Страница 79 из 89
Я размышляю на счёт всего, ранее озвученного. Всевышний… Чудовищный эксперимент, благодаря которому мы до сих пор живы… Человечество, обречённое либо на светлое будущее, либо на вечный холод внутри морозилок бесчувственных монстров… Мессия, который явившись на свет, поведёт либо вперёд, либо назад… Всё будет зависеть лишь от его прародителя… От того, чем будет пропитано семя, давшее ему жизнь — светом или тьмой.
Но кто же должен стать истинным отцом нового мессии?.. Согласна ли сама Светлана вынашивать внутри себя нечто подобное?..
Я то и дело кошусь на свою молчаливую спутницу. Она либо ни о чём не догадывается, либо профессионально скрывает собственные чувства… Действительно, если бы не страшный дневник, истина так и осталась бы внутри этой опрятной головки…
Вовсе нет.
В этом случае, ничего бы уже не было… Мир бы рухнул ещё тогда, в восемьдесят шестом! Потому что Неону удалось бы подчинить себе маленькую Светлану Шаврей!.. И она бы родила истинного монстра, так как уже в восемьдесят пятом стала репродуктивной женщиной… Тогда мир бы погряз в хаосе атомного вихря. «Холодная война» была бы только на руку! Крах эксперимента обозначил бы крах всей цивилизации! Творец просто отвернулся бы от очередной неудачи, сосредоточившись на чём-то другом… А из чёрных врат повалили бы услужники дьявола, коих невозможно было бы остановить — в этом я мог убедиться на собственном примере!
Что и говорить, от воссозданной в воображении пост апокалиптической действительности становится окончательно не по себе… Стараюсь отвлечься на что-нибудь менее ужасное. Хотя в моём случае, как в известной поговорке: «Куда ни кинь, всюду — клин!»
Так или иначе, всё более-менее чётко и осязаемо, за исключением двух эпизодов… Точнее двух личностей, одна из которых вообще непонятно каким образом связана со всем происходящим ужасом!
Я и Волков.
Вот два «белых пятна» на карте Вселенского заговора…
…Мы попадаем в соседний корпус общежития номер двадцать по улице Набережной.
Ловлю себя на том, что царящие повсюду разруха и запустение меня уже ничуть не тревожат… Ещё бы, ведь город разрядился. Не осталось больше ничего. Только холод и смерть… Эмоции и чувства спрятались в некоем Граале, местоположение которого сокрыто не только от смертных, но и от неприступных Богов…
Невольно чувствую во всем теле странный зуд, от которого теплеет в груди… Не могу определить, что именно со мной происходит. Наверное, всему виной перенесённая контузия… Резко возрастает сердечный ритм. Я чувствую, как к истерзанной руке возвращается чувствительность — её словно пронзают мириады раскалённых игл!..
Силюсь не выдать собственных чувств! Ни к чему пугать Светлану ещё и этим. На потенциального мертвеца я может и не похож… но вот что касается подвижности и работоспособности — тут определённой уверенности нет… Светлане лучше быть уверенной, что со мной всё ладно… Хотя это и впрямь так! Если что и происходит, то оно направлено на улучшение моего общего состояния, а никак не наоборот!
Я словно объелся манны небесной… от чего получил космический заряд энергии, ниспосланный кем-то свыше!..
Мне понадобятся руки.
…Мы так же молча спускаемся на первый этаж. Медленно выбираемся из полуразрушенного подъезда. Прячемся среди трупов деревьев. Осторожно пересекаем Набережную. Скрываемся в лесополосе между улицей и затоном речки Припять…
Я невольно притормаживаю напротив горящего БТРа. Смотрю на беснующееся пламя…
— Идём. — Светлана смотрит в противоположную сторону — во мрак. — Мне тут не по себе. Оно не умерло… Я это чувствую.
Киваю. Я знаю, что существо невредимо… Как осталось неизменной и его гнусная цель: необходимо завершить то, чего не удалось достичь двадцать семь лет назад — запугать Светлану Шаврей до потери пульса, чтобы та сказала Неону «да»…
Но только теперь наяву.
