Иное средневековье

Но больше всего поражал другой факт. Посередине той же полянки был выстлан огромный цветастый ковер, на котором сидели, сложа ноги, десять человек. Они одеты в какие-то подобия монашеских балахонов, только ярко-жёлтые вперемешку с белыми и чёрными цветами. Среди них находились женщины и дети. Скорее всего, семья. Но самое необычное заключалось в том, что все они были полностью лысыми. Ни следа волос на голове.

Что же происходит-то такое? Кто эти люди и почему жителям деревни наплевать на то, как они себя ведут? Вдруг все они хором принялись напевать: «Ооооом». При этом выдыхая, а на вдохе следовало: «Ииииим». Я аж вздрогнул от неожиданности. Какой-то ритуал или молитва? Больше похоже на шаманство примитивных племён, только без их атрибутов.

- Йохансен, – Бертран закончил фотографировать и начал беседу. – Тебе известно, что это за буддисты? Лично я в нашем времени ничего подобного не встречал.

- Определённо нет, – констатировал я. – Заверяю как историк, ничего подобного и в помине не существовало.

- Выходит, наше предположение о том, что всё это совершает кто-то из будущего, в корне неверно?

- Как так? – поинтересовался я.

- Очень просто. Если эти буддисты никогда не существовали, то откуда им взяться? Не из прошлого и не из будущего. Это очевидно.

- Есть вариант, что это специально выдумано.

- Для осуществления чего? Как это возможно состыковать вообще с какими-то планами? Сначала появляются фашисты, использующие странную символику, в лидерах у них какой-то Гитлер. Потом странные похитители. Затем вот это непонятно что.

И, правда, всё это не имело абсолютно никакого смысла. Откуда они появились, если их нигде не замечали?

- Обсудим потом. Обождём, пока они закончат свой странный ритуал, и спросим непосредственно у них, – предложил я.

- В животе что-то урчит, – пожаловался Бертран. – Сходим, поищем харчей?

- Верно, мыслишь, – похвалил его я. – Только искать нам ничего не надо, давай поедим прямо здесь, взяв еду из наших запасов.

Поискав в рюкзаке, я достал небольшую скатерть, что лежала на самом его дне, и, расстелив её рядом с большим ковром, принялся выкладывать на неё еду. Кушать под завывающие стоны непривычно. Два раза я подавился хлебом и, отплевываясь, запивал большим количеством воды, из-за чего она вскоре закончилась. Да, так называемые буддисты умеют портить аппетит, соответственно, удовлетворения я не получил. Наверное, не надо было располагаться так близко к ним.

Прошло около часа, а они всё никак не заканчивали и продолжали завывать. Так и с ума сойти недолго.

- Вы, двое, – послышался хриплый мужской голос позади.

Это обращаются к нам? Я развернулся и увидел метрах в пяти от нас сильно избитого мужчину. Глазницы сильно опухли, нос разбит и весь в крови, губы разбиты и распухли. На голове красовались большие шишки. Удивительно, что он сумел открыть рот.

- Чего тебе надобно? – ответил ему Бертран.

- Вы с этими нехристями заодно? – он гневно уставился на нас, в его глазах читалась неподдельная ненависть.

- Нет. Мы ждём, пока они закончат.

Кто его так избил? Неужели эти лысые люди в балахонах?

- Вы же пришлые и не ведаете, что за чертовщина тут делается! Даю добрый совет, уносите отсюда ноги, пока лукавый не поглотил и вас, – он набожно перекрестился. Наконец-то хоть один нормальный человек, хоть слегка и помятый.

- Кто так побил тебя? Они? – спросил уже я.

- Ха… - презрительно усмехнулся он. – Это никчёмные бездельники, отрекшиеся от Господа нашего и впавшие в ересь?!

Он яростно сжал кулаки.

- Не они, значит?

- А тебе зачем знать? – Он сплюнул кровавой слюной. Видать совсем недавно его побили, если раны столь свежие.

- Я скажу инквизиторам о них, – соврал я. – А почему ты не донёс?

- Аа-ха-ха… - полубезумным смехом засмеялся он. – А нет их и в помине. Сгинула куда-то святая инквизиция. Уж сколько дней ищу их, и нигде нет! Во всех словно бес вселился, и всем стало наплевать. Поговаривают о каких-то правах человека. У нас одно право: молится Господу нашему в поисках прощения.

