Страница 50 из 55
— Ладно, оставь мне картинку.
Вельти поблагодарил и поехал назад в город. Он надеялся, что дождь еще немного польет. Он любил сидеть рядом с женой на диване перед телевизором, когда за окном стучал дождь.
Переплетение еловых корневищ перед входом в пещеру работало как водосточная труба, направляя дождевые потоки внутрь убежища. Лишь после того, как Бланк удалил их ручной пилой, в пещере можно было спокойно оставаться и во время дождя.
Он подкинул в огонь дров и стал смотреть, как пламя отражалось в водяных струйках, стекавших со скалы перед входом. Отражения напомнили ему украшенные серебряными нитями свечи на рождественской елке.
В пещере пахло дымом, рыбой, мхом и мокрыми буковыми листьями. Он лежал в сухом месте, ему было тепло. Снаружи все капало, текло, струилось. Дождь поливал тисы, по соседству с которыми из мокрой земли иногда поднимаются шафранно-желтые бархатные чепчики — эдакий кратковременный симбиоз.
Когда Блазер вернулся в кабинет, дождь уже прекратился, но тяжелые тучи не желали уходить. В любую минуту могло опять закапать.
На его рабочем столе все еще лежала разыскная фотография Бланка. Он позвонил в столицу кантона ответственному по связям с прессой и договорился о встрече: «У меня есть работенка для прессы, Феликс». Больше ничего добавлять не стал.
Задание позабавило ответственного по связям с прессой. Ему понравилось фото, да и сама история. Не так часто ему приходилось давать газетчикам подобные материалы.
На обратном пути Блазеру попался на глаза додж-пикап «адвенчер». Такую тачку не часто встретишь. Он знал всего несколько импортеров, специализировавшихся на американских вездеходах, да и те поставляли подобные машины по заказу. Машина была цвета темно-зеленого металлика, с колесами нестандартной ширины и тонированными стеклами.
Внедорожник обогнал Блазера на большой скорости, далеко заехав за разделительную полосу. Блазер, как старый полицейский, записал его номер в блокнотик, прикрепленный к приборной панели.
За поворотом на длинном прямом участке шоссе пикап исчез. Должно быть, свернул вправо, на дорогу, ведущую к старой вырубке.
Блазер оторвал страничку с номером из блокнота и сунул ее в нагрудный карман рубашки. Опять начало накрапывать. Он поддал газу и переключил стеклоочиститель на более активный режим.
На пропускном пункте Блазера окликнул дежуривший в окошке коллега, сообщивший, что его спрашивал по телефону ответственный по связям с прессой и просил перезвонить.
Блазер поднялся в свой кабинет и набрал номер.
— Рольф, у меня не получилось выполнить твою просьбу.
— Да? А в чем дело?
— Начальство против передачи материалов газетчикам. Шеф консультировался с кем-то в городе.
— Причина?
— Дело, мол, не настолько серьезное.
Блазер поблагодарил и положил трубку.
По жестяной кровле забарабанили тяжелые капли дождя. Мысли Блазера снова вернулись к пикапу. Определенно охотник. Чего он искал в такую погоду в этой местности? Он вспомнил про номер машины в кармане рубашки, позвонил коллеге из операционного зала и попросил посмотреть, кому она принадлежит.
Коллега не заставил себя долго ждать:
— Машина числится за фирмой «Отт Файненсинг».
Блазер положил трубку. Стало быть, Отт. Седовласый исследователь, справлявшийся у инспектора по грибам о шафранно-желтых бархатных чепчиках. И по-видимому, тот самый человек, который пытался помешать полиции обнаружить Бланка.
Блазер позвонил Вельти:
— Фотография все еще у тебя?
Доктор Альфред Венгер гордился тем, что ни разу в жизни не читал бульварных газет. Но сегодня утром, как обычно заглянув по дороге на работу в киоск за ежедневной газетой, он нарушил это правило. На первой полосе одного бульварного издания, выложенного на середину лотка так, что его невозможно пройти не заметив, крупными буквами значилось: «Осторожно, лесной человек!» На фотографии был изображен Урс Бланк с длинными волосами и бородой. Под фотографией подпись: «Известный адвокат Урс Бланк, считавшийся до сих пор погибшим, скрывается в лесу!»
