Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 9 из 16

План командующего Киевским Особым военным округом также не был утвержден. Но даже если бы его утвердили, то войска все равно не имели времени для подготовки к выполнению поставленных задач.

В состав 9-го механизированного корпуса, начавшего формирование в конце ноября 1940 г., вошли вновь сформированные 19-я и 20-я танковые дивизии и 131-я стрелковая дивизия, преобразованная в моторизованную. Корпус насчитывал всего 300 танков – меньше, чем было положено танковой дивизии, да и те были из учебного парка [46].

«К началу войны наш корпус был укомплектован людским составом почти полностью, –вспоминал Константин Константинович , – но не обеспечен основной материальной частью: танками и мототранспортом. Обеспеченность этой техникой не превышала 30 процентов положенного по штату количества. Техника была изношена и для длительных действий непригодна. Проще говоря, корпус как механизированное соединение для боевых действий при таком состоянии был небоеспособным» [47].

В субботу 21 июня Рокоссовский проводил разбор командно-штабного корпусного учения. После этого он предложил командирам дивизий с утра отправиться на рыбалку. Однако, как вспоминает Константин Константинович, поздно вечером в штабе корпуса были получены сведения о переходе через границу ефрейтора немецкой армии, поляка из Познани, сообщившего, что утром в воскресенье предстоит нападение немцев. В этой связи Рокоссовский отменил поездку на рыбалку и дал указания командирам дивизий быть наготове.

В 1 час 45 минут 22 июня в штаб Киевского Особого военного округа из Генерального штаба поступила зашифрованная директива, адресованная военным советам Ленинградского, Прибалтийского Особого, Западного Особого, Киевского Особого, Одесского военных округов и в копии – наркому Военно-Морского Флота. В директиве, подписанной наркомом обороны маршалом С. К. Тимошенко, начальником Генштаба генералом армии Г. К. Жуковым и членом Главного военного совета Г. М. Маленковым, говорилось:

«1. В течение 22–23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО.

Нападение может начаться с провокационных действий.

2. Задача наших войск – не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения.

Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3. Приказываю:

а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить» [48].

Штабы армий получили директиву в 2 часа 35 минут. Однако приказы и распоряжения о приведении войск в боевую готовность в большинстве случаев были получены слишком поздно – до начала артиллерийской подготовки противника оставалось немногим более получаса.

Всего полчаса разделяло мир от войны. Рокоссовский, несмотря на арест, к этому времени в служебном отношении не только догнал, но и сумел обойти своего будущего противника Моделя. Теперь им предстояло на деле доказать, кто из них искуснее на поле сражения.

На главных направлениях





Самая короткая ночь в году подходила к концу. По древнему поверью, эта ночь полна энергии и магии. После нее наступало торжество Великого Света. Вальтер Модель не был мистиком, но в обычаи предков верил. Он чувствовал, что наступил его звездный час. Дух великого Фридриха I Барбароссы звал вперед, на Восток. Моделю недавно исполнилось 50 лет. Он был полон сил и энергии. Свой юбилей Вальтер мечтал отметить славными победами на Востоке. Поэтому он с нетерпением ожидал сигнала на переход в атаку. И вот, наконец, поступила команда «Вперед!». Танки Моделя на рассвете 22 июня 1941 г. ринулись в атаку, стремясь перерезать шоссе Брест – Кобрин.

«Внезапность нападения на противника была достигнута на всем фронте танковой группы, –вспоминал командующий 2-й танковой группой генерал Г. Гудериан.  – Западнее Брест-Литовска (Бреста) 24-м танковым корпусом были захвачены все мосты через Буг, оказавшиеся в полной исправности. Северо-западнее крепости в различных местах полным ходом шла наводка мостов. Однако вскоре противник оправился от первоначальной растерянности и начал оказывать упорное сопротивление. Особенно ожесточенно оборонялся гарнизон имеющей важное значение крепости Брест, который держался несколько дней, преградив железнодорожный путь и шоссейные дороги, ведущие через Западный Буг в Мухавец» [49].