- Так кто ж тебя так избил, мил человек? – настаивал я на своём.

- А вот сегодня, приехал один на телеге, груженной странными людьми. Один такой весь чёрный как уголь, а другие с болезненными глазами. Я этого чёрного чёрта как увидал, чуть не опорожнился на месте! Не иначе как из самой преисподней вылез, демон проклятый! Ну, я и начни молитву читать, дабы спугнуть нечистого. А они подходят, хватают меня и волокут за этот дом. Да как начали пинаться и руками махать! Повалили, и мордовать стали! А эти сидят и глазеют. Я молил их о помощи. А они в ответ: «Нет, не поможем, насилие порождает насилие, поэтому мы постоим и посмотрим». А сами-то были нормальными людьми, а вселился в них бес, так только и делают, что сидят, да и только! А недавно в деревне красть кто-то ещё стал! Они это! Некому больше. А всем всё равно!!!

Произошедшее явление никак не укладывалось в мыслях. Для чего тем, кто ещё сегодня торчал в тюрьме в ожидании смертной казни переходить на сторону своих похитителей и жестоко избивать неизвестного им человека? Что могло стрястись за эти несколько часов? Их мотивы, в отличие от поступков, совершенно неясны.

Подозрительно, то что ни у кого это не вызывает сомнений. А где же церковь с её верными псами-инквизиторами? Они бы в два счёта навели тут порядок, спалив на кострах пару десятков человек. Но этого почему-то не случилось. Этот несчастный сказал, что нигде их не нашёл. Неужели они покинули эту местность? Означает ли это, что у них есть проблемы посерьёзнее того, что творится здесь?

- Мил человек, ты здешние места знаешь?

Зачем это нужно Бертрану? У него же имеется электронная карта, более точная, чем слова любого.

- А корова хорошо мычит.

Видимо побои несколько сказались на нём. Но ответ положительный, скорее всего.

- А не примечал ли ты чего странного и необычного?

Ясно, хоть у нас и есть точная карта, но всякие аномалии на ней не помечены. А знать заранее, что нас ждёт, только к лучшему.

- А с какой такой милости я вам что-то поведаю? – неожиданно собеседник упёрся.

Неудивительно, его недавно избили, да к тому же мы чужаки, не внушающие никакого доверия. Ничего, блеск золота способен разговорить любого!

- Заплатим мы тебе, коль скажешь, чего хотим.

Я извлёк из кармана один из золотых перстней и протянул ему. – Даю сейчас, ибо не обманываю, но смотри и ты не солги!

Тот недоверчиво схватил перстень и потащил его в рот, пробовать на зуб. Ох уж, читать не умеют, а как дело касается драгметаллов, тут каждый становится волей-неволей профессионалом.

А зубов-то у него не много. Видать, когда били и их не пощадили. Смотреть как человек с израненным ртом, делает пробу золота, не хотелось. Посему я отвернулся и обождал, когда он закончит.

- Добро, – охотно заворчал он. – А вы не такие как они, люблю я вашего брата.

- Не медли, рассказывай, – потребовал я.

- Сразу молвлю, чудес там и в помине нет, одна чертовщина да ересь. Если пройти вон в ту сторону, - он показал пальцем на запад, - стоят там несколько деревень. Так вот у них странный лекарь объявился. Торгует зельем каким-то, от него и чувствуешь себя хорошо, и болезни уходят. Вот только, прекратишь его пить, и сразу всё вернётся тебе, да ещё и прибавится! Тамошний люд уже жить без него не хочет, с ума сходят, коль пить прекращают и буйными становятся. А лекарь-то поначалу ничего за него не просил. Так, благое дело, говорил. Потом же такую цену затребовал, ростовщики столько не берут. А деваться некуда, отдают ему всё и в ноги кланяются.

Возникло ощущение, что когда-то уже это происходило.

- Ещё чего поведаешь? – настоял я.

- В деревне подальше появилась провидица. Слепая старуха, звать которую Ванга. Поговаривают, что ей открыто грядущее. Что не скажет, то завтра сбывается. Всё предвидит и град, и дождь и ветер!

Ну, в появлении всяких шарлатанов нет ничего необычного. Засчитаю это ему, ведь для него это сверхъестественно.