Венгер купил один экземпляр и уже в кабинете прочитал статью целиком. В ней излагалась история Бланка, сымитировавшего самоубийство. Мнимое самоубийство, писала газета, наводит на подозрение, что Бланк имеет непосредственное отношение к смерти «грибного Джо» Гассера. Далее в нескольких словах описывалась личность Джо Гассера и обстоятельства его смерти, а также трогательная история жестокой гибели верной полицейской собаки Паши. В статье, кроме прочего, упоминалась ключевая роль Бланка в громких слияниях и, само собой разумеется, фирма «Гайгер, фон Берг, Миндер энд Бланк». Сведения, которые могут быть полезными для прояснения дела, просили сообщать по адресу редакции.
Венгеру потребовались усилия, чтобы собраться с мыслями, принимая первого пациента. Едва он выпроводил больного, как сестра-секретарша принесла ему две срочные телефонограммы. Одна была от Эвелин, другая от Люсиль.
Он немедля позвонил обеим. Эвелин не могла поверить в напечатанную историю и негодовала на бульварную прессу. Люсиль, напротив, приняла все за чистую правду и опасалась за свою жизнь. Ни ту ни другую он не смог успокоить.
Во время обеда в «Золотом» господин Фоппа ни словом не обмолвился про нашумевшее дело. Правда, на этот раз он убрал второй прибор.
В конторе фирмы «Гайгер, фон Берг, Миндер энд Бланк» кризисное заседание длилось уже два часа. После появления статьи д-р Гайгер позвонил Гублеру. Тот оправдывался целенаправленным разглашением служебных секретов со стороны коллег из кантонной полиции.
— По этому факту ведется внутреннее расследование, можешь не беспокоиться, — заверил его начальник полиции.
— Засунь себе в задницу свое расследование, — выпалил в ответ Гайгер. Компаньоны вытаращили глаза. В обычное время даже такое подходящее к случаю выражение, как «на кой ляд оно мне», Гайгер посчитал бы достаточно грубым.
Д-р фон Берг долго беседовал по телефону с издателем, которому принадлежала нашумевшая бульварная газета. Случайно оказалось, что они иногда вместе играли в гольф.
— Ты знаешь, я готов сделать для тебя все, что угодно, но подать жалобу на редакцию и приостановить тему… извини, не в состоянии.
Издатель пообещал повлиять на журналистов в том смысле, чтобы название адвокатской конторы больше в их газете не фигурировало.
По настоянию д-ра Миндера прямо с лекции в Высшей школе торговли сняли самого известного специалиста по пиару и снабдили его агентство кризисными полномочиями для коммуникационной поддержки фирмы «Гайгер, фон Берг, Миндер энд Бланк». Миндер взял с него обещание, что он самолично займется этим делом и заедет к ним в контору сразу после лекции.
В качестве первой конкретной меры решили уволить Петру Декарли, с подачи которой началась эта неприятная история с принтером. Что касается Кристофа Гербера, то здесь решили ограничиться строгим порицанием. Он слишком много знал.
По окончании заседания д-р Гайгер тщетно пытался связаться с Пиусом Оттом по секретному номеру. Секретарша сообщила, что Отт на охоте.
Бланк лежал в папоротнике на лесной опушке. Он то пристально смотрел в бинокль, то давал глазам отдых.
Вот уже больше часа он наблюдал за этим домом. Было раннее утро. Крестьянин находился поблизости, вывозил навозную жижу. До Бланка доносился шум работающего трактора. Дважды с перерывом примерно в пятнадцать минут крестьянин возвращался, чтобы наполнить прицеп очередной порцией жидкого навоза. Пастушья собака, бегавшая за трактором с высунутым языком, временно прилегла на подстилку перед входной дверью в дом. Когда трактор тронулся в путь, она опять последовала за ним.
Десять минут назад хозяйка вышла с корзиной, наполненной яблоками, и положила ее в автомобиль-универсал, стоявший возле дома. У Бланка появилась надежда, что она скоро уедет.