Развивая успех, 24-й танковый корпус с боями продвигался вдоль дороги Кобрин – Береза Картузская на Слуцк. 28 июня 3-я Берлинская танковая дивизия заняла Бобруйск. 4 июля 24-й танковый корпус вышел к Днепру у Рогачева, захватив еще несколько переправ через Березину. Прошло еще четыре дня, и дивизия Моделя уже стояла на линии Жлобин, Рогачев, Новый Быхов. Стремительный прорыв Моделя не остался незамеченным командованием – в этот день он получил Рыцарский крест Железного креста. Это вдохновило его на новые подвиги.

10 и 11 июля части 24-го танкового корпуса, при незначительных потерях, планомерно форсировали Днепр. Генерал Гудериан поставил перед ними задачу наступать по шоссе Пропойск (Славгород) – Рославль, обеспечивая свой правый фланг от возможных атак противника со стороны Жлобина, Рогачева и свой левый фланг со стороны Могилева. Выполняя приказ, дивизия Моделя 17 июля захватила Кричев и, выйдя в тыл 13-й армии Западного фронта, окружила часть ее сил в районе Чаусы.

27 июля Гитлер приказал 2-й армии и 2-й танковой группе наступать на Гомель. Кроме того, 2-й танковой группе предстояло частью сил продвигаться в юго-западном направлении с целью окружения оставшихся в этом районе 8 – 10 советских дивизий. Танковой группе были подчинены два армейских корпуса (7-й и 9-й). Выполняя приказ фюрера, генерал Гудериан решил силами двух дивизий 7-го армейского корпуса (10-й моторизованной и 7-й пехотной) обеспечить растянутый правый фланг от действий противника, находящегося в районе Климовичи, Милославичи. Эти дивизии совместно с 3-й Берлинской и 4-й танковыми дивизиями должны были овладеть городом Рославль и установить связь с 9-м армейским корпусом, действовавшим севернее, в районе между реками Остер и Десна [50].

Наступление на рославльском направлении началось утром 1 августа. Дивизия Моделя, действуя стремительно, захватила неразрушенными все мосты через р. Остер. 3 августа части 24-го танкового корпуса овладели Рославлем, захватив большое количество пленных, танков и орудий. После этого 3-я Берлинская танковая дивизия развернула наступление на Милославичи. 15 августа 24-й танковый корпус получил новую задачу – наступать на юг в направлении на Новозыбков и Стародуб, имея в первом эшелоне 3-ю Берлинскую и 4-ю танковые дивизии, а во втором – 10-ю моторизованную дивизию.

Наступление по-прежнему развивалось в высоких темпах. 16 августа дивизия Моделя овладела узловым пунктом шоссейных дорог – городом Мглин, а на следующий день – узловой станцией Унеча. В результате была перерезана железнодорожная линия Гомель – Брянск, и немецкие соединения глубоко вклинились в расположение войск советского Юго-Западного фронта. 19 августа 1-я танковая группа, входившая в состав группы армий «Юг», захватила небольшой плацдарм на восточном берегу Днепра у города Запорожье, а 2-я армия овладела Гомелем. В тот же день 24-му танковому корпусу было приказано прорваться через Клинцы и Стародуб на Новозыбков, а 47-му танковому корпусу – обеспечить левый фланг 24-го танкового корпуса.

46

См.: Дриг Е. Механизированные корпуса РККА в бою: История автобронетанковых войск Красной Армии в 1940–1941 годах / Евгений Дриг. М.: АСТ: АСТ МОСКВА: Транзиткнига, 2005. С. 283.

47

Цит. по: Рокоссовский К. К. Солдатский долг. С. 32–33.

48

Цит. по: Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. В 3 т. Т. 1. 10-е изд., дополненное по рукописи автора. М.: Изд-во Агентства печати Новости, 1990. С. 370–371.

49

Цит. по: Гудериан Г. Воспоминания солдата. С. 209–210.

50

См.: Гудериан Г. Воспоминания солдата. С. 248.