Ну да, Алекс — мой лучший друг. И он здорово страдает от того, что ты все время называешь его «кружевницей». Я думал, если расскажу тебе обо все этом, ты будешь относиться к нему дружелюбнее. Сам он сюда приходить не захотел, видимо, ему было неприятно; это опять же вписывается в мою теорию.

Рассказ Дэна немало удивил Ника. Он мог представить, что за появлением ЛордНика скрываются какие угодно мотивы, но только не преклонение.

— А ты? — спросил он. — Кем ты был?

— Упс, — состроил гримасу Дэн. — Вряд ли это принесет мне сейчас бонусные баллы. Я был Лелантом. Извини, но волшебный кристалл я так и не смогу тебе вернуть.

Многое прояснилось, но не все. Кем была Аврора? Женщина-кошка, которая умерла в лабиринте в сражении со скорпионом? Ник так и не выяснил. Зато за Галарис скрывалась худая, бледная девчонка-очкарик из седьмого класса. Она, как и Ник, не имела ни малейшего понятия о содержимом коробки, она только перенесла ее из одного места в другое. Застенчивая Мишель в игре оказалась Тиранией, варваршей в сверхкороткой юбке. Именно она раздобыла таблетки, которыми Ник должен был отравить мистера Уотсона. У ее деда всегда имелся на всякий пожарный двойной запас лекарств в шкафчике, и девушка стащила дигиталис, не боясь, что пропажу обнаружат. Генри Скотт, новичок, выбранный Ником, превратился в Бракко, человекоящера.

— А кем были члены Внутреннего Круга? — уже вечером, когда большинство присутствующих разошлись, спросила Ника полноватая девочка-азиатка.

— Хелен была КровоПуском, — сказал Ник. — Безумно трудно себе представить ее в этой роли. Она психиатрический феномен, как говорит мистер Уотсон.

— А Вюрдана? Дриззел?

Подлинного имени Вюрданы Ник не знал, но мысленно всегда именовал ее Голлумом. Она была из другой школы, так же как маска из «Крика» и инопланетянин. Один из этих двоих, видимо, и пытался столкнуть Ника под поезд метро. Кто именно — уже неважно. Нику не было до этого никакого дела, точно так же как и Джеми — до того, кто повредил тормоза его велосипеда.

— Дриззел, — сказал Ник, — это, по всей видимости, Колин. Знаешь его? Такой высокий, темноволосый, игрок в баскетбол.

И когда-то давно он был моим другом.

34

Первые выходные за многие-многие дни, когда Нику по-настоящему хотелось расслабиться. Успокоиться. Выспаться. Сходить с Эмили в кино.

Вот только Виктор и знать ничего об этом не хотел. У него появилась навязчивая идея, и отговорить его оказалось невозможным делом. Они полчаса проспорили по телефону:

— Бред какой-то.

— Да с чего вдруг? Ведь это же единственно верное решение.

— Ты окончательно добьешь Эдриана.

— Не думаю.

Ник пытался найти подходящие слова:

— Ничего не получится.

— Вот еще, получится, конечно. Все продумано.

— Ну делай как хочешь. Только я в этом участвовать не намерен.

Похоже, на это Виктор не рассчитывал:

— Нет уж, приходи. Мы в долгу перед Эдрианом, так что, думаю, должны все при этом присутствовать. Эмили сказала, что придет.

И Ник сдался. Если честно, он сделал это только из-за Эмили.

Но ему было не по себе.

Виктор превзошел сам себя: их ждали три сорта чая в трех разных чайниках, печенье и пицца. Развалившись на кушетках, они уплетали угощение и разговаривали.

Эмили навестила Колина, лежавшего в больнице. Его, как и Хелен, как и остальных членов Внутреннего Круга, еще ждал суд.

— Вероятно, нас вызовут как свидетелей, — сказала Эмили. — Но игра ведь отключилась, так что судье проблематично будет разобраться, что именно произошло.

— С другой стороны, — возразил ей Ник, — об этом могут рассказать несколько сотен людей. Они участвовали в игре и всё видели.

— Вот только я — нет, — тихо заметил Эдриан.

Лучшей подсказки Виктор не мог и желать:

— Верно. Эреб прошел мимо тебя. Очень жаль. Но знаешь, я думаю, что тебе многое бы там не понравилось. Однако все-таки кое-что ты должен увидеть.

Он стянул Эдриана с кушетки, отвел в компьютерную комнату и поставил перед самым большим монитором свой лучший стул.

— Садись.

На лице Эдриана не было ничего, кроме удивления.

— Начало все еще работает без проблем, — пояснил Виктор, пододвинул табурет и сел рядом с Эдрианом.

Ник и Эмили сделали то же самое. Теперь они втроем расположились возле него полукругом, словно стремясь защитить. Виктор включил монитор.

Лесная поляна. Бледный свет луны. Посредине — Безымянный, усевшийся на корточки.

Словно в трансе Эдриан взял мышку и изменил ракурс.

— Я знаю, где это. Недалеко от долины Уай, — сказал он. — Смотрите, там, сзади, дерево, которое разветвляется от самой земли. Между его ветвями мы всегда клали рюкзак, если устраивались здесь на пикник.

Эдриан подвел Безымянного к дереву и остановил. Дал ему осмотреться и заставил поднять что-то похожее на кусок дерева, покрытый голубым лаком. Ник увидел, как по щеке Эдриана скатилась слеза.

— Что это?

— Мой карманный ножик. Я потерял его там, когда мне было семь лет, и потом проревел до самого вечера.

Ник с Эмили переглянулись. Похоже, все куда хуже, чем они себе представляли. Эмили положила руку Эдриану на спину.

Безымянный немного поблуждал, но наконец нашел путь, уводивший его от поляны. Это оказалась утоптанная тропинка, которая терялась где-то впереди, среди деревьев. Однако Эдриан — Ник это понял — знал, куда она вела. Безымянный лишь изредка останавливался, чтобы сориентироваться; Эдриан, разумеется, поглядывал на полоску, которая указывала запас жизненных сил героя. Спустя несколько минут Безымянный подошел к узкому ручью и остановился.