Мы мелкой рысью бежим прочь от зданий. Они мерно растворяются в оранжевых всполохах догорающего БТРа… Странно, что до сих пор нет военных… Хотя у них наверняка сейчас и без того проблем выше крыши — подобный холокост они на себе вряд ли испытывали когда-либо…
Что ж, никогда не поздно начать…
Тем более, в случае воплощения наихудшего сценария, подобное проявление естества, скорее всего, станет обыденностью, с которой столкнуться и остальные семь с половиной миллиардов жителей планеты Земля!
Лишь удалившись на порядочное расстояние, всё же рискую включить фотоаппарат. Странно, но получается, что я творю некое подобие кинохроники… Возможно, потом отснятый материал оторвут вместе с руками! Однако для начала необходимо вырваться… Причём не только мне и Светлане, но и остальным семи с половиной миллиардам!..
Светлана загнанно косится по сторонам. Где-то совсем рядом — вход в подземелье, которое ведёт к «Вратам» в иной мир!..
— Почему у Волкова пособие по эксплуатации только третьего и четвёртого энергоблоков?..
Светлана вздрагивает.
Я понимаю, что и сам знаю ответ — мне просто нужно убедиться, что это не очередная догадка или домысел.
— Врат двое… Причём те, что под третьим энергоблоком, должно быть исправны. Значит, имеется возможность их открыть…
Светлана кивает.
— Похоже, Всевышний слишком поздно это осознал. На Фукусиме он действовал более расчётливо, уничтожив все энергоблоки… Тут же… остался потенциальный рецидив. — Светлана умолкает.
Я чувствую в груди пустоту.
— Тогда я понимаю, что задумал Волков. Ведь он тоже наверняка знает про это упущение… Вопрос теперь в том, как он сам всё это толкует?
— Получается… он левая кисть воплоти?..
Я ощущаю дрожь.
— Нужно спешить! Всё дело в положительной реактивности. Брошенный реактор вполне может «воскреснуть»…
Светлана морщится от боли. Увеличивает шаг. Попутно говорит:
— Включи дозиметр. Я слышала, тут очень «грязно».
Послушно выполняю её волю.
Тут действительно «грязно». Наши бренные тела трепещут под натиском Рентгена в час… Снова появляется беспокойство за жизнь.
Однако тут же пропадает.
Я пытаюсь сообразить, какая вселенская жуть могла пробраться в голову Волкова и затаится среди обычных мыслей на десятилетия…
Признаться, ничего, кроме той самой жути на ум вновь не приходит.
Плюс осознанность, что мой проводник проносил внутрь периметра не только безобидные лекарства… но и что-то ещё… Более разрушительное.
…В районе улицы Курчатова снова слышится стрельба. Я не в силах заставить себя оторвать взор от зарева, что раскинулось над западной оконечностью города… Оно заслоняет собой дрожащие звёзды, будто крылья бабочки — капли утренней росы! Грудь снова сдавливает непонятное чувство обеспокоенности…
Мне жалко мёртвый город, над останками которого продолжают глумиться бездушные мародёры! Они подобны обезумившим палачам, продолжающим истязать своего пленника, не обращая внимания на то, что тот давным-давно испустил дух…
Ведь на выщербленную мостовую ступила сандалия Лонгина — муки обречённого закончились.
…Светлана постоянно меня торопит.
Я понятия не имею, откуда у неё берутся силы! Она словно и впрямь впитала в себя многолетнюю тоску ожидающего города, трансформировав ту в сокрытый резерв собственных сил и эмоций… Я не знаю, как ещё это объяснить?.. Похоже, Светлана Шаврей, действительно, некая частица недоступной человечеству материи. Неуловимый нейтрино… о наличии которого знают все!.. Как знают и о том, что схватить и «потрогать» его попросту не дано! Так же, как не дано завладеть силой самой Светланой Шаврей!..
За улицей Дружбы Народов всё же рискуем выйти из зарослей — пробираться и дальше по бездорожью элементарно нет сил! У меня… Светлана, как мне кажется, шла бы так вечно! Лишь бы по-прежнему царила намеченная цель.
Улица Огнёва погрязла во тьме. Зарево не видно за пятиэтажным зданием городского госпиталя… Ещё дальше — размытые очертания девятиэтажек по улице Дружбы Народов. С противоположной стороны ничего нет… Такое ощущение, будто известная часть Вселенной заканчивается именно здесь — за жиденькой лесополосой… За затоном, скованным льдом…