Страница 24 из 75
– В чем-то вы правы, – неожиданно признался мистер Сатал. – Все, кто обращался к этому магу, имеют прямой либо завуалированный письменный отказ от окружного отдела по устранению потусторонних феноменов. Сейчас там работает группа внутренних расследований, и я могу гарантировать, что головы полетят. Устроили, понимаешь, богадельню за счет налогоплательщиков!
Вот и ответ: столичное начальство собиралось внушить чистильщикам страх перед вышестоящими и сразу же наткнулось на сомнительного мага. Паровоз вспомнил мерзкую харю полковника Грокка и повеселел – начальнику отдела очистки давно пора было вставить пистон!
Мистер Сатал вновь перешел на деловой тон:
– Надеюсь, мне не надо пояснять, что мы должны сделать?
– Дать этому парню орден? – предположил капитан.
– Дать, но не орден! – взорвался координатор. – Этот человек обезумел от жадности – он проводит ритуалы изгнания с интервалом в пять-шесть дней. У него нет времени для элементарной регенерации. Мы должны остановить его прежде, чем он погубит себя и окружающих!
Паровоз печально кивнул. Да, черные, они, в сущности, все одинаковые – стоит немного ослабить вожжи, как они идут вразнос. Было бы странно, если бы мошенник, шуровавший под носом у окружного НЗАМИПС, был из другого теста. Что ж, ближе к делу!
– У нас есть заявления?
И тут мистер Сатал буквально почернел лицом, капитан даже испугался. Только психованного начальника ему недоставало…
– Мы будем действовать превентивно, – быстро вмешалась в разговор мисс Кевинахари. – Ни к чему дожидаться, когда ситуация закончится катастрофой.
Паровоз охотно закивал – превентивно так превентивно! Выяснять надежность казенного защитного костюма он был не в настроении.
– Заявлений у нас нет, – сообщил координатор, взяв себя в руки, – заверенных свидетельских показаний тоже нет. Впору заводить дело о сговоре!
Бер представил себе, какими словами приветствовали агентов НЗАМИПС натерпевшиеся от чистильщиков селяне, и молча посочувствовал координатору: неприятно, выполняя долг, чувствовать себя оплеванным с ног до головы. Осталось понять, как они собираются искать мага, не имея ни заявления, ни показаний свидетелей.
– И отпечатка его ауры у нас тоже нет, – очень к месту добавила мисс Кевинахари. – Он использует переносной алтарь, применяет только самые простые заклинания и всегда тщательно уничтожает следы своей ворожбы. Даже если мы получим санкцию на обыск, то вряд ли найдем что-то конкретное.
– Предусмотрительный, сукин сын, – вздохнул мистер Сатал.
– И к тому же хороший психолог. – Казалось, эмпатку забавляют трудности, ожидающие коллег. – Для черного это очень редкое качество! Никто не видел его без черного плаща, лакированных туфель и саквояжа, а потом еще и трость появилась. Эти кричащие атрибуты профессии притягивают к себе все внимание: свидетели, согласившиеся с нами говорить, не могут описать черты его лица и даже в цвете волос путаются.
– Возможно, участников было несколько? – осторожно предположил Паровоз.
– Как вы представляете себе слаженно работающую команду черных магов? – хмыкнул координатор. – Нет, его образ неповторим именно в силу своей неуловимости. Он работает не только с магией, он работает с людьми – говорит то, что от него хотят слышать, делает то, что ожидают. Он настолько убедителен в своей роли, что даже белые не чувствуют фальши, напротив, они скорее усомнятся в словах полицейских. Вы не представляете, насколько сложно черному такого добиться!
Капитан Бер представлял.
– То есть, – резюмировал он, – взять его вы можете только с поличным.
– Вот именно. Окружной офис сейчас работает над выявлением контактов.
Паровоз прикинул и решил, что ждать результатов от старины Юдтера мистер Сатал будет долго: шеф окружного отделения НЗАМИПС в силу преклонного возраста отставки не боялся, а политику столичных властей критиковал давно, причем нецензурными словами. Надо будет лично поговорить со стариком – они обязаны предотвратить кровавую развязку этой истории. А в том, что она будет кровавой, капитан ни секунды не сомневался. Потом можно походатайствовать перед судом о смягчении наказания и даже взять предприимчивого парня в штат, но для начала его следует просто найти.
– Что-нибудь конкретное у вас уже есть? – поинтересовался капитан.
Мисс Кевинахари снова взяла слово:
– Нам удалось установить, что в своих передвижениях наш предприимчивый друг использует общественный транспорт, анализ показывает, что исходной точкой маршрута, скорее всего, является Редстон. Кроме того, в его действиях есть некая периодичность: например, он никогда не приезжает к клиентам в среду. Можно, конечно, предположить какое-то суеверие, но, вероятнее всего, в это время он занят на официальной работе.
Редстон! Вот почему они пришли к нему. Паровоз попытался прикинуть, кто из его подопечных мог ввязаться в такую авантюру, и покачал головой:
– Редстон – большой город, здесь много черных магов, к тому же тут находится наш университет. А этому типу, чтобы раствориться среди горожан, достаточно просто переодеться.
Мистер Сатал нехотя кивнул:
– Есть шанс выследить его на вокзале – человек в черном плаще, с тростью и саквояжем должен бросаться в глаза.
– Сколько человек вы намерены привлечь к слежке? – без энтузиазма уточнил капитан Бер, мысленно прикидывая свои возможности.
– Двоих, – успокоила его мисс Кевинахари. – Будет странно, если я буду сидеть на вокзале одна, без спутника.
За четверть часа операция была спланирована. Паровоз не мог не признать, что засада с участием эмпата – самое верное средство решения проблемы. Сам координатор участвовать в засаде (хвала предкам!) не собирался – его глаза горели жаждой деятельности, черный рвался в бой. Капитан Бер понадеялся, что объектом атаки станет окружная служба очистки. Дежуривший на месте секретаря солдат вызвал машину, и свирепое руководство было удачно спроважено в гостиницу.
Когда толстые двери кабинета закрылись за спинами гостей, мистер Воскер шумно выдохнул: старший аналитик редстонского надзора был человеком нервным и от словосочетания «черный маг» обычно сильно бледнел. Как он переносил регулярные визиты Ларкеса типа «чаю попить», одному богу известно. Встреча с новым начальством привела беднягу в уныние.
Инспектор Штосс прокашлялся:
– Гм, деятельный мужик.
Капитан Бер только усмехнулся:
– Чтобы расшевелить Грокка – самое оно. Ты вот что, – он повернулся к Хамирсону, лейтенант в ответ меланхолично поднял бровь, – у окружных чистильщиков ничего не бери и своим скажи, чтобы никаких одолжений по дружбе им сейчас не делали. Все только через меня! Запросы – с подписью, документы – с визой. Остальных это тоже касается.
Подчиненные понятливо закивали.
– Грокк сейчас дергаться будет, как удавленник на веревке, как бы нас за собой не поволок, – подытожил капитан.
Вечерний офис НЗАМИПС был пуст и тих. Мистер Сатал гордо шествовал к выходу, неодобрительно косясь на кадки с фикусами и кашпо с цветами, а его спутница хранила непроницаемое молчание. Координатор не выдержал первым.
– Какой отвратительный тип, – процедил он сквозь зубы. – Как только с такими рожами офицерами становятся!
Мисс Кевинахари ехидно улыбнулась, но голос ее звучал серьезно и сдержанно:
– Конрад Бер работает в надзоре дольше, чем я живу, имеет идеальный послужной список, ликвидировал инцидент в Нинтарке, дважды представлялся к награде. Умелый и ответственный руководитель.
– И как его нынешнее поведение сочетается с опытом бойни в Нинтарке? – фыркнул координатор.
– Он не проявил энтузиазма, – признала эмпатка, – но сказать, что он не понимает проблемы, нельзя. Скорее всего, капитан выбирает меньшее зло. Очевидно, ситуация настолько серьезна, что он готов заплатить за двадцать удачных изгнаний одним неудачным, которое убьет мага и тех, кто окажется рядом с ним.
– Сволочь.